Он бы ни за что не поверил, что драконы могут плакать, если бы не видел это собственными глазами. И эти слёзы разрывали ему сердце, хоть он и знал, что она гораздо легче справится со своими травмами, чем он. Хотя бы потому, что у неё под рукой лучший целитель на планете. Её брат, подумать только… сам Космос велел ему как можно скорее улетать на Октианию.
Когда Сезар узнает, что он целовал не только его невесту, но ещё и сестру, ему, возможно, захочется прикончить его. В этот раз — уж наверняка. Он сам бы на его месте захотел сотворить с собой что-нибудь ужасное, а Величайший ведь не святой. Наверняка не святой.
Стараясь не думать ни о чём, Рикэн механически выполнял свои рутинные дневные обязанности, а после обеда остался в каюте. У него даже не было сил улететь домой — да и какой смысл? Делать всё равно ничего не хотелось, а лежать и смотреть в потолок можно, где угодно. Он не планировал выходить до следующего дня и под вечер провалился в сон. Но его разбудил резкий звонок, и, очнувшись от какого-то нездорового глубокого сна, он даже сразу не понял, что это звонок в дверь каюты.
— Что такое? — немного сердито осведомился он у стоявшего на пороге Дейке. — Октианцы опять поменяли условия и это не может подождать до утра?
— Нет. Я нашёл нам врача на октианскую кампанию. Надо устроить её на борту и всё показать, — возбужденно сообщил Дейке, от радости даже не замечавший состояния Рикэна.
Тот машинально кивнул, протирая глаза, но, не закончив движения, его рука замерла, а затем опустилась.
— Её? — переспросил Рикэн, ощутив, как нехорошо ёкнуло сердце. Радость Дейке означала, что врач действительно хороший. А значит, уровень не ниже высшего. А если это женщина, то…
— Ну да, это твоя знакомая, Коэре. Я думал, ты будешь рад, — широко улыбаясь, заметил Дейке, но почти сразу же улыбка сошла с его лица, когда он ощутил ярость, исходившую от капитана эс-Фарфе.
— Что она тебе сказала? — прошипел Рикэн, качнув головой, чтобы пригласить командира в свою каюту, и, с опаской выглянув в коридор, наглухо закрыл дверь.
— Что она хороший врач. Принесла дипломы, рекомендации — она же высшая и столько лет работала в центральных больницах. И она готова работать с нами, — глаза Дейке сузились:
— Хотел бы я знать, почему ты сам не пригласил её.
— Потому что она не…
Рикэн замолчал и едва удержался от того, чтобы не зарычать. Он не имел никакого права — ни морального, ни законного — выдавать тайну Коэре. Они расставались в таком эмоциональном состоянии, что ни один даже не вспомнил о необходимости блокировки этой информации в его сознании, чтобы тот же Дейке не узнал о ней при банальном сканировании. Но, к счастью, оснований сканировать его у командира не было, а свою речь он вполне мог контролировать.
Вот только получалось, что он не мог объяснить происходящее командиру, всё ещё ожидавшему ответа. И даже не мог сказать, что все её документы — липа, изготовленная, правда, в Сезариате и, скорее всего, под личным контролем Величайшего.
— Послушай, Дейке, мне будет тяжело, если Ко… Корра станет работать на корабле.
— Вы поссорились?
— Ну… можно сказать и так. Я хотел предложить ей помолвку, но…
У Рикэна перехватило дыхание и на секунду даже в глазах потемнело.
— Я понимаю, — негромко сказал Дейке. — Но, послушай, Рикэн. В наше время трудно найти высшего врача. Поверь, я уже многих знакомых опросил. Все прекрасно устроены и никто, как ты понимаешь, не рвётся переехать на год на дикую планету, да ещё жить всё это время на корабле и работать в экстремальных условиях.
— Я понимаю.
— И от этого могут зависеть жизни наших ребят. Да и наши с тобой тоже, — продолжал давить Дейке.
— Да знаю я, — рявкнул Рикэн, отворачиваясь.
— Всё, что я могу сделать для тебя — это сам взять пре-сезариат. Тем более, она высшая.
— Ты её всё равно не потянешь, — сорвалось с губ Рикэна прежде, чем он успел подумать о своих словах.
— А ты — тем более, — также необдуманно бросил в ответ Дейке, и Рикэну показалось, что ему плеснули кипятком в лицо.
На этот раз командир ясно почувствовал его острые эмоции, и в каюте воцарилась длинная неловкая пауза.
— Так проблема в этом, да? В её уровне? — тихо спросил Дейке уже совершенно другим голосом.
— Да.
— Твой потенциал выше, чем…
— Это не поможет.
— Если вы будете равны, то есть шанс, что…
— Поверь мне, Дейке, это не сработает.
— Мне жаль. Но нам нужен врач, и я уже согласился принять её в команду. Ты берёшь над ней пре-сезариат или…
— Я возьму, — глухо ответил Рикэн.
Через пару минут, глядя в упрямые глаза Коэре, явившейся на корабль с большой сумкой вещей, Рикэн чувствовал себя так, словно подвергался худшей пытке в своей жизни. Он чувствовал ярость, почти неконтролируемую, и такой же силы влюбленность в неё, желание целовать и душить одновременно. И самым ужасным было то, что она, безусловно, ощущала все его эмоции. И могла даже читать мысли — о чём Дейке даже не подозревал.
Теоретически все горианцы знали, что на планете могут жить драконы и помимо Сезара — но они всегда так тщательно скрывали своё присутствие, что все забыли об этом факте. Встреча с драконом в обличье горианца на Горре была предметом россказней и баек, скорее мифом, чем реальностью. Теперь Рикэн понимал, какую беспомощность ощущали те бедолаги, которые встречались с этими "мифами".
Душить. Всё-таки он больше хотел душить её.
— Твоя первобытная агрессия очень привлекательна, — промурлыкала Коэре, шагнув ближе, но предусмотрительно держась на расстоянии пары шагов. — Итак, теперь у тебя пре-сезариат. Прямо как во время помолвки.
— Осторожнее. Я могу захотеть им воспользоваться, — сухо отметил Рикэн, пронзая её самым ледяным взглядом из всех возможных.
— М-м-м. Уведёшь меня и накажешь? А как? — откровенно насмехалась она. Им обоим было известно, что увести её он не сможет, если только Коэре не захочет этого сама.
— Бери вещи, я покажу тебе каюту.
— Ты гостеприимен.
— Хватит, Коэре. Ты переходишь все границы. Думаешь, если ты драконица — тебе всё можно?
— Я всего лишь устроилась на работу, — холодно заявила она, поднимая сумку с пола. Рикэн был так зол, что даже не предложил ей помощь, и просто пошёл за ней по коридору, кипя от возмущения, ощущая себя так, словно на корабль вторглись враги.
Ариадна.
Поздно вечером ей показалось, что он уже не прилетит. В голову пришла крайне неприятная мысль, что Эльтесеин решил снова оставить её на несколько дней. Но ей не хотелось в это верить, и настроение было таким, что она готова была ждать до утра. Они проговорили с Коэре несколько часов, и обе приняли важные для себя решения после этого разговора.
