Остальные оказались такими же неуловимыми. Словно как бы Винтер ни старался до них дозвониться, они игнорировали его звонки: либо он был персоной нон грата, либо они невероятно заняты. Честно говоря, и то, и другое возможно. На входе в любое здание Ордена проверялись все телефоны. Это требование ввели, чтобы избежать нежелательных инцидентов, вызванных смешением магии и технологий в тех случаях, когда они не должны смешиваться. Такой сценарий был крайне маловероятным, но если они и правда смешаются, последующие за этим взрывы и катастрофические бедствия заставят усилия Чёрной Бороды по наведению ужаса выглядеть как костюм пятилетки на Хэллоуин.
— Позвони Ипсиссимусу, — сказала я, вжимая педаль газа в пол. — Если у него с собой телефон, он ответит на твой звонок. Он ждёт не дождётся, когда ты передумаешь и вернёшься в Орден.
Губы Винтера поджались в линию.
— Он был первым, кому я позвонил.
Ох. Так, это плохо. Я одно за другим называла имена. Винтер повсюду оставлял сообщения, но ни одна живая душа не брала трубку. Когда Ева не ответила, стало ясно, что все, кого мы знаем в Ордене, либо в Уффингтоне, либо застряли на совещаниях и встречах. Винтер даже попытался позвонить Тарквину. Гудки шли, но он не ответил — вероятно, это моя вина, ведь я бросила трубку на середине предложения.
Явно настало время для решительных действий.
— Возьми мой телефон, — сказала я. — Звони Икболу.
— Иви, он не состоит в Ордене. Он даже не ведьма.
— Да, — ответила я. — Но он может добраться до чёртова Ордена и выяснить, что происходит.
— Хорошо.
Винтер набрал номер, и я ждала затаив дыхание. Когда он начал говорить, моё тело обмякло от облегчения. Наконец-то, кто-то ответил на чертов звонок.
— Он в Манчестере, — сказал Винтер. — Он даже дальше, чем мы.
Я издала сдавленный крик. Не надо было разбивать это грёбаное зеркало. Должен быть способ связаться с грёбаным Орденом, даже если нам придётся разжечь сигнальные костры или послать почтовых голубей. Должен же быть грёбаный способ.
— Попробуй магическую горячую линию, — наконец сказала я. — По этому номеру ты сможешь до кого-нибудь дозвониться.
Это была служба телефонной помощи, созданная для не-ведьм на те случаи, когда им требовалось магическое вмешательство. Она скандально прославилась своей неэффективностью, но у нас заканчивались варианты.
— Хорошая идея, — кивнул он и нашёл номер. Через несколько мгновений он яростно выругался.
— Что такое?
Он включил громкую связь. Зазвучал дребезжащий голос…
— Нажмите три, если вы полагаете, что вызвали предзнаменование. Нажмите четыре, если вы обнаружили магические способности у члена семьи. Нажмите пять, если…
Я провела рукой по лбу. Боже правый.
— Да ну нахрен, — сказала я. — Звони в полицию. Скажи, что ситуация чрезвычайная, и отправь их в Орден.
Краем глаза я увидела, что выражение лица Винтера стало ещё мрачнее.
— Они не поедут. Что бы я им ни сказал, без прямого приказа Ипсиссимуса полиция не вмешивается ни во что, что происходит на территории Ордена.
— Так притворись им! Он не будет возражать! Во всяком случае, учитывая обстоятельства.
— Есть кодовое слово. Его знает лишь Ипсиссимус.
Проклятье. Орденские выскочки усложняли себе жизнь на максимум. Болваны.
Винтер нажал девять. Очевидно, это цифра для экстренных случаев, однако спустя пару секунд всё тот же механический голос радостно нам сообщил, что мы тринадцатые в очереди, но они очень серьёзно относятся к нашему звонку. И заиграла мелодия I Put a Spell on You. (название песни дословно переводится как «Я наложил на тебя чары», — прим)
— Тринадцатые, — себе под нос пробормотала я. — Ну конечно.
Винтер открыл рот, готовый снова мне сказать, что мои суеверные страхи — чепуха, но явно передумал. Неудивительно, учитывая наше текущее затруднительное положение. Вместо этого он сменил тему, пока я продолжала мчаться по шоссе по направлению к Оксфорду. Нас уже зафиксировали три камеры контроля скорости, что не лучшим образом отразится на моей карьере таксиста. Я вздохнула. Похрен.
— Что заставило тебя проверить? — спросил он. — То, под каким именем он заселился в отель.
Я проигнорировала злой жест от мотоциклиста в соседнем ряду, когда я его подрезала, и ответила:
— Это всегда казалось слишком простым. Меня не покидает мысль, что мы знаем, насколько умён Чёрная Борода. Мы знаем, чего он на данный момент добился. Неужели он на самом деле позволит полиции и ведьмам окружить себя? — тяжёлый груз, осевший на моих плечах, когда я повесила трубку после разговора с Тарквином, сделался ещё тяжелее. — Мне стоило подумать об этом раньше. Мне стоило спросить об этом раньше.
— Меньше двадцати четырёх часов назад ты лежала без сознания на полу крематория для животных. Не говоря уже о том, что ты до сих пор восстанавливаешься после Шотландии.
— Я не могу использовать это в качестве оправдания.
Винтер строго на меня посмотрел.
— Иви, это не только твоя битва. И это даже не битва нас двоих дуэтом. В операцию вовлечены сотни людей. Если мы все поверили, что он в Уффингтоне, это не твоя вина.
Я прикусила губу.
— Такое ощущение, что моя.
На приборной панели такси вспыхнул оранжевый предупреждающий сигнал. Гадство.
— Нам нужен бензин, — раздражённо прошипела я.
— Впереди будет заправка. Не волнуйся, — сказал Винтер. — Мы приближаемся к Оксфорду. Скоро доберёмся до места.
— Давай просто надеяться, что это будет достаточно скоро.
Монотонно раздававшаяся из телефона Винтера песня резко оборвалась, и снова раздался записанный голос:
— Ваш звонок очень важен для нас. В настоящий момент вы находитесь в очереди под номером четырнадцать.
Костяшки моих рук, сжимавших руль, побелели. Выкинуть телефон в окно сейчас вообще ничем не поможет.
Я сбросила скорость, включив левый поворотник для съезда с шоссе. По крайней мере, на заправке было почти безлюдно, и у заправочных колонок не было очереди. Едва остановив такси, я выпрыгнула из него, чтобы наполнить бак. До Оксфорда и главного здания Ордена нам оставалось проехать ещё около ста километров. Был почти полдень воскресенья, на дорогах тихо. Но мы не имели
