Сержант Колон надменно поправил латы.
– Если тебя действительно приперло, – сказал он, – то шанс один на миллион ОБЯЗАТЕЛЬНО сработает. Широко известный факт.
– Знаешь, Шноббс, а сержант прав, – тоном специалиста поддержал Моркоу. – Бывают моменты, когда вероятность – один на миллион, что ты спасешься. Но… но ты спасаешься. Иначе не было бы… – он понизил голос, – не было бы никакого смысла. Если бы это не работало, не оставалось бы никакой надежды… В общем, боги ни за что не допустят, чтобы было иначе. Не допустят.
Все трое как один повернулись и устремили взоры вдаль, где в тысячах миль от них располагался Пуп Плоского мира. Сейчас воздух был сер от дыма и туманных лент, но в ясный день иногда удавалось разглядеть гору Кори Челести, обиталище богов. Во всяком случае, на ней это обиталище располагалось. Они жили в Дун-манифестине, своего рода оштукатуренной Валгалле. Там боги проводили вечность, ища, чем бы заняться в дождливый денек. Поговаривали, будто там они играют во всякие игры, а вместо фишек – живые люди. В какую именно игру играли боги сейчас, оставалось лишь догадываться. Разумеется, у всякой игры должны быть правила. Это всем известно. И людям ничего не остается, кроме как надеяться, что боги эти правила тоже знают.
– Должно сработать, – пробормотал Колон. – Я буду стрелять счастливой стрелой, и на этом все. Ты прав. Шанс один на миллион срабатывает. Иначе все утрачивает смысл. Тогда лучше вовсе не жить.
Шноббс опять уставился на пруд. После краткого колебания Колон присоединился к нему. Они смотрели вниз с выражением сосредоточенности, характерным для людей, которые много чего повидали на своем веку и знают: сколько ни рассчитывай на героев, королей, а то и на богов, все же по-настоящему можно положиться только на силу тяготения и глубокую воду.
– Не то чтобы нам это обязательно понадобится, – оценивающе заметил Колон.
– С твоей счастливой стрелой конечно нет, – поддержал Шноббс.
– Это верно. Но просто из интереса, какая тут, по твоему мнению, высота?
– Я бы сказал, футов тридцать. Может, чуть больше, может, чуть меньше.
– Тридцать футов, – Колон медленно кивнул. – Вот и мне так показалось. А пруд глубокий?
– Как я слышал, очень глубокий.
– Поверю тебе на слово. Вид у него довольно мерзкий, на лужу грязи смахивает. Не хотелось бы туда прыгать.
Моркоу жизнерадостно шлепнул сержанта по спине, едва не сбив того с ног.
– Что за дела, сержант? Или ты хочешь жить вечно?
– Не знаю. Спроси меня об этом лет этак через пятьсот.
– Тогда нам повезло, что у нас есть твоя счастливая стрела! – воскликнул Моркоу.
– М-м-м? – промычал Колон, охваченный какими-то одному ему ведомыми горестными видениями.
– Я это к тому, что нам повезло, ведь мы можем рассчитывать на этот последний шанс, который один на миллион. Вот если бы его не было, тогда бы нам и вправду несдобровать!
– О да, – печально отозвался Шноббс. – Везучие мы.
Патриций лег на спину. Пара крыс подтащила ему под голову подушечку.
– Похоже, снаружи дела обстоят из рук вон плохо, – заметил он.
– Ага, – с горечью подтвердил Ваймс. – Вы правы. Вы находитесь в самом безопасном месте во всем городе.
Он в очередной раз засунул нож в расщелину между двух камней и осторожно покачал камень. Лорд Витинари с интересом наблюдал. Ваймсу удалось разобрать стену на высоту шести футов от уровня пола, и теперь он подбирался к решетке отверстия, заменяющего окно.
Вскоре Ваймс принялся ковырять цемент вокруг решеток.
Понаблюдав за ним некоторое время, патриций снял книгу с полочки рядом с кроватью. Поскольку крысы не умели читать, собранная им библиотека характеризовалась некоторой причудливостью, однако патриций был не из тех людей, кто игнорирует возможность приобрести новые познания. Открыв на заложенном месте «Историю Плитения Кружев Ат Древнасти До Наших Дней», он углубился в чтение.
Спустя несколько страниц он обнаружил, что на книгу падают крошки цемента, счел необходимым стряхнуть их и поднял глаза.
– Ну как, получается? – вежливо осведомился он.
Ваймс скрипнул зубами и выломал кусок цемента. За маленькой решеткой взору открывался грязный дворик, освещенный немногим лучше камеры. В одном углу дворика была свалена куча кухонных отходов, но в данный момент она ласкала глаз. Во всяком случае, выглядела намного привлекательнее, чем темница. Изменившемуся Анк-Морпорку Ваймс предпочитал честную, открытую помойку. В куче отходов было что-то аллегорическое.
Он все колол, колол и колол. Лезвие изгибалось и гудело, нож в руке дрожал.
Библиотекарь задумчиво поскреб под мышкой. Ему предстояло решать свои проблемы.
Он явился сюда, полный ярости на книжных воров. Он и сейчас еще кипит от ярости. Однако вдруг ему в голову пришла мятежная мысль, заключавшаяся в том, что, хотя преступления против книг – самые страшные преступления на свете, отмщение, пожалуй, лучше отложить.
Ему абсолютно все равно, как люди поступают друг с другом. Однако определенные виды деятельности, думал библиотекарь, надо пресекать на корню и сурово наказывать, дабы преступники не впали в чрезмерную самоуверенность и не начали совершать те же самые поступки по отношению к книгам.
Взгляд библиотекаря упал на значок Ночной Стражи. В очередной раз библиотекарь попробовал значок на зуб, отчасти надеясь, что пережитые приключения каким-то образом сделали эту штуку съедобной. Да, и есть еще Долг перед капитаном.
Капитан всегда был добр к нему. И у капитана тоже был значок.
Вот именно.
Иногда орангутан должен сделать то, что пристало делать человеку.
Посредством комплекса сложных телодвижений библиотекарь отдал честь, зацепился длинной рукой за полку, раскачался как следует и исчез во мраке.
Солнце поднялось выше и теперь потерянным воздушным шариком катилось сквозь туманы и застоявшийся дым.
Стражники, пристроившись в тени дымовых труб, разнообразными способами убивали время. Шноббс тщательно исследовал содержимое ноздри, Моркоу писал письмо домой, а сержант Колон изводился от беспокойства.
Спустя некоторое время он грузно поерзал и произнес:
– Слушайте, я никак не могу решить одну проблему…
– Что такое, сержант? – спросил Моркоу.
Вид у сержанта Колона был жалкий.
– Ну-у, в общем, – а что, если это не тот шанс, который один на миллион?
Шноббс уставился на него.
– Это ты о чем?
– О том, что, разумеется, все эти последние шансы, которые один на миллион, они всегда срабатывают, тут нет проблем, но… короче, такие шансы, они довольно… как это говорится… специфическая вещь. Разве нет?
– Спроси кого-нибудь другого, – пожал плечами Шноббс.
– А что, если этот шанс, например, будет один на тысячу? – с мукой в голосе продолжил Колон.
– Что?
– Кто-нибудь когда-нибудь слышал, чтобы срабатывал шанс один на тысячу?
Моркоу оторвался от письма.
– Не сходи с ума, сержант, – сказал он. – Никто никогда не видел, чтобы срабатывал шанс один на тысячу. Все шансы против того, что он сработает. – Моркоу зашевелил губами, видимо подсчитывая. – Миллион против одного.
– Вот-вот, – согласился Шноббс. – Миллион.
– Так что на самом деле шанс может сработать, только если вероятность его срабатывания ровно один к миллиону, – заключил сержант.
– По-моему, верно, – согласился Шноббс.
– Так что, например, шанс один к девятьсот девяноста девяти и девятьсот сорока трем тысячным… – начал Колон.
Моркоу затряс головой.
– Не получится, нечего и надеяться. Никто никогда не говорил, что, мол, шансы равняются один к девятьсот девяноста девяти и девятьсот сорока трем тысячным, но, мол, может сработать.
Некоторое время, захваченные процессом яростного подсчитывания, они молча смотрели на расстилающийся перед ними город.
Моркоу что-то бешено застрочил. Он углубился в подробные вычисления. Сначала нашел площадь поверхности дракона, а потом принялся рассчитывать степень вероятности попадания стрелой в какую-то отдельную точку данной поверхности.
– Но не забудь, стрела будет выпущена прицельно! – внес уточнение Колон. – Я ведь не просто так пальну из лука, я сначала прицелюсь.
Шноббс кашлянул.
– В таком случае шансов гораздо больше, чем один на миллион, – вывел заключение Моркоу. – Может, один на сто. А если дракон летит медленно и язвимое место у него большое, этот шанс превращается практически в определенность.
Губы Колона было зашевелились, готовые исторгнуть: «Да, определенность, но ведь все равно может получиться…» О нет! Он потряс головой.
– Что же тогда делать? – произнес он вслух.
– Каким-то образом надо понизить наши шансы, – предложил Шноббс.
Наконец, ему удалось выдолбить небольшое углубление в цементе, рядом со средним прутом. Немного, но для начала пойдет.
