всё вокруг, и постепенно погружая всё пространство в кромешную тьму.
— Теперь моё тело — твоя тюрьма. Ты никогда его не покинешь, — победно усмехаюсь, даже не веря, что моя сумасшедшая идея сработала.
Хранительница уже собирается наброситься на меня с очередными проклятиями, но, как по щелчку, дёргается и падает на землю, теряя сознание.
Секунда.
Мир гаснет и перед моими глазами.
* * *
Я плыла по волнам, в тихом и спокойном сне, и открывать глаза совершенно не хотелось. Но вдруг, что-то вонзилось между лопаток, и я резко села, выплывая из тишины. Глаза пытались привыкнуть к яркому солнечному свету, а уши чётко улавливали стрекот сверчков и пением птиц.
Бросила взгляд вбок, хмурясь.
Передо мной возвышался каменный древний склеп с распахнутой настежь дверью, и тут же в сознание пробрались недавние произошедшие события. Резко начала осматриваться по сторонам, пока не наткнулась на беловолосую девушку, лежащую недалеко от моих ног. Её руки были раскинуты по сторонам, нежная фарфоровая кожа с лёгким румянцем на щеках, выглядела неестественно. С опаской подползла ближе, сначала пихая девицу в бок, но та никак не отреагировала, даже за волосы подёргала и опять ноль реакции. Попыталась нащупать пульс, но его не было…
Нет. Был. Правда, едва уловимый.
Хранительница дышала, но крайне медленно и практически незаметно. Она словно впала в глубокую кому. Осознание этого обрадовало.
«У меня получилось?», — с надеждой подумала, медленно, поднимаясь на ноги.
Остановившись, прислушалась к себе, но ничего странно не уловила. Я продолжала оставаться собой.
Зашла внутрь склепа, внимательно оглядывая каждый сантиметр, словно желая лучше понять Элисстану и погрузиться в то, что её окружало так много лет. Но кроме голых стен без единой пылинки, одиноко стоящего каменного гроба посередине и овального зеркала, здесь более ничего не было. Отсутствие какой-либо грязи или растительности удивляло, хотя здесь вполне могли применить магию, пожелав оставить всё на долгие годы в том виде, как было прежде.
Заглянула в гроб, пошарила рукой по белоснежной бархатной обивке, и вновь — ничего.
«Это просто склеп. Никаких тайн и артефактов», — вынесла вердикт, вновь выходя на улицу.
Женское тело всё также продолжало лежать на земле, не шелохнувшись и на дюйм. Оставлять её здесь было нельзя, да и неправильно как-то. Учитывая, что силы во мне в разы прибавилось, то поднять безвольное женское тело не представлялось проблем. Когда Элисстана вновь покоилась в своём гробу, небрежно сбросила её руку внутрь, покоящуюся на каменном бортике. Крышка разбилась вдребезги, но это не проблема. Это место не найдут обычные люди, да и сверхъестественные существа не отыщут без «зова».
Покинув склеп, плотно закрыла дверь, после обвязала ручки толстой цепью, закрепляя так, что открыть никто бы не смог. Кивнув своим «трудам», направилась в лес, вспоминая дорогу, чтобы вернуться назад.
В этот раз я не плутала, и совсем скоро оказалась в уже знакомом парке с низкими кустарниками.
«Интересно, сколько времени прошло?».
Удивлённо рассматривала на стоянке припаркованный внедорожник, на котором мы сюда приехали, следовательно, Лилит переместила Марека и Карима напрямую в Болгарию или Чехию. Учитывая, что машину вела я, то ключи лежали в заднем кармане моих брюк.
— Хоть что-то хорошее, — облегчённо выдохнула, оказываясь внутри кожаного салона, а после покидая это место.
Да, я могла и сама телепортироваться, куда пожелаю, но пока покидать Ватикан не собиралась. Мне нужно было побыть одной и всё тщательно обдумать. То, что Элисстана не овладела моим телом и не пытается разорвать меня изнутри — огромная удача, на которую я, если честно, вовсе не надеялась. Но это может быть обманный манёвр, и Хранительница специально притаилась, ожидая, когда я расслаблюсь.
В городе сняла номер в небольшом, но атмосферном уютном отеле, окна которого выходили на реку. Порадовалась предусмотрительности Лилит, так как именно она запихнула увесистые брикеты с наличкой в бардачок.
А ещё, мне дико хотелось есть. Поэтому я заказала еду в номер из рядом находящегося ресторана, да столько, что с лёгкостью можно было прокормить нескольких крупных оборотней. В основном это было мясо, но имелись и овощи, а также безумно вкусная лазанья. Съела всё под чистую, чувствуя наполненность в желудке и удовлетворение.
После освежающего душа стало ещё лучше, и в целом казалось, никогда столь наполнено и прекрасно себя не ощущала. Сидя на плетённом кресле с мягкими подушками около открытой дверцы балкончика, наслаждалась приятным лёгким ветром, скользящим по обнажёнными участкам кожи. Закат воистину впечатлял, озаряя небо оранжево-жёлтыми разводами. И я вновь прислушалась к себе.
«Ничего», — очередное подтверждение тому, что Элисстана не имела надо мной власти.
Но пусть всё и обошлось, я понимала, что это только начало. Не могла Хранительница вот так просто сдаться. Скорее всего, она в растерянности, ведь подобный исход не предполагала. Да я и сама, когда вычитала о подобном, не верила в успех, это показалось притянутым за уши, но всё же…подействовало.
Я жива, значит, Лилит вряд ли ощутила наш разрыв так, как это было с Мирославой. Но и я — не моя сестра, и то, что сотворила, на смерть не похоже. Ведьма может только догадываться, что произошло. Возможно, спустя время она попытается вернуться к склепу, и быть может ей это даже удастся, но кроме Элисстаны в гробу она никого более не найдёт. Сейчас же…
Пусть все думают, что я слилась с беловолосой стервой, и она взяла надо мной контроль. Возвращаться в Болгарию опасно, да и смысла не вижу. Связь с Каримом разорвана, я и в данный момент не чувствую какой-либо привязки, или что-то отдалённо похожее на каплю тех чувств, что испытывала вблизи Альфы. Он причинил боль в последний раз, повёл себя слишком агрессивно, хотя и за мной был просчёт. Гретосс старший предупреждал, что более не потерпит между нами тайн, и в гневе мне не понравится. Так что, держать обиду на оборотня крайне глупо.
Проскользнула шальная мысль связаться с Агатой, но тут же эту идею отмела. Я ещё с месяц назад оборвала связь с прошлым, переписав семейный бизнес на друга родителей. В случае, если через шесть месяцев не дам о себе знать, то мужчина вступит в полное право наследования компании.
— Вот я и осталась одна, — невесело улыбнулась, смотря, как солнце окончательно скрывается за горизонтом, но небо ещё продолжает оставаться светлым.
— Тут ты не права, — раздалось позади, вынуждая меня встрепенуться и обернуться назад.
По середине комнаты стоял Абигор, как-то грустно осматривая пространство, после подходя ближе, прислоняясь спиной ко второй двери балкона, которая
