Читаем без скачивания Unknown - Muelka

- Ты - глупая и недалекая пустышка, интересующаяся какими-то сомнительными удовольствиями, почему-то решившая, что многое повидала в жизни и можешь влезть в чужую душу со своими советами! Кто дал тебе право подсовывать мне своих дружков и подружек под разными соусами?! Я не просила тебя об этом, и я же остаюсь виноватой, хотя сразу сказала - мне это не надо! Ты не права, будь ты хоть трижды исполнена самых благих намерений! Не нужно лезть в мою жизнь! Я считаю, мы прекрасно сосуществовали на разных континентах, предлагаю тебе найти себе нового мужа американца, если со старым ты разошлась!

- Да пошла ты! Завидуй молча, лесбуха, - грубо выпалила Алиса и вышла из кухни, демонстративно поправляя волосы.

***

Вечером того же дня Алиса исчезла из дома, не прихватив, правда, ни одной из своих вещей. "Наверное, в клуб пошла" - подумала я, укладываясь. "Ну и пусть валит к черту, пусть вообще не возвращается в мой дом!"

Меня колотило так, что уснуть было невозможно. Я вынуждена была встать и принять пустырник, чтобы унять бившую меня дрожь. Слышала бы мама, как её дочери поливают друг друга грязью!

Я хотела позвонить Нине, объяснить ей, что все слова Алисы - бред, но у меня не было сил. Ни моральных, ни физических.

Таня дома тоже не появилась. Меня, конечно, немного тревожило отсутствие этой домашней девочки в привычное время, но позвонить - это значит дать повод думать, что она мне небезразлична.

Спустя почти два часа, которые я проворочалась в постели под монотонный бубнеж телевизора, мне наконец удалось заснуть. Сквозь липкий тревожный сон я услышала звонок мобильного.

- Алло, - пробурчала я в трубку, еле шевеля губами.

- Галина Конст-ст-антиновна-а-а, Алиса-а-а разбила-а-ась, - зарыдала на том конце провода Таня.

- Что!? Как разбилась?! На чем?! - я вскочила с кровати.

- На машине, на вашей машине-е-е, - Таня продолжала выть и всхлипывать в трубку.

- Моей машине?! - я выскочила в прихожую и бросилась к сумочке, где обычно лежали ключи. Их не было.

- Она... жива?! - со страхом спросила я, чувствуя, как подкашиваются ноги.

- Не знаю-ю-ю... Её увезли в реанимацию... в Мариинскую больницу...

- Ты сейчас где?!

- Я пыта-аюсь поймать такси-и.

- Встретимся в больнице, Таня! Я уже выезжаю!

Как сестры становятся сестрами.

В реанимацию нас не пустили. Хмурый врач с уставшим лицом только спросил:

- Вы родственники?

- Да, - кивнула я, - я её сестра.

- Что ж... состояние критическое. Повреждено легкое, сломаны ребра. Повреждена селезенка. Сильное сотрясение. Перелом костей голени. Многочисленные ушибы.

Таня пискнула и зажала себе рот руками. Я напрягла мускулы лица, сжала зубы. Потом тихо спросила:

- Она выживет?

- Никаких прогнозов дать не могу. Извините, я должен идти.

И он ушел по длинному, словно кишка, коридору, освещенному тусклыми, то и дело мигающими лампочками. Я тяжело опустилась на ободранный стул у окна и прижала кулак к губам. В висках стучало:

- Как это произошло?

- Я отговаривала её, Галина Константиновна! Я... Я... - Таня снова начала всхлипывать.

- Байрамова! - раздраженно рявкнула я. - Прекрати рыдать, говори нормально!

Та вытерла слезы и торопливо заговорила:

- Она... Она позвонила и сказала... Сказала, что мы пойдем сегодня в клуб, что она возьмет Вашу машину, - девушка заикалась. - Я спросила, правда ли Вы разрешили, ведь раньше Вы никогда не давали ей ездить... Мы встретились и поехали в "Plays", который на Московском, знаете? В общем, она напилась... Быстро... С мужиками там обжималась на танцполе... Кричала, что... - Таня на секунду запнулась, - что у нее сестра лесбиянка, и она заплатит тому, кто сможет её... то есть Вас... ну, охмурить, в общем... Потом стала говорить, что и меня надо на путь истинный наставить... Ну пьяная была совсем... ничего не понимала... Я все тянула её уехать, говорила: "давай такси вызовем"... А она...

- Что? - глухо спросила я, пряча лицо в ладонях.

- Она выскочила на улицу и давай орать, что поедет за Вами сейчас, что всё Вам скажет, что... Ох! – кажется, у Тани кончился воздух. Она шумно вдохнула и замолчала.

- Она выехала на встречку... я даже из клуба не успела выбежать, она заблокировала двери и поехала... Я бежала, бежала, но потеряла её из виду... Хотела уже такси вызывать, за ней, но услышала вдалеке тормоза и грохот... Сразу поняла, что это Алиса... - Таня снова перешла на плач. - Пока я туда добежала, уже скорую вызвали... ничего не видно... машина всмятку... потом милиция приехала...

Я встала и начала ходить по коридору из угла в угол. В голове роились тревожные мысли. Выживет или не выживет?! Родителям звонить решила завтра... до утра я смогу подежурить здесь, в больнице.

- Таня, отправляйся домой, - устало сказала я, - выспись. Возможно, завтра нужно будет сменить меня.

- Но я... я не хочу тебя оставлять, Галя, - лицо девушки вдруг сделалось серьезным. Она взяла меня за руку и внимательно, даже строго посмотрела в глаза. Я немного сжала её пальцы:

- Все нормально, пожалуйста, поезжай домой.

Мы простояли так пару минут, напряженно глядя друг на друга. Таня, поджав губы и не отводя взгляда, стояла рядом со мной. Я замерла, держа ее пальцы в своих. Чуть-чуть пошатнувшись, она неловко шагнула ко мне и уткнулась губами в район щеки. Я отвернула лицо, одновременно похлопывая её по спине:

- Ну-ну, что ты... Все будет хорошо, Алиса обязательно поправится. Таких, как она, думаю, даже в аду не очень-то ждут, - горько усмехнулась я.

Таня подняла на меня глазищи полные слёз. Едва сумев сдержать раздражение, я осторожно отстранилась:

- Иди домой, - усевшись на стул, я замерла, уставившись в окно.

Девушка обижено сморщилась и торопливо засеменила по коридору к выходу.

***

Дней через пять нам впервые разрешили навестить Алису в палате. Она лежала вся в трубках, подключенная к приборам, бледная, с огромными синяками под глазами. От красивой ухоженной женщины не осталось и следа - сестра была похожа на зомби. Увидев нас, она попыталась улыбнуться - улыбка вышла страшной.

- Доченька, привет, ты видишь нас, ты нас узнаешь? - мама, сдерживая слёзы, дотронулась до волос Алисы. Та попыталась шевельнуть ладонью.

Мы с отцом стояли немного поодаль. Я прятала глаза. Папа то и дело кашлял, прикрывая рот кулаком.

- Ты поправишься, доктор сказал, что ты обязательно поправишься. Вот и папа с Галей здесь. Видишь? - мама поманила нас ближе. Я медленно подошла к постели сестры. Алиса перевела на меня взгляд.

- Гал, - прохрипела она. Я осторожно накрыла ладонью её пальцы. Они были ледяные.

- Все в порядке, сестренка, - натянуто улыбнулась я. - Все будет хорошо, - и отвернулась, чтобы скрыть слезы, выступившие на глазах. Все прошлые обиды в этот момент забылись - казалось невозможным, что мы могли ненавидеть друг друга. Я готова была простить ей все - оскорбления, тычки, унижения. Я готова была на коленях просить прощения за свое высокомерие и небрежение.

Я видела только её широко раскрытые испуганные глаза и ощущала холод рук. И я боялась подумать, что всё закончится здесь, на больничной койке.

Папа снова закашлялся.

***

С трудом контролируя нахлынувшие чувства, я дрожащими руками прикурила сигарету, стоя у входа в больницу. Ком в горле предательски давил, в носу щипало, глаза застилали слезы.

Всё, с момента приезда Алисы в Россию до её холодных пальцев в реанимации, казалось мне сном - сюрреалистическим кошмаром, с завязкой и кульминацией.

Предав меня, Нина разрушила мой мир до основания. Алиса же, несмотря на очевидные неприятности, которые она приносила, помогала мне собирать себя по кусочкам. Из пустого места я превратилась в несуразное, но живое существо.

Помотав головой, я отогнала от себя тяжелые мысли. Докурив сигарету, потушила окурок и уже собралась зайти внутрь, как вдруг что-то заставило меня остановиться. Нина шла от ворот больницы к главному корпусу. В руках у нее был белый целлофановый пакет. Я машинально бросилась ей навстречу и протянула руку:

- Тебе нельзя поднимать тяжести. Дай сюда, - она молча протянула мне пакет. Ни слова не говоря друг другу, мы поднялись на третий этаж, где лежала Алиса.

- Как она?

- Состояние стабильно-тяжелое. Врачи говорят, кризис миновал, но гарантий никто не дает, - я пожала плечами.

- Как ты? Я заезжала к тебе. Твоя девушка сказала, что ты почти не покидаешь больницу. Ты уверена, что твое присутствие здесь необходимо? Может, поедешь домой, отдохнешь? Она там что-то печёт...

- Она всегда что-то печет, ты на неё посмотри, - я подняла бровь. - И, Нин... Алиса сказала это специально. Нет у меня никакой девушки.