его к себе?
Но нет, она не стала бы так поступать. Иззи согласилась что принадлежит мне, так ведь?
И тут мой мозг дал сбой. Он сломался.
Я не мог любить ее.
Был просто не способен на это.
Я провел рукой по своему дубовому столу, задумавшись, не осталось ли на нем следов возбуждения Иззи. Зарычал в ответ на отвлекающие мысли и включил экраны компьютеров.
Работа, и никаких развлечений. Вот чем мне нужно было заняться.
«Джунипер». Вместо того чтобы беспокоиться об Иззи, я с головой погрузился в программу. Пока не проверил ее и не увидел, что она нашла несколько часов назад. Надо было отдать ей должное, Иззи Харди была гением в поиске информации. Но она была чертовски небрежна в заметании следов. Хлебные крошки привели меня прямо к ней, а значит, албанцы тоже сели ей на хвост.
Ярость пронеслась сквозь меня, словно пуля. Она застряла в моем теле, прожгла кожу и распространила страх, будто в меня действительно выстрелили.
Они могли действовать быстро и мгновенно выследить ее. Албанцы отличались безжалостностью и жаждали власти. Прекрасный пример того, почему мне не стоило желать Иззи, почему я не могу продолжать эти отношения.
Теперь Арманелли не могли позволить себе устраивать или разгребать дерьмо. Мы были чисты. Мы были бизнесменами.
Хлопнув рукой по столу, я проверил безопасность ее квартиры. Разумеется, камеры в ее квартире были отключены. В той или иной степени я следил за большинством членов своей команды, но соврал бы, если бы сказал, что не проверял ее чаще всего.
Я проверил камеры в апартаментах «Либерти Грин» на своем телефоне. Все квадратики были черными, они словно издевались надо мной. А учитывая, что я промотал чертову запись, выяснилось, что они оставались такими уже несколько часов.
Черт, как же утомительно было всегда иметь под рукой все необходимые данные.
Система безопасности в квартирах была достаточно старой, поэтому я решил, что разумнее просто поехать к ним. Все равно Иззи жила в пяти минутах от моего дома.
Позвони я Данте или Бастиану, они бы сказали разобраться с этим или покопаться в системе безопасности и выяснить, уловка ли это или же просто белка перегрызла провода. Я ставил на второй вариант, но не был на сто процентов уверен в нем. Было бы глупо полагаться только на случайность.
Сев в свою «Теслу», я включил функцию управления без водителя. Недавно я помог владельцу с разработкой программного обеспечения, и мне подарили новую модель. Отличная жизнь, правда? Но я должен был точно знать, что уровень безопасности на высоте и никто не был способен взломать эту систему.
Я был лучшим в своем деле, потому что постоянно занимался им. К чему тратить время на вождение, если в это время можно сделать что-то полезное для компании.
Или выяснить, почему система безопасности в здании Иззи оказалась выключена.
Проблема заключалась в том, что чем дальше я продвигался, тем сильнее мне казалось, что что-то не так.
Поэтому я поступил так, как поступил бы любой хакер. Взломал камеру на ее телефоне. Никакого преследования, я просто проверял своего сотрудника. Конечно, звука не было, да и телефон наверняка лежал в чертовой сумочке.
Тот факт, что они с Лукасом уехали вместе, дал мне достаточно оснований, чтобы отправиться туда, а не оставлять дело на утро понедельника.
Назовите это интуицией или просто глупой удачей, потому что, если бы не я, Иззи могла бы умереть.
Глава 24
Иззи
– Иззи, вставай, – услышала я рычание Кейда. Резко проснулась, не понимая, как он мог оказаться в моей квартире.
Неужели я позвала его сюда? Пожалуйста, Господи, только не это.
Черт, у меня болела голова. А во рту был привкус хлопка, рома и, возможно, читос. Боже, отвратительная смесь.
Ума не приложу, почему я до сих пор лежала на диване, а Лукас лежал подо мной и не шевелился.
Я посмотрела на него и потрясла за плечо. Но он не открыл глаза.
– Лукас.
Первой моей мыслью было: нет. Второй мыслью: пожалуйста, Боже, только не опять.
Дежавю.
Кейд вздохнул позади меня, затем подошел, чтобы проверить зрачки Лукаса.
– Хорошо отдохнули? Потому что, похоже, он не реагирует.
Кровь застыла в жилах, а сердце забилось быстрее.
– Лукас! – закричала я, хватая его за руку и энергично тряся. – Мы не так уж много выпили.
Я попыталась вспомнить подробности. Мне кажется, пара коктейлей и шот. Лукас не раз пил столько в моем присутствии, но в этот раз мне практически пришлось нести его на руках по коридору.
– Наверное, он что-то сделал, пока ты не видела. – Кейд спокойно набирал номер на своем телефоне, словно ничего особенного не случилось.
Мо сердце грохотало, пока я перебирала все возможные варианты.
– Он бы не стал так делать. Лукас, ты ведь не стал бы так поступать, правда? – спросила я, надеясь, что он ответит. Мне хотелось верить, что сейчас мой друг услышит меня, проснется и рассмеется. Тогда это оказалось бы злой шуткой, но я не возражала против подобного вариант.
Однако Лукас не двигался, и меня захлестнуло неверие. Должно быть, я спала. Все это не могло происходить на самом деле.
Укладывая Лукаса обратно на диван, я крикнула Кейду:
– Звони в службу спасения! Боже, что ты делаешь…
Кейд прервал меня монотонным голосом.
– Успокойся. – Затем поднес телефон к уху. – Да, нам нужна скорая. У одного из моих сотрудников передозировка.
– Он ничего не принимал, – зашипела я на Кейда. Как он смел обвинять Лукаса в этом? Мой друг был чист. Мы проделали огромную работу, всецело обсудили эту тему и обменялись обещаниями.
Я погладила Лукаса, его крепкую челюсть и губы. Он всегда был полон жизни, а теперь совершенно безжизненно лежал у меня на диване.
Горло сжалось, а внутренности скрутило от страха. Я не могла потерять его из-за нашей общей слабости, не тогда, когда мы были так близки к тому, чтобы стать сильнее ее.
– Пожалуйста, Лукас, прошу тебя, умоляю. Все будет хорошо. Просто оставайся со мной. Ты слышишь меня? Ты нужен мне. Всем нам.
Я сломалась, слезы полились из моих глаз, когда я притянула его к себе, и его голова упала мне на плечи.
– Да, известно, он жив. Но мне срочно нужна скорая. Мы находимся в апартаментах «Либерти Грин», квартира 307. – Монотонный голос ублюдка, которым он произносил эти слова, терзал каждый мой нерв. Мне хотелось убить его, направить свою ярость на него и на всех остальных,
