кое-как они уместились там вшестером, и «водолаз» повернул рубильник. Загудели моторы, и кабина неторопливо двинулась вниз. Джек стал было расстегивать ремешки, но провожатый резко покачал головой и ткнул пальцем в циферблат на стенке. Вглядевшись, Мюррей понял, что это барометр; вот только шкала была проградуирована до значительно меньших величин, чем обычные семьсот двадцать миллибар. Лифт остановился. Зашипел сжатый воздух; стрелка дрогнула и поползла вправо. Наконец, давление выровнялось. «Водолаз» открутил барашки и снял с головы шлем; лицо у него оказалось совсем юным.
— Разрешите приветствовать вас на борту воздушного линкора «Немезис», джентльмены! — звонко отрапортовал он. — Прошу следовать за мной: командор ждёт!
Командор Военно-Воздушного флота Империи Роберт Мак Дули поражал воображение. Вместо положенных форменных брюк он носил килт традиционных цветов клана Мак Дули и берет с помпоном, залихватски сдвинутый набекрень. Шотландский стиль был выдержан даже в мелочах: Джек заметил выглядывающую из-за отворота правого гольфа рукоять «скин ду» — традиционного короткого кинжала. Возникла неловкая пауза: вошедшие бестактно таращились на командора.
— Приветствую вас на борту, джентльмены! Перейдём сразу к делу. Я получил несколько странные инструкции относительно вас… Поначалу я даже грешил на аппарат Маркони: эфирный телеграф — штука тонкая, в работу могла вкрасться ошибка…
— Никаких ошибок! — заявил Легри. — Мы…
— …Потом я решил, что ошибся мой шифровальщик, и наконец — что ошибку допустили в Адмиралтействе! — словно не слыша его, продолжал Мак Дули. — Я взял на себя смелость уточнить инструкции, однако ответ не внёс ясности… Поэтому я спрашиваю вас, джентльмены: кто, в конце концов, вы такие и что, черт возьми, творится?!
«Да он взбешен!» — сообразил Джек. — «Просто вне себя от ярости!»
— Мы… — начал было француз, но Сильвио Фальконе мягко взял его за локоть.
— Позвольте мне объяснить, сэр… Мы — уполномоченные правительства… Особые уполномоченные. Наше присутствие не должно афишироваться: для ваших подчиненных мы всего лишь гости «Немезис». Поверьте, мы никоим образом не собираемся вмешиваться в ваши прерогативы: наша цель — всего лишь общий контроль за операцией…
— «Всего лишь»! — фыркнул Мак Дули. — Скажите мне, джентльмены: среди вас есть хоть один военный?
Сильвио покачал головой.
— Так в чём же цель вашей… Миссии? — после долгой паузы осведомился командор.
— Мы должны обнаружить в Атлантике корабль! — снова встрял Легри.
— В Атлантике? Вот как? — скучным голосом осведомился Мак Дули. — Нельзя ли поконкретнее?
— Мы знаем только, что они держат курс в Новый Свет… — вздохнул Сильвио. — А обнаружение… Над этим сейчас работает весь военный флот Империи; собственно, мы надеемся, что помощь «Немезис» станет решающей в поисках. Дирижабли способны держать под наблюдением огромные поверхности…
— И какому же из множества судов, пересекающих Атлантику, следует отдать предпочтение?
— О, это необычный корабль. Полупогружное бронированное судно; над водой выступает лишь палуба. Его силуэт легко будет отличить от прочих.
В газах Мак Дули впервые промелькнул интерес.
— Гм… С воды — возможно. Но, джентльмены, вы когда-нибудь видели корабль сверху, с высоты облаков?
— И тем не менее, сэр, сделать это необходимо, — с мягким нажимом сказал Сильвио. — Возможно, это самая важная вещь на свете — для Империи… И для всего мира тоже.
— Послушайте! — нарушил затянувшуюся паузу Джек. — Мы знаем, когда они вышли из Лондона, так? Можно ведь прикинуть минимальную и максимальную скорость движения той штуки… И надо учитывать, что они, скорее всего, будут держаться в стороне от привычных маршрутов.
— Хорошо… Допустим, мы его обнаружим, этот ваш броненосец. Что дальше? Следует потопить его? Или, — шотландец усмехнулся — взять на абордаж? С воздуха это будет не так-то легко сделать!
— Для начала просто найдите этих мерзавцев! — бросил Легри. — Возьмите их корабль под наблюдение; а дальше… Дальше вы получите новые инструкции, командор. Для этого мы здесь.
…Аэропланы один за другим появлялись на верхней палубе авианосца: нескладно-грозные, словно детёныши доисторических летучих тварей, «Стимфлаи» — детище имперской инженерной мысли. Круглые участки палубного настила проваливались вниз, чтобы спустя минуту-другую подняться вновь, неся на себе летучую машину — обтянутый тканью остов из фанеры, ткани и стальных тросов. Повинуясь слаженным действиям палубной команды, распрямлялись складные крылья, выдвигалось на телескопических кронштейнах коробчатое хвостовое оперение. Экипажи занимали места в тесных, словно бочка, кабинах; глаза их прикрывали толстые «консервы» — очки-светофильтры на пол-лица, гофрированные шланги тянулись от дыхательных масок к поясам — там располагались баллоны газгольдеров. Гудело пламя горелок: паровые котлы рукотворных птеродактилей грелись сжиженным газом. Жужжание пропеллера становилось всё выше, и вот маленькие колёса, освобожденные от захватов, начинали разбег — со стороны эта короткая, чуть вихляющая траектория напоминала путь ползущей по стеклу осы. Аэроплан добегал до края палубы — и проваливался вниз, в воздушную стихию, оставляя за собой дорожку медленно рассеивающегося пара; а его место уже занимал следующий. Взлететь было куда проще, чем совершить посадку; и «Немезис» редко выпускала больше двух-трёх разведчиков за раз. Приказ Мак Дули отправить в небо сразу десять «Стимфлаев» был беспрецедентным — воздушный линкор разом лишался половины палубной авиации. Из выпускных клапанов «Немезис» струился прозрачный газ — вахтенные уравнивали подъемную силу баллонов внезапно полегчавшего судна.
Мерно стрекотали моторы, гудели натянутые, словно струны, тросы, чуть слышно посвистывал воздух вокруг кожуха носового обтекателя. Экипаж каждого аэроплана состоял из двух человек: пилота и стрелка-штурмана. В обязанности последнего входило также бомбометание; поэтому, кроме «ли-метфорда», устанавливаемого на специальный кронштейн, у него имелось и несколько ручных бомб, хранившихся в специальных, обитых войлоком гнёздах. Впрочем, сейчас целью авиагруппы была исключительно разведка. Стая тёмных силуэтов прорвалась сквозь облака; как только в разрывах туч показалась океанская гладь, они разделились — каждый аэроплан следовал заранее оговоренному маршруту. Множество глаз обшаривало водную поверхность. Время от времени наблюдателям казалось, будто они что-то видят, но увы — то был лишь морок, порожденный чрезмерным напряжением глазного нерва. Наконец, манометры топливных баллонов показали, что настала пора возвращаться. «Стимфлаи» разворачивались, задирали носы — и ныряли обратно в облака, следуя указаниям компасов.
На следующий день всё повторилось. Разведывательные рейды не прекращались в течение недели. Не обошлось без эксцессов: во время одного из вылетов аэроплан сбился с курса и долгое время не мог вернуться на «Немезис». Смерть в холодных водах Атлантики приближалась неотвратимо; лишь когда солнце кануло за горизонт, стрелок-штурман смог, наконец, засечь в небе огни линкора. На последних литрах газа «Стимфлай» дотянул до палубы; лица выбравшихся из кабины напоминали цветом слоновую кость… Наконец, Роберт Мак Дули решительно воспротивился продолжению поисков. Взбешенный Легри грозил страшными карами; однако на хладнокровного шотландца это не произвело ровным счетом никакого впечатления.
— Мы
