горизонт, на волны, с гневным шепотом наползающие на берег. Словно они расслышали имя Доминики и теперь тянули свои пенистые лапы к замку, чтобы собрать последние сплетни. Министр скромно дался в углу. В его голове вились десятки мыслей, но он не решался озвучить ни одну из них, пока король находился в раздумьях. В последнее время все попытки повлиять на короля заканчивались отрубленными головами и громкими скандалами. А все началось из-за этой малолетней гадины и ее матери. Или еще раньше, когда король потерял всех законнорожденных детей и несколько месяцев не покидал покоев? Оставалось только гадать, в какой момент началось помутнение его рассудка, почти незаметное, но бросающееся в глаза, как кривой шов или шрам.
— Стянуть войска и направить их на Север, — наконец скомандовал король. Министр сдавленно пискнул.
— Может, отправим небольшой развед-отряд, — мягко проговорил он.
— Нет, мне нужны все люди. Стяните их с западного театра боевых действий, если нужно, — рявкнул король. — Обучите и отправьте маршем на Бернберг. И никаких магов, обойдемся без диверсантов.
15
— Ланс! Открывай, твою мать! — грохот двери под напором тяжелого кулака вывел старика из раздумий. Он уже час смотрел на догорающие свечи, подпитываясь после разговора со своим учеником.
Чужое имя, пусть он и пытался с ним сродниться, хлестнуло, как пощечина, на которую он не мог ответить. Ланс поднялся из мягкого кресла, чувствуя, как ноет спина и ноги. Больше, чем необходимость пользоваться не своим именем, его раздражало только дряхлое тело, ставшее его темницей. Оно было слабым, ноги и вовсе норовили вот-вот отвалиться, от кожи воняло уже не старостью, а разложением. Силы в этом теле оставалось ровно столько, чтобы передвигаться и не разваливаться на части от каждого неосторожного чиха. Он надеялся, что, высвободив часть силы из своей темницы, сможет восстановить и оболочку, но впитанных сил было недостаточно, процесс старения зашел слишком далеко. Эти гады слишком хорошо все продумали. Даже если он вернет себе былую мощь, его разорвет на части. Но он не был бы собой, если бы не нашего решения и для этой задачки.
Он клялся себе, что осталось немного потерпеть. Он ждал уже много столетий, и теперь, наконец, счет перешел на месяцы — даже недели — если его прогноз верен. Но это время ожидания оказалось самым невыносимым. Но сложнее, чем ожидание, оказалось выдерживать только вспыльчивого князя Гряды, с которым они нашли некоторое взаимопонимание и который теперь при любой возможности совал свой любопытный нос в его дела. Ланс в этот раз решил не щадить его нервы париком и гримом, и показался на пороге в своем истинном обличье.
— Наконец-то, — буркнул Ирвин и вошел в теплый просторный флигель на территории замка, который он выделил своему неожиданному гостю. Странный чародей обещал ему власть и открытие путей на Юг, уничтожение Договоров. Естественно, Ирвин согласился. И теперь он чуть ли не каждый день наведывался к Лансу, чтобы узнать, как продвигается работа. Но в этот раз, стоило ему сделать пару шагов, он застыл, будто напоролся на невидимую стену.
Нестерпимая вонь ударила в нос, выбрила из глаз слезы, налипла на язык и горло, душа до рвоты. Князь прижал нос к сгибу локтя и проморгался.
— Добро пожаловать, князь, — размашисто поклонился Ланс. По взгляду Ирвина он понял, что вместе с париком и пудрой он позабыл даже о вставной челюсти. — Чаю?
— Чем воняет? — нахмурился Ирвин, заглядывая дальше в комнату. — И где все слуги?
— Испускают столь впечатлившие тебя ароматы, — улыбнулся старик, жестом приглашая Ирвина зайти в просторную комнату.
В одном углу стояла кровать, совсем рядом находился обеденно-рабочий стол, на котором горели несколько сальных свечей. Окна были плотно закрыты, так что мерцающие огоньки, весело пляшущие на фитилях, были единственным источником света. Их желтые отблески то и дело выхватывали из плотного полумракам бурые пятная на полу и бесформенную кучу в дальнем углу: руки, ноги, плечи, закрытые глаза, все в беспорядке, сваленное в кучу. Ирвин видал такое на поле боя, но не в доме. Тошнота резко подкатила к горлу, заставляя все тело напрячься в попытках сдержать позыв. Князь Ортир с трудом отнял взгляд от горы тел и уставился на Ланса.
— Что ты с ними сделал? — процедил он. — Я дал тебе слуг не затем, чтобы ты их убивал.
— Извините-извините, надо было уточнять наше с тобой понимание фразы: «мои люди полностью в твоем распоряжении», — хмыкнул старик. — Да и к тому же, ты и сам грешишь подобным. Зачем ты набрал себе целую армию?
— Это другое.
— Но они же в результате тоже умрут, в том или ином количестве и «полностью в твоем распоряжении».
— Они это сделают ради великой цели, исполняя пророчество…
— А, — махнул рукой Ланс. — Тогда, считай, твои слуги тоже исполняли своего рода пророчество. Я же говорил, что мне нужен помощник для колдовства, человек, который смог бы справиться с моей силой. Но твои правдовидцы оказались слабоваты. Должен сказать в свое оправдание, они умерли сами, я ничего руками не делал.
— Тогда что ты хочешь?
— Мне нужен чародей. Я думал, что смогу обойтись без него, но он взял у меня кое-что важное. А все из-за твоего братца и принцессы…
— Моя армия может тотчас отправиться в Бернберг и взять его штурмом, — хмыкнул Ирвин. Ланс смерил его снисходительным взглядом и указал на дверь.
— Сходи, продышись, а то ты вообще не улавливаешь нить.
— Сначала разберемся с телами.
— Да пришли просто пару горничных, чтоб прибрались, — махнул рукой старик и выпихнул князя на улицу. В бледном свете дня лениво порхали пушистые снежинки. Они провисали в воздухе, а с новым порывом ледяного соленого ветра, налетавшего с моря, принимались виться бешеным роем, вонзаясь в лицо, глаза, руки. Ирвин с облегчением вдохнул ледяной воздух. Старик, чародей, явился к нему несколько дней назад, залечил его раны и пообещал сделать так, что древние договоры рухнут, и Ирвин сможет направить свою армию на юг, как и было завещано детям севера. Вырваться из ледяного плена, из круга одних и тех же лиц, получить славу и самостоятельно написать будущее своего народа — одна мысль об этом будила в Ирвине азарт. Тем более, если Ладвиг собирался населить север чародеями, действовать нужно было быстро. Поэтому он без вопросов пустил странного старика в свой замок, дал ему все необходимое, но тот лишь чертил какие-то схемы и объяснял все события положением звезд. Ирвин и так слабо понимал, что происходит, а заумный вид ходячей мумии
