умереть, разве нельзя поцеловать девушку, в которую он влюбился?
– Черт побери, – пробормотал Лало. – Ты влюбился в Каролину Викторию Фуэнтес. – Он понурил голову. – И ты потеряешь ее еще до того, как она станет твоей.
Безграничную тишину нарушал только стук копыт лошадей и дребезжание деревянных спиц. Ему не следовало говорить, что их поцелуй был ошибкой. Он никогда не смог бы сожалеть о чем-то, что ощущалось так… Лало почувствовал, как жар поднимается к щекам. Их поцелуй был абсолютно совершенен.
Он должен признаться в этом Каролине.
– Нет, – отрезал он. Признание в любви только отвлечет их от цели.
Лало вздрогнул. Он любит Каролину?
– Святые всевышние, – сорвался с его губ стон.
Он уселся поудобнее и задумался. Хотелось прямо сейчас поговорить с Фернандой. Она разбиралась в любви. По его подсчетам, сестра влюблялась и отвергала чувства по меньшей мере дюжину раз.
Но какое это имело значение, когда они все более приближались к Хребту Дьявола?
– Мы въезжаем в лес, – крикнула Каролина. – Я сверну на тайную тропу. Но она будет ухабистой.
Минул, наверное, час или около того. От дикой тряски у Лало болело все тело.
– Держись за что-нибудь! – послышался голос Каролины.
Не успел он последовать ее совету, как карета резко наклонилась на правую сторону. Одна из осей жалобно затрещала, после чего экипаж остановился.
– Каролина? – позвал Лало. Она ничего не ответила. Ощутив прилив паники, он потянулся к дверце. – Каролина!
Дверь кареты медленно открылась, и в темноте появилось ее лицо.
– Ты ранена? – спросил Лало, отметив бледность ее кожи.
Она покачала головой.
– Со мной все в порядке. Просто… расстроилась. Я разбила карету, – призналась Каролина. – Мне казалось, там небольшой ухаб. Но я ошиблась. Ось сломалась.
Она подняла лицо к солнцу, ветер растрепал ей волосы.
– Путь предстоит не из легких.
У Лало пересохло во рту.
– И поблизости нет деревьев, чтобы укрыть нас?
– Я выбрала путь, которым никто не осмелился бы воспользоваться. Если отец отправится за нами, он никогда не поверит, что я настолько глупа, чтобы ехать этой дорогой.
– Почему этот путь так опасен?
Каролина прикусила губу. Лало тотчас захотелось вновь поцеловать ее.
– На карете здесь практически невозможно проехать. И…
– И что?
– В округе свирепствуют волки.
– Почему, во имя небес, ты выбрала именно эту дорогу?
– Так проще всего добраться до Хребта Дьявола. А при таком сильном ветре наши следы исчезнут в мгновение ока. Никто не сможет нас выследить.
– И теперь мы здесь застряли, – заключил он.
– Карета уж точно. – Каролина оглядела окружающий их бесплодный пейзаж. Лало разглядел вдали несколько тонких и чудовищно высоких деревьев с голыми ветвями, ни на одной не было ни единого листочка, словно даже листья знали, что от этого места следует держаться подальше.
– Какие у нас есть варианты? – спросил он.
– Мы можем остаться здесь и подождать. Солнце зайдет через несколько часов.
Лало покачал головой.
– Как только наступит ночь, любой вампир в округе сразу же найдет нас.
– Тогда тебе придется довериться мне, я проведу нас на другую сторону долины. – Каролина натянуто улыбнулась. – Мы прикроем все твои открытые участки кожи и поскачем изо всех сил.
– Я не очень силен в верховой езде на лошади, – признался он.
«Или на пони», – подумал про себя, но вслух ничего не сказал.
– Я помогу тебе, – пообещала она. – Ты можешь мне довериться.
Они встретились взглядами. По телу Лало разлилось тепло, словно он уже воспламенился. Если бы он только мог, то позабыл бы обо всем на свете и целовал бы Каролину до тех пор, пока миру не настанет конец.
Она стала ему очень дорога. И по ее глазам он видел, что эти чувства взаимны. Они отражались в звуках ее сердца. В ее расслабленном теле. Увы, он должен положить всему этому конец. В случае своей гибели он обрекает сестру на страдания; ему не хотелось причинять боль еще и Каролине. Возможно, в нем говорила трусость, но он не в силах вынести осознания того, что может ранить ее.
– Каролина… – Лало откашлялся. – Тот наш поцелуй…
Ее сердце забилось быстрее.
«Скажи ей правду, – призывали его разум и тело. – Забудь об осторожности. Признайся, что любишь ее. Что больше всего на свете желаешь быть с ней».
Но он не осмелился. Не мог. Пусть лучше Каролина возненавидит его, чем проведет остаток дней, думая о том, как все могло бы сложиться.
– С моей стороны было эгоистично хотеть от тебя чего-то подобного. Даже сложись обстоятельства иначе, у нас бы ничего не вышло.
Кожа Каролины лишилась остатков бронзового оттенка.
– Ты прав. Глупо думать иначе. – Лало наблюдал, как она возводит между ними барьер. Кирпичик за кирпичиком. Каролина кивнула, будто соглашаясь сама с собой. – Я подготовлю лошадей.
Он уже порывался схватить ее за руку, затащить обратно в прохладную тень кареты и сказать, что солгал, что не желает умирать, что хочет быть с ней всегда, но остановился. И отпустил ее.
Глава 38
Каролина
Она распрягла лошадей и повесила им на шею все необходимые припасы. Следом упаковала оружие. Немного еды для себя. Запас кабаньей крови для негодяя.
Фыркнув, Каролина затянула узел. Лало лгал ей. Пускай он считает, что только ее лицо выдает все эмоции, но временами ему стоит присмотреться к собственному отражению в зеркале.
– Гад. Подлец. И… – Не сумев придумать ничего другого, она зарычала от досады.
Ему так хотелось сыграть роль джентльмена. Роль несчастного мученика. Что ж, она не собиралась облегчать ему задачу. Нет уж, сеньор. Каролина знала конечную цель. Она понимала, что преодолеть Хребет Дьявола и убить Видаля будет самой трудной задачей в ее жизни, но это не значит, что они с Лало должны лгать друг другу. Особенно осознавая, что могут и вовсе не вернуться.
– Трус, – выплюнула она. – Эгоистичная кучка дерьма.
Дерьмо он или нет, но она должна найти что-то, чем можно полностью закрыть его лицо. Сомбреро недостаточно. А дополнительной одежды она с собой не прихватила. Каролина не учла, что она может понадобиться. Следовало проявить больше предусмотрительности.
Ухватившись пальцами за первый слой юбок, она разорвала его по швам.
– Что ты делаешь? – Голос Лало стал на целую октаву выше.
– Мне больше нечем тебя прикрыть. Придется обойтись этим.
– Я… вижу твое нижнее белье.
Каролина фыркнула, продолжая рвать юбки. Она не выставляла напоказ ничего неподобающего. На ней были панталоны. Но по тому, как Лало открывал и закрывал рот, точно рыбка гуппи, можно было подумать, будто
