По последним дощедшим до нас слухам, завершает журналист эту историю, Самуэльсу удалось перехитрить собственную участь: он подбил группу заключенных на побег. Украв лодку, они все вместе скрылись из Ньюкасла. Самуэльс пережил три похода на виселицу. Он слишком часто испытывал свою судьбу. Чем он кончил – неизвестно, поскольку ни о нем, ни о его приятелях никто больше ничего не слышал.
Джозеф Самуэльс был не единственный, кому удалось перехитрить веревку. Когда Джону Ли предъявили обвинение в зверском убийстве старой женщины, суд приговорил его к смертной казни через повешение, которая должна была состояться в Экзетере (Англия).
![]()
Хмурым, холодным, ветреным утром 23 февраля 1895 года Ли повели на эшафот. Собралось около сотни зрителей: одни по служебной необходимости, другие – из-за нездорового любопытства. Палач, профессионал в своем деле, тщательно проверил исправность узлов своего зловещего механизма. Веревку распрямили и смазали маслом, как и петли опускного люка. Спусковой механизм также внимательно осмотрели.
Ветер трепал тонкое тюремное платье Ли, когда он, спотыкаясь, поднимался по ступеням. Ли пробормотал, что озяб, но стража не обратила на это никакого внимания – ему оставалось недолго мерзнуть. С крепко связанными за спиной руками Ли ступил на опускной люк остановился в центре. Хочет ли он что-нибудь сказать? Ли отрицательно покачал головой. Да и по тому, как он от холода стучал зубами, было видно, что он не может произнести ни слова. Казалось, все присутствующие вместе с висельником хотят одного – поскорей покончить с этим грязным делом.
По сигналу палач выдернул чеку, удерживавшую створки люка. Ничего не произошло. Ли беспомощно стоял, наклонив вперед закрытую мешком голову, и ожидал падения. Палач суетливо полез под конструкцию виселицы, чтобы выяснить, в чем дело. Чека, как ей и полагалось, вошла в соответствующее углубление, но створки люка, на которых стоял Ли, даже не дрогнули.
Один из стражников взял Ли под руку и отвел в сторону, в то время как палач вновь подготовил механизм к действию и стал проверять люк. Когда он выдернул чеку, створки тут же упали вниз. Приговоренного снова поставили на место. Опять выдернули чеку, и снова люк не шелохнулся.
По дрожащей от холода толпе прошел говорок. Зрители заволновались. Представители властей забеспокоились, понимая, что надо что-то предпринять, и незамедлительно. Опускной люк решил проверить сам начальник тюрьмы. Он ступил на него, поддерживаемый с двух сторон стражниками, стоявшими на платформе. Люк сработал мгновенно, и начальник тюрьмы повис на руках у стражников.
А Джона Ли увели обратно в камеру, где он пребывал некоторое время в недоумении, не догадываясь о причинах отсрочки казни, поскольку ничего не видел. По сигналу начальника тюрьмы его снова вывели на помост виселицы. Третий и четвертый раз выдернули чеку, но створки люка ни разу не сдвинулись с места.
Начальника тюрьмы прошиб холодный пот. Впрочем, палача и стражу тоже. Они признавались позднее, что чувствовали себя ужасно неловко, бросая вызов силе, которую ощущали, но не могли разгадать. Когда Джона Ли не было, створки люка срабатывали превосходно, но как только он вставал на свое место, люк как будто опровергал закон тяготения. Почему?
Шериф принял решение приостановить казнь и направил рапорт вышестоящему начальству. Доложили министру внутренних дел. Состоялись дебаты в парламенте по данному вопросу. Наконец смертный приговор Джону Ли был заменен пожизненным заключением. Но и этот приговор смягчили несколькими годами тюрьмы. Вскоре Джон Ли вышел на свободу.
Хотя орудие смерти после этого случая подвергли длительной детальной проверке, объяснения, почему не срабатывал опускной люк, когда на нем стоял Джон Ли с петлей на шее, так и не было найдено.
Может быть, ответ знал сам Ли, который спустя много лет сказал журналистам: «У меня всегда было такое чувство, что я получал помощь от некой силы, более могущественной, чем сила тяжести!»
И наконец, третья из историй с неудавшимся повешением.
Жарким августовским днем 1893 года суд присяжных штата Миссисипи оставил зал заседаний и удалился на совещание, чтобы решить судьбу 21-летнего Уилла Первиса, обвиненного в убийстве молодого фермера в результате ссоры. Уилл признался, что ссора была, но отрицал свою виновность. К сожалению, не нашлось ни одного свидетеля, чтобы подтвердить его показания. В зале заседаний слышалось лишь жужжание мух да шарканье ног по полу. Уилл Первис сидел неподвижно, обхватив голову руками. У всех было такое чувство, что суд продлится недолго.
«Виновен в соответствии с предъявленным обвинением», – объявил председатель.
«...К смертной казни через повешение!» – вынес приговор судья.
7 февраля 1894 года Уилл Первис предстал перед виселицей, чтобы ответить за тяжкое преступление, как и положено по закону в случае убийства. Собралось несколько сотен зрителей, готовых стать свидетелями мрачного зрелища. Многие из них не верили в виновность Первиса, они знали его хорошо и считали, что Первис просто не мог быть убийцей, но ничего сделать не могли. На голову парня уже набросили черный балахон, а на шею – петлю. По сигналу шерифа под Первисом резко упали створки опускного люка.
Уилл провалился в отверстие на помосте виселицы, но, вместо того чтобы сломать шею, пошатываясь, встал на ноги: случилось самое удивительное – толстая веревка развязалась в петле. Первиса повели на помост вторично, палач перевязал петлю. Но толпа заволновалась: на ее глазах произошло чудо, Уилла помиловал Высший суд! Люди запели молитвы. Молитвы вскоре переросли в возмущенный крик. Шериф понял, что, потеряй он контроль над ситуацией, может произойти непредвиденное. Он сам стащил с головы Первиса балахон и увел его обратно в камеру.
Адвокаты осужденного подали три апелляции в Верховный суд штата, но все они были отклонены: чудо или не чудо, а Уилл Первис признан виновным и осужден. Приговор остается в силе. Он должен быть повешен 12 декабря 1895 года.
Но так думал только суд. Друзья же и соседи Уилла думали иначе. Однажды темной грозовой ночью они ворвались в тюрьму и выкрали «преступника» оттуда. Уилла спрятали у доброжелателей, где он и пробыл целый год. А тут как раз сменился губернатор. Его преемник заменил смертный приговор пожизненным заключением, как только Уилл сдался на милость властей.
К этому времени дело получило широкую огласку, – и тысячи писем посыпались в управление штата с требованием освободить человека, спасшегося таким странным образом. Губернатору пришлось под давлением общественности уступить. Уилл Первис был освобожден.
Был ли он на самом деле невиновен в убийстве, за которое чуть не заплатил жизнью? Уилл по-прежнему отрицал виновность, но дело так и оставалось неясным в течение 22 лет, пока в 1920 году не настал последний час некоего Джо Берда. Берду, как он выразился, хотелось перед смертью облегчить свою душу, поэтому он позвал свидетелей, и те записали с его слов, как он убил того человека, за которого осудили Уилла Первиса и приговорили к смертной казни.
Конечно же приведенные выше три случая – счастливое исключение, ибо обычно процедура повешения заканчивается так, как она и была задумана, – счастливчики здесь редкость. Но иногда их отмечает судьба. Так, газета «Нью-Йорк геральд» от 26 ноября 1911 года оповестила читателей о трех преступниках, повешенных в Лондоне за убийство сэра Эдмундбери Годфри, совершенное в местечке Гринберри-Хилл. Так вот, убийцами были Грин, Берри и Хилл, как бы меченные судьбой поименно...
Далее речь пойдет в основном о невезунчиках. Ведь бывает и так, что несколько поколений одной семьи одолевают несчастья, словно над ними навис злой рок. А вот семейство Харченко десятилетиями преследовал другой рок – добрый.
Судите сами: на протяжении последних восьмидесяти лет все они умирали только естественной смертью и в преклонном возрасте, хотя целых пять членов семьи воевали на фронтах Великой Отечественной. С 1955 по 1995 год Харченко более 20 раз выигрывали в различные лотереи, в том числе трижды – автомобиль. В 1992 году самый младший из удачников, четырехлетний Сережа, упал с пятого этажа и даже синяка не набил! Тремя годами раньше его мама оказалась единственной пассажиркой такси, оставшейся в живых после аварии. А как-то раз вся семья, собираясь в отпуск, опоздала на поезд, который затем потерпел крушение.
