самому горластому, с достоинством довёл до их сведения.
— Джентльмены. Если вы не заметили, то я имею честь быть рыцарем Норвежской короны и состоять в ордене Королевы Катарины. Оскорбляя меня, вы оскорбляете и их, что недопустимо. Как и то, что вы задеваете честь этих прекрасных леди, усомнившись в их праве сделать собственный выбор, с кем и куда идти. Если меня не подводит зрение, то перед нами два кавалериста и оруженосец.
Они только сейчас обратили внимание на маленькую бляху значка, закреплённого на моём поясе силового снаряжения. Тоже мне, наблюдательность уровня — Индеец. Они меня что, на кулачный бой собирались вызвать? Где трое на одного в раздевалке или туалете? Совсем идиоты?
— Следуя кодексу…, — по памяти перечислил им нужные параграфы, — я могу расценить это, как достаточный повод для вызова на поединок чести. В порядке очерёдности. Кроме того, как воспитанные молодые люди, вы разве не должны были представиться первыми? И потрудиться сообщить, где работаете или учитесь. Чтобы я знал, с кого требовать компенсацию, а также, чтобы мой орден впоследствии направил туда официальный запрос. Попросив разъяснить, выражаете ли вы сейчас свою личную точку зрения или позицию этой организации. С принятием соответствующих выводов, после получения ответа.
Уверенным тоном, невозмутимо обозначил последствия их действий. Таким образом, я освобождал себя от ответственности, если с ними на этих поединках что-нибудь случится. Понятно, что убивать идиотов за глупые высказывания уже давно не принято, мягко говоря, но проучить их следовало. Что будет воспринято обществом в положительном ключе. Как часть воспитательного процесса. Кроме того, они были предупреждены, что если со мной что-нибудь случится, особенно вне рамок законов и кодекса, то с них сурово спросят мои собратья рыцари. Чтобы сохранить репутацию всего ордена. А то будет казаться, что всякая шваль может безнаказанно вытирать о нас ноги. И всё это будет сделано по закону, который не только защищает простых людей от произвола одарённых, но и нас от них. Иначе бы система сдержек и противовесов давно уже развалилась.
Потеряв былой запал, парни попытались развести меня на «слабо», чтобы обойтись без посторонних и ненужных им церемоний. Уже совершенно не горя желанием выходить на арену. Ещё бы, после того как узнали о моём рыцарском ранге. В итоге свести всё к словесной перепалке, с последующим её сворачиванием и отступлением, спасая свою гордость. Сохраняя лицо перед дамами. Которые и сами могли свернуть их в бараний рог. О чём те ещё не знали, поскольку девушки не украсили свои пояса ранговыми значками, желая сохранить это в тайне, чтобы спокойно ходить в клуб. Избавив себя от внимания назойливых поклонников или других посетителей.
Когда парни нас покидали, многозначительно посмотрев на Брину, стоявшую неподалёку, контролирующую обстановку, намекающее кивнул ей в их сторону. Пусть проводит. Присмотрит, чтобы детишки больше не шалили. Если что, приструнит. Нежно. Несколько раз. Чтобы знали, как приставать к этим леди. Если же они окажутся вменяемыми парнями, осознавшими свои недостатки, пусть идут с миром.
«По миру», — мстительно пожелал внутренний демон, появившийся у левого плеча в облике маленького, безобидного гоблина. С ложкой в руках. «Не трогай их», — сурово пригрозила крохотная, миленькая фея со стрекозиными крылышками, в зелёном платьице, появившаяся в противовес ему у моего правого плеча. С ангельским, детским личиком Марты. «Я сама объясню этим плохим мальчикам, что так поступать нехорошо.» «Не понял. А топор-то тебе зачем? И как ты его только удерживаешь на весу? Он же больше тебя в три раза», — а вот это уже подумал я, усилием воли рассеивая этот театр воображаемого абсурда. И что моё подсознание хотело этим сказать?
После ухода парней, мы ещё некоторое время поговорили, прежде чем я попрощался, сославшись на занятость. Отказавшись от предложения Ханны сходить в кафе. Перекусить в более удобной и приятной обстановке. Похоже, они меня всё-таки не узнали. Маргарет нашла моё силовое снаряжение подозрительно знакомым, но и только. Одного этого было мало.
При Ханне я не стал ей раскрываться. Не то чтобы я не доверял сестре, просто боялся, что она своими неосторожными словами или поступками случайно выдаст моё присутствие многочисленным шпионам. Пока же она ничего не знает, ей ничего и не грозит.
Касательно шпионов. Первым в списке соседей Йохансонов, с которых я начал проверку, оказались люди, которые работали на герцога Кембриджского. Под надёжным прикрытием. Вели себя, не вызывая подозрений. Все документы были в порядке. Ничего незаконного дома не хранили. Включая доказательства своей работы на Его Светлость. С виду обычная, среднестатистическая семья. Однако, все эти меры предосторожности им не помогли. На любую хитрость всегда найдётся непреодолимая простота. Я вечером зашёл к ним в гости, познакомиться. Задал несколько прямых вопросов. После чего, получив ответы, спокойно ушёл. О чём они тут же забыли, едва захлопнулась входная дверь. Пребывая в полной уверенности, что их новый сосед, тоже Йоханссон, да не тот, домой ещё не возвращался. И вообще, он вне подозрений.
Раз так сложилось, с принцессы Кэтрин я и собирался начать своё расследование. Если быть точным, с её отца. Сама Кэтрин Эдвардс решения такого уровня, как моя ликвидация, не принимает. Конечно же, проверю и эту версию, но что-то сильно сомневаюсь, что она причастна к моему несостоявшемуся убийству. По банальной причине. Её Высочеству незачем было отдавать такой приказ. Да и кому? По-настоящему своих людей, преданных лично ей, у Кэтрин нет.
Но прежде чем я отправлюсь к герцогу Кембриджскому в гости, без приглашения, сначала навещу ещё одну старую знакомую. С которой только недавно виделся. Расспрошу о принцессе. О том, как сама живёт? Как часто в клубах с моей сестрой цепляет парней? Что это было? О других общих знакомых. Заручусь поддержкой. Лично её. К отцу Маргарет у меня доверия нет. Он министр и верный слуга Его Величества. Если Короне будет выгодно, поможет. Если невыгодно, опять же, поможет, но не мне, а спецслужбам, которые меня ловят. Хотя соваться в дом Бедфорд опасно, но на что только не пойдёшь ради нашего маленького и миленького капитана. Уж очень хочется увидеть, как она потеряет дар речи. Застать Маргарет врасплох, в домашней обстановке.
* * *
Сонно щурясь, нерасчёсанная, рассеянная Маргарет в пушистых тапочках, в футболке с принтом мышки и розовых штанах с боковой полоской, марки Абибас, спустилась на кухню. На автопилоте добрела до холодильника. Открыла дверцу. Достала бутылку с минеральной водой. Продолжая выполнять привычную программу, не требующую активного
