Очи Цирцена потемнели, превратились в бездонные омуты, от мужчины несло угрозой. Он снова толкнул её спиной к дереву.
Лиза скинула его руки со своих плеч, быстро ударив по ним.
– Ну, уж нет. Ты говорил, что я тоже могу командовать. Не рассчитывай, что я забыла. На этот раз сделаешь, как я захочу.
– И чего же ты хочешь, Лиза? – поинтересовался Цирцен опасно мягким голосом.
Она схватилась за плед Цирцена, сорвала его, бросила на землю и развернула носком туфли.
– Ложись, – приказала Лиза, его непонятный мрак разжёг девушку.
Сверкая взором, Цирцен повиновался. Хотя он и уважил её требование, его это отнюдь не смягчило. Лэрд был опасен и неумолим, но Лизу это ничуть не волновало, поскольку его эмоции заставляли девушку ощущать каждое мгновение, как последнеё.
Лиза обрушилась на него и поцеловала Цирцена со всей этой его неудовлетворённой яростью. Она превратилась в дикую штучку, наплевав на то, что оглашает воздух страстными стонами. Взяв в ладони лицо Цирцена, Лиза крепко его целовала, глубоко проникая языком в рот, покусывая его губы. При этом пристроила свои бёдра так, чтобы оседлать его. В том, как требовательно она одним движением поглотила своим лоном Цирцена, не было нежности. Их взгляды не отрывались друг от друга, и Лизе показалось, что от их неистовой страсти летят искры.
Она ощущала себя Валькирией, требующей удовлетворения от своего самца. Цирцен поднял руки и накрыл её груди, его взгляд сосредоточился на родинке с внутренней стороны её левой ноги. Лиза качалась на нём, снова и снова поднимая и опуская бёдра, прижавшись ладонями к его груди, поддерживая себя и глядя туда, где их тела соединялись его толстым копьём. Цирцен поднялся, нетерпеливо ловя ртом её покачивающиеся перед ним соски, его бёдра совершали настойчивые выпады. Когда он взорвался внутри Лизы, дикое удовлетворение нахлынуло на девушку, и она почти потеряла сознание от силы их совокупных чувств. Эта непомерность ощущений мгновенно послала её за грань восприятия. Она выгнула шею и закричала.
Позже она лежала у него на груди, удивляясь тому, что только что произошло. Взяла ли она его по его желанию, или он взял девушку по её собственной воле? Их необъяснимая связь сильно сбивала с толку, разум отказывался служить. Когда их желание усиливалось, и влажные тела скользили друг по другу, Лиза действительно не могла определить, где начинается Цирцен, и заканчивается она, потому что чувствовала их обоих. Эта связь усиливала её наслаждение во сто крат.
– Что это было? – прошептала Лиза.
– Думаю, что мы показали, как воистину нужны друг другу, девушка, – мягко пояснил Цирцен, поглаживая волосы Лизы. – Иногда такая взаимная потребность может себя грубо проявлять.
– Но тот мрак, что я получала от тебя, что это? – гнула своё Лиза.
– На что он был похож, любимая? – осторожно спросил Цирцен.
– Словно тебя взбесило что-то или кто-то, и, похоже, ты думал, что завтра меня здесь не будет.
Лэрд выдохнул ей в волосы. Он покрепче прижал Лизу к себе, и она почувствовала движение его горла, когда он сглотнул.
– Время столь быстротечно, дорогая. Вот и всё, что ты ощутила. Неважно, сколько мне отпущено быть с тобой, этого никогда не будет достаточно.
– У нас целая жизнь, Цирцен, – поцеловав, успокоила она лэрда. – Я проведу с тобой всю жизнь.
– Я знаю, – печально заметил Цирцен. – Знаю. Всю жизнь.
– Ты чего-то недоговариваешь, Цирцен.
– Этого недостаточно, – ответил он. – Боюсь, лишь вечность устроит меня.
– Тогда я твоя навсегда, – легко произнесла Лиза.
– Будь осторожна со своими обещаниями, девушка, – его глаза потемнели. – Я ведь могу поймать тебя на слове.
Лиза прижалась щекой к его груди, устав от избытка чувств, и смущённая странными словами Цирцена. Интуитивно она ощущала смутную угрозу, но не была уверена, что хочет разобраться в этом.
* * *
– Расскажи мне всё о твоей жизни, девушка, – потребовал позже Цирцен, когда они лежали в его кровати. Он шевельнулся внутри её и откатился.
– Всё? – дыхание Лизы было частым и неглубоким. Господи, знал же он, как прикоснуться к ней. Она ничего не смыслила в ласках, пока этот горец не дотронулся до неё рукой.
– Всё. Ведала ли ты о наслаждении, что может испытать женщина, прежде чем я сделал тебя своей?
– Ты имеёшь в виду, был ли у меня когда-нибудь оргазм? Мы так это называем в моём времени. Верх наслаждения или оргазм.
– Ага. Так ведала?
Лиза покраснела.
– Да, – тихо призналась она. Пальцы Цирцена сжали её бёдра, и он, будто зарывшись, спрятал лицо между её ног.
– Когда? – зарычал он, от чего она ощутила легкую приятную вибрацию.
– Вообще-то говоря, это сугубо личное дело, – слабо запротестовала Лиза, выгибаясь ему навстречу.
– Ага, "сугубо личное", – поддел её Цирцен. – И ты надеёшься уйти от разговора, когда я проделываю это самое личное с тобой?
– Ну, мне было любопытно. Я… трогала себя раз или два.
– И?
– Нашла, что это самые необычные ощущения. Поэтому я купила книгу, которая всё объясняла.
– И?
– И что? – недоумевая, переспросила Лиза.
– Ощущение такое же, как это? – Цирцен скользнул пальцем внутрь Лизы.
– Никакого сравнения, – прошептала Лиза, выгибаясь под его рукой.
– Ты трогала себя вот так? – Цирцен откинулся назад, чтобы Лиза могла видеть его. Одной рукой он погладил её холмик, надавив слегка основанием ладони, другой Цирцен обхватил себя.
Лиза задохнулась, завороженная видом руки, держащей его сильное копьё. Завидуя его руке, пребывавшей там, где жаждала оказаться её рука, Лиза потянулась и отбросила его руку прочь. Цирцен рассмеялся.
– Моё, – резко заявила Лиза.
– Ах, да.
* * *
Позже он начал снова.
– Расскажи мне всё о твоей жизни. Об аварии и о несчастье с твоей матерью, о чем ты скучала и чего хотела от жизни.
Он тут же попытался замаскировать чувства, стыдясь своих мыслей. Должно быть, ему успешно удалось скрыть эмоции, потому что Лиза охотно доверилась ему, обучая лэрда многим новым словам, когда они продолжили разговор.
Рискованная мысль зародилась где-то на задворках его разума, и лэрд приложил усилия, пытаясь обуздать её.
Просто он хорошо понимал, какие опасные всходы могут дать семена, однажды посеянные.
Глава 22
– ГАЛАН, У НАС ПОЛУЧИЛОСЬ! – САМОДОВОЛЬНО ЗАЯВИЛ ДУНКАН. БРАТЬЯ стояли, прислонившись к каменной колонне у входа в Главный зал, и наблюдали за шумным весельем. Цирцен обучал Лизу самому простому танцу горцев. Сосредоточившись на движениях ног, Лиза каждые пару минут откидывала голову назад и смеялась над лэрдом. Она прелестна, решил Дункан.
