имена и научиться их различать. Две девочки — Сказка и Леди — были очень добрые, они прямо-таки ластились к людям, как кошки. Сказка покрупнее и более лохматая, Леди — совсем ещё молодая, изящная и игривая. Потом псы: Волк — главарь упряжки, большой, намного крупнее остальных. Вожак вёл себя спокойно, но Алей сказал, что он может укусить, если его разозлить. Месяц и Восток — два брата, всегда держались друг друга, у них желтоватые пятна на груди, которые выделяются на белой шубе. И последний, самый молодой пёс по имени Малыш, кажется, даже был немного напуган людьми, он прижался к земле и тихонько скулил.
У Алея было ещё две собаки, которых тот оставил себе — Снегопад, ростом побольше Волка, и та собака, в которую Аластор целился с утра, странно, но её звали Белизна. Она была уже не молодая и недавно принесла пятерых щенков. Она же была матерью всей остальной упряжки.
Ненароком Аластор вспомнил Дружка. Уж не братом ли он был для этой стаи? Жаль, но узнать судьбу пса не представлялось возможным.
Весь остаток дня Алей рассказывал, как управляться с упряжкой. К вечеру Аластор решил, что ему можно доверять, но продолжал сохранять осторожность. Теренея провела несколько часов, играя с собаками в снегу. Аластор и сам боялся себе в этом признаться, но почему-то ему доставляло удовольствие наблюдать за этими забавами со стороны.
***
На следующий день Аластор обнаружил Асфоделя неподвижно сидящего за столом в одиночестве. Он просто смотрел в пол с отсутствующим выражением лица.
— Асфо. — Позвал Аластор, но знал, что останется без ответа. — Асфо, я думаю, нужно кое-что прояснить. Потому что я знаю, что ты слышишь меня. И что всё понимаешь.
Мальчик никак не отреагировал.
— Я могу допустить, что ты не умеешь говорить. Но я уверен, что ты можешь взаимодействовать, понимаешь, о чем я? Я должен знать, что происходит: страшно тебе, или ты голоден, согласен или нет с чем бы то ни было. Понимаешь меня?
Аластор вытянул руку и очень медленно поднёс к мальчику. Как только рука пересекла расстояние, разделявшее их, зашла куда-то в запретную зону, Асфодель слегка отдёрнулся в сторону.
— Ты же знаешь, что я ничего тебе не сделаю? — спросил Аластор. — Ты не боишься Теренею. Тогда не бойся меня.
Асфодель подвинулся на стуле. Аластор отошёл на другую сторону стола, чтобы не пугать его.
— Теренея сказала, что ты понимаешь устройство механизмов.
Аластор положил пистолет на стол перед собой. Заряженный, опасный. Асфодель перевёл глаза на оружие.
— Асфо? — Позвал он, но мальчик не отреагировал. Тут Аластору на ум пришла одна мысль. — Я хочу сыграть с тобой в игру. Ты нужен мне. Подойди.
Несколько секунд мальчик не шевелился.
— Просто подойди ко мне. Тебе это понравится.
Спустя ещё пару мгновений, он всё-таки поднялся с места и осторожно приблизился к мужчине.
Аластор поднял со стола пистолет, показал Асфоделю, поднеся к нему поближе, потом вернул обратно.
— Любишь такие игрушки? Он может стать твоим, если научишься с ним управляться. Теренея говорила, что ты умеешь собирать сложные механизмы, и я хочу знать, что ещё ты умеешь. — Мальчик приподнял голову, вид у него был неуверенный. — Я думаю, что у тебя получится. — Ободрил его Аластор, затем немного отошёл от стола, позволив парню проявить себя.
Асфодель нерешительно потянулся к оружию, глянул на наёмника, потом опять на пистолет. Всё-таки взял его в руки, подождал с секунду, после чего развернул дулом к себе, заглянул в глубокую скважину, на дне которой жила погибель. При этом жесте Аластор даже и глазом не повёл, почему-то он был уверен, что мальчик не станет стрелять, не таким уж и глупым он был, к тому же оружие было на предохранителе. Асфодель убрал дуло от лица, направил в пол, оглядел пистолет со всех сторон, а затем вдруг твёрдым движением нажал на кнопку и вынул магазин из рукоятки. Затем действия начали сменять друг друга с возрастающей скоростью, мальчик выключил предохранитель, отдёрнул затвор, перевёл спусковую скобу и отсоединил затвор от пистолета. Последним шагом он снял пружину и сложил все детали на стол.
— Вот видишь, — кивнул Аластор довольно. — Теперь нужно опять собрать.
Асфодель быстро справился с задачей, пожалуй, ещё быстрее, чем с разборкой.
— Неплохо, — сказал Аластор и ненароком вспомнил Левиафана. Странно, что он решил перенять стратегию поведения своего бывшего учителя. Интересно, где теперь были Левиафан и Берсерк? Он надеялся, что оба давно мертвы. — Посмотрим, как ты справишься с другим оружием.
Аластор предложил парню поочерёдно сначала револьвер, затем автомат и снайперскую винтовку — весь запас, который ему удалось унести с собой из Термины. Последние два разбора оружия он сперва продемонстрировал Асфоделю, прежде чем позволил попробовать самому. Во всех случаях мальчик безошибочно выполнил все действия, может, только не так быстро и ловко, как это делал Аластор.
— Ладно, хочешь узнать, как стрелять из них? — спросил Аластор. Он думал начать с пистолета, но тут дверь в хижину открылась, и внутрь вошла Теренея.
— Аластор, — позвала она, но тут же остолбенела при виде пушек.
— Все в порядке, просто показывал Асфоделю, как обращаться с оружием, — объяснил Аластор.
Её лицо сначала выразило сомнение, но спустя пару секунд на нём возник, скорее, интерес.
— И как он? — спросила девочка, кажется, забыв то, зачем пришла.
— Справляется хорошо.
— Это не опасно? — прищурилась она.
С одной стороны, Аластор не считал Асфоделя и Теренею достаточно взрослыми, чтобы стать стрелками. Однако времена требовали отчаянных мер, и он сам был довольно молод, когда впервые взял в руки оружие.
— Я держу всё под контролем, — заверил он её. Однако лучше всё же достать пули из магазинов.
— А меня ты научишь? Ты обещал, — напомнила девочка.
— Договорились, Тера. — согласился Аластор. — Ты что-то хотела?
— Да… Можно мне компас?
Он не умел улыбаться. Никогда. Губы порой пытались изобразить тень радости, но Аластор знал, насколько фальшиво это выглядело. Когда Теренея посмотрела на него, он столкнулся с полностью противоположным явлением. Она словно озарилась изнутри, глаза стали больше походить на материнские, как будто поменяли цвет. Лицо вроде оставалось спокойным, мышцы расслабленные, но каждая черта светилась, как весеннее солнце. Он протянул ей компас, достав его из кармана. Теренея взглянула на гравировку, потом нашла север. Аластор знал, что ей бы хотелось оставить его себе, но пока компас был единственным, что поддерживало шаткий остов их взаимодоверия, он не мог пойти на это.
— Как ты думаешь, если папа из Гипербореи, мы сможем найти его где-то
