Читаем без скачивания Тиран (ЛП) - Лавин Тиана

Хантер смыл все свои проблемы в канализацию, но они были как изжога, которая имела свойство обычно приходить снова. Выйдя из душа, он вытерся и вернулся в комнату.

Нита, невероятно хорошенькая, сидела на кровати.

— Черт, ты отлично выглядишь, детка! — улыбнувшись, сказал он ей.

Она улыбнулась. На ней было облегающее черное платье с одним плечом, серебряное колье на шее и волосы, собранные в гладкий пучок. Она выглядела чертовски стильно и сексуально одновременно.

— Спасибо. Я нарядилась специально для тебя, — ответила она, скромно хлопая ресницами, заставив его рассмеяться. — О, Джонни передал тебе это, — закончила она, подавая ему сигару.

Взяв белую сигару из ее рук, Хантер положил ее на тумбочку, а затем, упав на колени, уткнулся головой ей в грудь, яростно желая ее. Нита стала гладить его, словно домашнего льва, заставляя его стонать. Нежно поймав его за подбородок, она перевела его взгляд на себя и вздрогнула.

— Боже мой, Хантер. Ты видел свою щеку, детка? Она воспалена.

— Я знаю. Через день-два все придет в норму, — в этот момент раздался стук в дверь. — Это принесли пакет со льдом.

Подойдя к двери, он посмотрел в глазок и открыл ее. Поблагодарив парня, который принес пакет, он прижал лед к своей щеке и спросил Ниту, не было ли у нее проблем с парковкой или поиском места. Затем, положив пакет со льдом на тумбочку, он уронил полотенце на пол и осторожно потер ушибленный кулак. Взгляд Ниты блуждал по всему его телу, словно пытаясь убедиться, что с ним все в порядке, он цел.

— Ты знаешь, как тяжело было смотреть этот бой? — спросила она голосом, полным эмоций. — Знаешь, каково это — видеть, как того, кого ты любишь, снова и снова бьют?

— Знаю.

Ее глаза расширились.

— Черт! Прости, Хантер, — она покачала головой. — Я не имела в виду…

— Я знаю… тебе не нужно извиняться. Я не настолько хрупок, детка. Я просто отвечал на твой вопрос, — они немного помолчали. — Перед вечеринкой у нас есть немного времени… — сказал он, глядя на нее из-под полуопущенных век. — Я хочу заняться любовью. Раздевайся.

С чувственной улыбкой она встала и начала снимать платье, не сводя с него глаз. Закурив сигару, Хантер наслаждался представлением, а затем, положив сигару на пепельницу, схватил стул и поставил его ближе к кровати. Подняв с пола уроненное полотенце, он бросил его на сиденье и сел, вальяжно раскинувшись. Взяв в руку свой член, Хантер начал медленно гладить его, глядя на Ниту. Проводя рукой вверх и вниз по своему стволу все быстрее и быстрее, он застонал, смотря на нее, сосредоточившись на ее сиськах и киске. Ему не разрешено было трахать ее несколько дней, и это сдерживание истощило его. Теперь он мог, наконец, облегчить свою нужду. Мог, наконец, взять ее.

Нита подошла к нему, не нуждаясь в команде. Когда она встала перед ним, он схватил ее за талию, притянул к себе и провел языком по ее клитору. Вздрогнув в его объятиях, она провела руками по его голове, застонав от удовольствия. Медленно и нежно он втянул клитор в свой рот, наращивая интенсивность сосания до тех пор, пока она уже не могла выдержать ни секунды дольше… Он слизал ее соки, когда она кончила на его языке, дрожа в его хватке и выкрикивая его имя. Когда она успокоилась, он поцеловал внутреннюю сторону ее бедер, а затем шлепнул по заднице.

— Встань, подойди к моей сумке и достань из нее цепь, — любопытство читалось на ее лице, когда она сделала, как он просил. — А теперь тащи свою задницу сюда вместе с ней.

Она подошла к нему и он, накинув цепь сначала на ее талию, а затем на свою, соединил их тела.

— А теперь оседлай меня.

Нита последовала его указанию. Он держал ее за бедро, пока они смотрели в глаза друг другу, не желая выходить из транса. Цепь зазвенела, когда он погладил головкой своего члена скользкие, мягкие губки ее киски…

Ахнув, она закрыла глаза, когда он вошел своим членом в ее теплое лоно и не останавливался до тех пор, пока не оказался в ней полностью, а затем подался назад, так же почти полностью выйдя из нее, затем снова толкнулся вперед.

Двигаясь медленно и плавно, он заставлял ее чувствовать каждый толчок. Нита застонала, и он, подавшись вперед, обхватил пальцами ее шею и подарил восхитительный поцелуй. Поглаживая ее язык своим, он трахал ее в таком бешеном ритме, словно у него не было киски тысячу лет.

— Да, вот так… — пробормотал он, чувствуя себя настолько хорошо, что даже не был уверен, что продержится так долго, как обычно. Холодный металл цепи обвивал его плоть, плоть Ниты, гремя каждый раз, когда он погружался в нее. Хантер взял свободный конец цепи, лежавший на полу, и, накинув его себе петлей на шею, протянул ей конец. — Затяни.

— Что? — недоуменно спросила она и ее глаза расширились.

— Затяни эту гребаную цепь на моей шее.

Сглотнув, Нита осторожно потянула за конец цепи. Когда она это сделала, Хантер глубоко толкнулся в нее, заставив Ниту закричать от интенсивности удовольствия. Крепко обняв, он притянул ее к себе, заставил положить лоб ему на плечо, когда все ее тело задрожало от приближающегося оргазма.

— Затяни ее! Снова затяни цепь!

Она сделала это снова и снова. Каждый раз, по сигналу, он врывался в нее, совершая мощные толчки в ее пульсирующей киске, двигаясь сильно и быстро.

— Каждый раз, когда ты будешь затягивать ее, детка, я буду входить в тебя так глубоко, что люди могли бы подумать, будто твой живот — это гребаный вигвам. Затяниее, — Нита, казалось, пребывала в эйфории. — Затяни эту гребаную цепь!

Она снова затянула ее, потом еще раз, пока, громко крича, не кончила, стекая соками по его члену, а он, застонав, не кончил в нее. Дрожа, они держались друг за друга, рассыпаясь на куски.

— Бл*ть! — он толкался в ней, как поршень, выстреливая спермой внутри ее теплых, сладких стенок. — Детка, твоя киска так хороша! Я должен иметь ее утром, днем и вечером…

Со стоном Хантер откинулся на спинку стула, пот стекал по его лицу. Он закрыл глаза и улыбнулся, чувствуя, как она осыпает его тело нежными поцелуями. Пока он нежно гладил ее по спине, они сидели, прижавшись друг к другу, словно несчастные влюбленные, укравшие драгоценный момент. Ему не хотелось двигаться, не хотелось вставать, не хотелось покидать тепло ее оазиса.

— Нам нужно подготовиться к выходу. Люди ждут тебя, детка, — сказала Нита, словно читая его мысли, в которых он искал способ продлить их время вместе. — Ну, давай же, — хихикнула она. — Мы сможем вернуться к этому позже.

Она отстранилась от него, и цепь, связывающая их, зазвенела. Сняв петлю со своей шеи и освободив их тела, Хантер отбросил цепь на пол с громким лязгом. Нита покачала головой и расхохоталась, вставая на ноги.

— Извращенец. Ты способен превратить в сексуальный объект даже пустую бутылку из-под газировки.

Насытившиеся и довольные, они направились в превосходную ванную комнату вместе. Пользуясь раковиной, Хантер вымыл свой член, лицо и руки, пока Нита принимала душ. Закончив, Нита снова надела платье, а он — красивую белую рубашку и темные брюки, а также пару туфель, которые его любимая выбрала для него на похороны Ноя. Стоя рядом, они посмотрели на себя в большое зеркало.

— Ты чертовски красива, Джей-Джей! Посмотри на себя — какая конфетка!

Она завизжала, когда он схватил ее и чмокнул в щеку. Через несколько мгновений они, взявшись за руки, вышли из гостиничного номера и направились в банкетный зал на афтерпати — его первое в качестве профессионального боксера. Когда они подошли ближе, Хантер услышал громкую, глухую музыку диджея— «CumonFeeltheNoize» группы «КьютРайот». Прежде чем они вошли, Нита обняла его и поцеловала, а затем, приподнявшись на цыпочках, прижалась губами к его уху. Хантер обвил рукой ее талию.

— Я люблю тебя, Хантер, — прошептала она. — Если хочешь продолжать заниматься боксом, то делай это. Не позволяй никаким моим опасениям остановить тебя. Я помню, что сказала в номере отеля, и это было правдой. Я чувствую то, что чувствую, но ты заслуживаешь нового начала. Ты хорош в боксе. Нет, великолепен… великолепен в нем, и, если какой-то части тебя интересно дальнейшее развитие этой профессии, я буду рядом. Ты получишь мою полную поддержку.