«Будь спокойнее, что ты нервная такая», – прозвучала в голове фраза брата, которую раньше он не раз мне говорил.
И я вдруг встала ровнее, задышала медленнее. Ну правда, чего это я. Если буду им угрожать, то точно умрём – перестреляем друг друга.
– Чёрный Морган, – обратился Альдо к темнокожему главе. – Ты мне даже руку не пожмёшь?
– А нужно? – он усмехнулся. – Даже если что-то происходит, не происходит ли оно из-за вас?
– Хм… А что, если ты здесь хорошо жил, позволив имперцам работать в твоей Лаборатории, а теперь пришли мы… – Альдо подошёл ближе к Моргану и протянул руку.
– Я им не разрешал, – он ответил, с испугом посмотрев на Билла, а потом в его глазах взорвалась злость. – Это Билл договорился с СИБ! Нам нужно было здесь, на самой окраине обжитого космоса, как-то выживать!
– Мы решили оставить прошлое в прошлом, – спокойно сказала я. Нужно прекращать спор. – Главное, выжить сейчас.
– Да и поверить тем, кто однажды проиграл… кажется, что это глупо, – проворчал Морган, и я увидела, как он под столом от волнения сжимает одну руку другой.
– Не говори так с ней, – негромко сказал Альдо, нахмурив брови.
– Да, особенно, если благодаря Принцессе мы живы, – произнесла ещё одна женщина, которая до этого молчала. – Смотрю, все как-то забыли про еду и маяк.
Она была одета в красный лонгслив с воротом под горло, на груди её поблескивала чёрная брошь с кулаком. Её прозвали Алая Заря. Маяк… неужели она говорила про тот самый маяк, который я привезла в колонии, рискнув всем, и потом попала в плен.
– Никто не забыл… – пробубнил Морган. – Все, кто пережил тот голод, помнят.
– Так может, ты разрешишь себя обыскать? – спросил Альдо, и его вопрос звучал угрозой.
Морган сглотнул слюну. Посмотрел на Билла, потом на нас с Матео, затем уже взглянул в глаза Альдо:
– Не надо. Коробка у меня. СИБ угрожает моему сыну.
21.4
~Трой~
Я взглянул на Хана. Он ещё дышал. Хрипло, редко, но дышал.
Мне нечем ему помочь, от этого грудь будто сдавливало камнем. Но я надеялся, что кто-то успеет подойти.
Дым совсем развеялся, и я увидел в двадцати шагах от себя, как двое мужчин, одетые по-имперски в наглухо застегнутые пиджаки, дерутся на катанах. Отец и Андромаха. Сталь бликовала в синеватом освещении ангара. Поединки заточенными императорскими катанами проводились только подпольно, и лет пятьдесят назад. Потому что одно лёгкое касание лезвием могло стать фатальным.
Отец двигался так быстро, что Андромаха едва успевал отбиваться от его мощных выпадов. У меня даже голова закружилась. Будто передо мною сражались люди из запредельной вселенной, на скорости света. Ещё секунда, и отец нашёл брешь в броне Андромахи, рассёк ему левое плечо. Тот отскочил назад, его ярко-синий костюм пропитывался кровью. Можно было его пристрелить, и раньше, чем я об этом подумал, кто-то выстрелил. Катран. Он взобрался на рудовоз.
Адромаха отразил луч зеркальной поверхностью лезвия. Выхватил что-то из кармана, и их с отцом заволокло дымом.
Из дыма стали вырисовываться какие-то жужжащие чёрные точки.
«Что это?» – спросил я у нейросети.
«Микродроны, военная разработка Принстонского Университета, с укусом вводят парализующий нейротоксин, от множественных укусов возможен летальный исход. Применяются для разгона демонстраций».
– Беги, – передал я по связи Катрану, который уже спрыгнул с рудовоза. – Пара укусов, и ты труп.
Они роем немыслимо быстро оказались рядом с Катраном. Он едва успел спрятаться в одном из кораблей. Дроны караулили его рядом.
Сталь звенела из клуба дыма. Нейросеть обвела мне отца и Андромаху красными линиями. Я видел их. Пытался прицелиться, но боялся попасть в отца. Отец то наседал на врага, то пятился.
– Почему ты… – послышались слова, обрамлённые сбитым дыханием Андромахи и лязгом мечей, – Просто не заберёшь… сын-н-на? Дд-договор-римся?
Отец оттолкнул его ногой, тот ударился о свой же корабль. Я даже от радости сделал неосторожный шаг и пнул какую-то железяку. Звук эхом разошёлся по ангару. Я спрятался за груду хлама.
– Нет, я просто тебя убью! – отец, видимо, снова пошёл в атаку.
Я услышал близкое жужжание. Чтоб его. Теперь дроны летят за мной?
– Хорош-шо, но твой сын … тожжже… умрёт… – прошипел Андромаха.
Я судорожно думал, куда же мне спрятаться.
«Как вывести из строя микродроны?» – спросил я у нейросети.
Рой вылетел из-за угла контейнера, и я побежал. Одна смертоносная муха подлетела так близко, что почти села на голову. Я сумел отмахнуться бластером. Судорожно оглянулся. Меня и дроны разделяли метры.
Краем глаза глянул на поединок, и увидел, как Андромаха, уходя от очередного удара, крутанулся в сторону и взмахнул катаной, выбивая оружие из рук отца. Тот отбежал в сторону.
«Проведённый анализ показал, что можно дезориентировать их. Включить устройства связи на их частоте».
«Сделай это»
«Выполняю».
Жужание уже было слышно над ухом, несколько железных насекомых сели на плечи, одно запуталось в волосах. Казалось, что я откинул его вместе с клоком волос. А палец обожгла яростная боль. Сердце пыталось выскочить из груди. Я извивался на бегу, сбрасывая их. Почему так долго.
Раздался крик. Против воли я замер. Несколько дронов оказались на мне. Маленькие лапки коснулись кожи на шее.
Кричал отец. Андромаха провел продольную полосу от его лопаток до поясницы. Кровь обагрила клинок.
Я пытался сбросить насекомых с себя, выронил пистолет, снова побежал, но мыслями был с отцом. Вот так значит. Мы просто вместе умрём? Не будет ни разговора, ни свадьбы. Принс. Я почувствовал ещё укус в районе плеча.
Андромаха отрубил оседающему на колени папе. Голову. Тело рухнуло на металлический пол. Не будет разговора.
Каждый стук моего сердца превращался в оглушительный взрыв. Я почти надеялся, что меня укусят ещё. Ждал, потому что душу разрывало так, что физическая боль казалась избавлением. Я снова остановился.
Принс. Мне нельзя сдаваться. Андромаха. Я впервые по-настоящему так ненавидел кого-то. Хотел убить. Увидел лежащую у проводов катану отца.. На ходу отмахиваясь от дронов. Ринулся к оружию. Оказался прямо рядом с кораблём врага. И вдруг понял, что больше не слышу жужания. Рой россыпью чёрных горошин упал мне под ноги.
«Система навигации дронов выведена из строя», – пришло оповещение от нейросети, я поднял оружие отца, ещё хранящее тепло его руки. И заметил Андромаху, хромающего к аппарели.
– Вы же за мой пришли? – проорал я, крепко сжимая в руке катану отца. От укуса онемел безымянный палец, я его просто не чувствовал.
– Трой? – обратился ко мне Андромаха. – Хороший был трюк с мимикреэйтором… Тебя не узнать.
Он говорил что-то ещё, но я его не слышал, мой взгляд упал на распластанное на полу тело. В горле застрял тугой комок.
Андромаха тем временем смахнул кровь с меча, убрал его в ножны и взбирался на аппарель корабля. Уходил?
Я ринулся к нему. Ярость зашорила глаза. Я ничего больше не видел, только ублюдка, убившего моего отца.
Сделал выпад, он уклонился и оттолкнул меня ногой.
– Думаешь, мне это интересно, парень? – сказал он, скучающе закатив глаза, и ступил на аппарель. – Одно дело драться с Германом, другое дело с тобой! Это пустая трата времени. Ты погибнешь здесь вместе со всеми.
Я, не чувствуя боли, разогнулся, прыгнул на Андромаху, занося меч, чтобы раскроить ему череп, но он одним движением выхватил меч из ножен и снова отбил атаку, переходя в нападение. Ангар снова наполнил звон стали. Противник был силен.
– Бомбы обезврежены, – улыбаясь тихо сказал я, зная, что Андромаха не будет пробовать их взрывать, опасаясь за свою жизнь. – Так что я не умру.
– Думаешь, что я поверю? – Андромаха достал из кармана устройство и поднял в руке, демонстративно приложив палец к одной из кнопок. – Одна бомба в конуре, на другом конце станции. У меня будет время улететь. Взорву-ка я её сейчас.
