потом.
– Остальные великие герцоги ни во что не ставили моего братца. Но они всегда прислушивались к тебе, твои решения становились ключевыми. Если бы ты оставил свой пост, Световолд не продержался бы в качестве короля и дня. Ты ведь это и так знаешь, Дэйривз. Сколько бы свай ты ни подставил, этому замку было суждено рухнуть.
Генерал менялся ежесекундно. Встретившись с ним глазами, поверженный король вскрикнул от ужаса. Огонь разливался за узкими зрачками, являя беспощадное пламя возмездия.
На плечо герцога Трудо опустилась тяжелая рука. Затмив трясущегося монарха, перед Дэйривзом встал Авраим. Генерал Юхоко не дал другу себя отпихнуть. Он впился в его плечи пальцами, удерживая будто в тисках.
– Ты выше этого желания, брат, – твердо произнес герцог Эльдоро. – Не поддавайся сиюминутному порыву. Так ты ему только смерть облегчишь.
На лице генерала Волдерта не дрогнул ни единый мускул. Только одинокая слеза вырвалась, прочертила мокрую дорожку по его щеке и растаяла.
Авраим сжал губы. Резко прижав к себе друга, он крепко обнял его на короткий миг и похлопал по спине. Если бы с его Бераной, с их будущими детьми случилось такое, он вряд ли пережил бы эти черные дни. Весельчак и балагур, он всегда становился серьезным, когда это было нужно, и проявлял невиданную заботу об окружающих, даже если те не являлись близкими, но сила духа…
Столько силы духа, как в Дэйривзе, не было ни в ком, кто входил в окружение генерала Юхоко. Он по-настоящему восхищался своим другом и был благодарен Крылатому богу и судьбе за то, что они когда-то свели их на поле боя.
– Пойдем. Всему свое время. Нас ждет Совет, – проговорил Авраим, по-прежнему загораживая собой обоих венценосных братьев.
Гвардейцы, как и подобает, делали вид, что их здесь нет. Никто и никогда не упрекнет генерала Волдерта в минутной слабости. В историю королевства он давно вошел как герой.
– Мне нужно к Аларии. Ритуал… – Дэйривз спешно поднимался по серым ступеням.
– Хорошо, но только на минуту. – Авраим понимающе улыбнулся. – Ты же знаешь, как ценно нам время.
– Минуту, – согласно кивнул герцог Трудо и поспешил в гостиную рядом с бальным залом.
Однако, когда он вошел туда, ритуал уже был закончен. Его невеста лежала на диване, по-прежнему находясь без сознания. Бледная, с синими губами, она больше походила на умертвие, нежели на живого человека.
Дэйривз рванулся к ней, но целители преградили ему дорогу. Старый чародей освободил кресло, в котором сидел, и кивнул магам-универсалам. Они как раз заканчивали плести защитный полог вокруг дивана.
– Что происходит? – затребовал герцог ответа, жадно высматривая Аларию за чужими спинами.
– Все хорошо, мой дорогой друг, – взял на себя объяснения чародей. – Вам ровным счетом не о чем переживать. Подчиняющая метка снята полностью. Мы подчистили все следы внушений, подлатали все дыры в ауре и магических протоках. Обезболивающее заклинание придется обновлять раз в час, но думаю, вы с этим справитесь. Восстанавливающее зелье я также оставил на столике и подробно расписал, как его использовать. Пока же вам лучше не приближаться к вашей невесте. Отсутствие света и звуков, прохлада и неподвижность – лучшие друзья вашей возлюбленной на ближайшие три дня. Защитный купол перестанет работать через час, затем вам также придется его обновить.
– Но почему я не могу к ней подойти? – Дэйривз слушал внимательно, но беспокойства меньше не становилось.
– Вы плохо помните наши занятия, мой дорогой друг, – пожурил его чародей.
Много лет назад он вел дисциплину под названием “Проклятия и чары” в академии, где обучался генерал. С тех пор между ними оставались теплые дружеские отношения, поддерживаемые редкими переписками через магическую шкатулку.
Маги, явившиеся вместе с чародеем, были его однокурсниками. Жизнь разбросала их по разным берегам и даже королевствам, но неизменно позволяла встретиться, пусть и не только по радостным поводам.
– Ваша аура сейчас гораздо сильнее, чем у этой милой девушки. Вы задавите ее, не дав ей как следует восстановиться. Для нее сейчас пагубно любое касание того, кто сильнее магически, и именно по этой причине ваши друзья поставили магический полог.
Дэйривз вновь посмотрел за спины целителям. Универсалы уже закончили свою работу и толпились со всеми у выхода. А Алария словно оживала. Ее губы лишились синевы, цвет лица перестал быть мертвенно-бледным, но все еще хранил следы изнеможения.
Не было таких слов, какими измерялась благодарность дракона. Но они и не требовались. Каждый в этой комнате знал, что ему на помощь придут точно так же и, если потребуется, вытянут с того света. Жизнь шла вперед, но принципы, вдолбленные в академии, оставались все теми же.
В последний раз взглянув на спящую Аларию, генерал Волдерт выставил у гостиной постовых, попрощался с магами, проводил их до холла замка и поспешил к кабинету Совета. Авраим уже ждал его там вместе с будущим королем. В стенах дворца сегодня творилась история.
К этому времени все герцоги уже сидели на своих местах. Вернулся из Академии благородных девиц и герцог Вэнток. Мужчины обменялись короткими взглядами, прежде чем заседание началось. Герцогу было поручено убрать любые упоминания об Аларии, Беране и Вейоле из документов директрисы Нахль. Эти девушки должны были остаться незапятнанными. Остальных же начнут вызывать на допросы уже завтра.
Первым свое выступление начал герцог Вэнток. Но его слова, так же как и вызнанная из “достоверных источников” информация, не шли ни в какое сравнение с переворотом, который устроили три представителя Совета, не ставя в известность остальных. Совет ждал разъяснений, и тогда слово взял Дэйривз.
Ему было трудно говорить, тяжело окунаться во всю ту грязь, что годами творилась у него под носом. Но он не показал своих чувств ни взглядом, ни голосом, ни жестом. Его аргументы не подвергались критике. Великие герцоги ждали, что будет дальше, потому что у генерала Волдерта всегда имелся запасной план.
К слову, он, этот запасной план, сейчас со всем достоинством сидел в кресле герцога, пока Дэйривз ощутимой поддержкой стоял с ним рядом.
Хочешь получить хорошего короля – воспитай. Эту фразу придумал не герцог Трудо, но именно он воспользовался ею по максимуму.
Эдрису было всего двадцать. Он являлся бастардом Световолда, рожденным еще до появления у того первой жены. Когда правда о наличии возможного наследника выяснилась (как только Световолд стал королем, женщина явилась с мальчиком во дворец, чтобы требовать для себя преференций), монарх однозначно дал понять Дэйривзу, что от мальчишки и его матери нужно избавиться.
И герцог избавился, но в своем понимании этого слова. Мальчика в дальнем поместье
