— Так как же нам все-таки туда попасть?
— Мы должны сделать первый шаг. Предпринять что-то, чтобы Руари мог прореагировать, если не хочет выглядеть глупцом. Хэи должны разорвать путы первыми.
— И как же ты думаешь это сделать? — спросила Нейл.
— Мы похитим кого-нибудь из Керров, — Сорча не смогла сдержать улыбки — так поразились ее родственницы.
— По-твоему, это легко?
— Конечно! Ну как же вы не понимаете? Мы заново начнем всю эту игру. Если мы возьмем Керра в плен и потребуем выкуп, все закрутится снова.
— Вся нелепость начнется опять. Руари придется платить выкуп.
— Нет не придется. Мы сделаем все так, что нас поймают.
Сорча даже не заметила взгляда Нейл. А он красноречиво говорил, что девушка сошла с ума. Для Маргарет, наоборот, все казалось замечательным. Этот прекрасный путь снова давал Руари власть в руки. Они схватят первого попавшегося из Керров, Потом сами окажутся в плену из-за этого преступления. И тогда Дугалу опять придется иметь дело с Руари.
— Ты абсолютно сумасшедшая, — пробормотала Нейл. — Иначе и сказать нельзя. Но план может сработать.
— По-моему, самое страшное, что нам грозит, — это провал. Дугал раскроет наши планы и всерьез на нас рассердится.
— Он и так в ярости. Мы надоели ему просьбами изменить решение, — возразила Маргарет.
— Вот именно, — согласилась Сорча.. — Так что в худшем случае просто ничего не изменится.
— Но как же мы добудем Керра? — спросила Нейл.
— Вот в этом-то и есть единственная слабость моего плана, — призналась Сорча.
— Единственная?
Сорча как будто и не заметила иронии.
— Я ничего не смогла придумать лучше того, что караулить у стен Гартмора.
Она терпеливо дождалась, пока Нейл закончит смеяться. Слабость плана бросалась в глаза, поэтому Нейл вправе веселиться. Но это был единственный план, возникший в их трех головах за две недели мучительных раздумий. Поэтому Нейл была вынуждена согласиться.
— Это один из самых худших планов, известных мне, — наконец смогла проговорить Нейл. — Но ты права в одном. Если мы провалимся, то единственное, что нам грозит, это еще большая ярость Дугала. Поэтому я бы рискнула. Но нам потребуются еще люди, кроме нас троих.
— Знаю. Наверное, надо взять с собой Роберта и еще кого-то из мужчин.
— Роберта трогать нельзя. Нельзя брать с собой никого, кто клялся в верности твоему отцу, а потом присягнул Дугалу, когда тот стал лэндлордом. Они могут изо всех сил стремиться помочь тебе и считать поступки Дугала неразумными, но не надо принуждать их нарушать клятву, которой они были верны всю жизнь. Я поищу кого-нибудь помоложе, тех, кто еще не принял присягу или достаточно молод, чтобы в случае суда его поступки сочли просто ошибкой. Но все-таки я попрошу тебя дать Дугалу еще один, последний шанс.
Сорча пыталась настоять на своем, но в конце концов уступила желаниям тетушки. Все равно нужно время, чтобы собрать отряд. Она считала пустой тратой времени все попытки еще раз обратиться к Дугалу.
Сорча мрачно смотрела на брата. Она пришла в большой зал завтракать и застала его в плохом настроении. Вчера днем Нейл упорно настаивала, чтобы Сорча еще раз поговорила с братом, но сегодня она не могла найти ни тетушку, ни кузину. Ее оставили одну для переговоров с уже рассерженным Дугалом.
— Дугал, нам нужно поговорить, — произнесла Сорча и совсем не удивилась, услышав, как брат прошипел в ответ что-то злое.
— С тех самых пор, как ты вернулась в Дунвер, ты только и делаешь, что разговариваешь со мной.
— Да. А ты даже не желаешь выслушать. Не даешь произнести и фразы — сразу начинаешь рычать и убегаешь.
К ее изумлению, брат промолчал. Лицо его как будто немного подобрело. Казалось, он готов ее выслушать. Но девушка не позволила себе надеяться на лучшее. То, что Дугал выслушает ее, еще совсем не означает, что он пойдет на какие-то уступки.
— Я уже и так знаю все, что ты можешь сказать, — произнес Дугал.
— Вполне возможно. Но все-таки это не значит, что ты не должен оказать мне честь — дать возможность высказаться.
— Ну, говори же, и покончим с этим раз и навсегда.
— Если ты так настроен, то, наверное, мне не стоит стараться и бросать слова на ветер. Но я все-таки хочу сказать тебе, что ты не прав, запрещая мне, Нейл и Маргарет соединиться с людьми, которых мы любим и которые любят нас.
— Это мое право и мой долг как вашего лорда — решать, за кого вы можете выйти замуж, а за кого нет!
— Давным-давно уже в нашем клане нет такой строгости в отношении брака.
— До сих пор не было таких веских причин, какие есть у меня, чтобы судить так категорично. Хэи не соединятся узами брака с Керрами!
— Даже если об этой связи мечтают твоя сестра, тетушка и кузина? Причем хотят этого больше всего на свете?
— Я же сказал — нет! Вы все еще очень молоды. И скоро излечитесь от этой любви. Руари Керр унизил Хэев. И я не могу делать вид, что ничего не произошло.
Сорча глубоко вздохнула и решила выложить главный аргумент. Тот, который она еще. ни разу не могла использовать, потому что Дугал не хотел до сих пор ничего слышать. Абсолютно ясно, что разговорами про любовь парня не проймешь. Дугал еще не знает, что это такое. Он просто не в состоянии понять, как это бывает, если толкует о возможности излечиться. Как будто любовь — это досадная болячка, которую можно вылечить какой-нибудь мазью.
— Хэям никогда уже не представится лучшей возможности поправить свои дела. Ты же знаешь, мы очень бедны. У нас нет приданого. Нет земли. Связь с Керрами позволит нам вернуть благосостояние, утерянное предками. С помощью Керров мы сможем обрести лучшее положение при дворе. Неужели ты действительно хочешь, чтобы Дун-вер продолжал наполняться женщинами, которые не могут выйти замуж, потому что у них нет приданого, и вдовами, слишком бедными, чтобы жить самостоятельно?
При этих словах на лице Дугала внезапно появился интерес.
— Даже если других выгод не будет, связь с Керрами даст женщинам Дунвера простор для выбора мужей.
— Да, сестричка, ты хитра, ничего не скажешь. Надо отдать тебе должное, — пробормотал Дугал, отодвигая кружку. — Точно знаешь, чем вызвать у меня интерес. Но ничего у тебя не выйдет. Неужели ты считаешь, что я настолько глуп и сам не понимаю, что любой из Керров составит прекрасную партию? Земли, власть, деньги! Я уже много думал об этом. Но преимущества не могут перевесить унижения. Кланяться человеку, который одурачил меня и оскорбил всех Хэев, так бесстыдно украв тебя прямо на ярмарке?
— Ну ты и дурак! — не сдержалась Сорча. Дугал вскочил на ноги:
— Ты испытываешь мое терпение, женщина! Я не хочу больше ни слова слышать о Керрах. Тот, кто заикнется о них, пожалеет об этом!
