пару раз загрызли кровожадные мутанты, побывал под ракетным обстрелом. Здесь мерзко воняет, ужасная жрачка и еще более ужасная туалетная бумага. Зато как бодрят близкие рикошеты и рык клыкастой толпы, спешащей тебя сожрать! Нет я не могу просто взять и уйти!
— Рад бы в рай, да грехи не пускают.
Сделал шаг назад. Двери медленно закрылись. Кнопка вызова погасла. Мелькнула запоздалая мысль, окажись я в таком виде в бизнес-центре, что скажу охране? И успею ли что-то сказать? Конечно, если быстро, пока идет лифт, скинуть все оружие, каску, бронежилет, тактический пояс, набитый патронами и золотыми украшениями, рюкзак. Но грязная, заляпанная кровью одежда — до первого патруля. И сразу букет статей… Нет, уходить нужно с гордо поднятой головой в костюме и с кейсом валюты, а не как бегущая в панике крыса.
Совсем рядом на улице раздалась стрельба. Палили очередями из импортных штурмовых винтовок. И костерили зараженных, что характерно, на языке Адама Мицкевича, но отнюдь не теми словами, что он обычно использовал в своих поэмах.
Понимая ситуацию правильно, аккуратно скинул рюкзак, подтянул труп зараженного, назначив его на ответственную роль пулеприемника. За окоченевшим телом уложил бруствером набитый сидор, выложил на него ргдешку, улегся в лужу еще липкой кровищи сам и взял на прицел входную группу. Позиция у меня в глубине помещения, первый выстрел за мной. Заходите, мы вам рады, вытирайте ноги, гады!
Работало четыре ствола, но, вдруг нелегкая принесла «сквад» импортных вражин? Здесь отличное для них место, чтобы собраться с силами для рейда на Центр за спинами орд нежити. Заняв холл гостишки, они легко перебьют наших, чего допустить никак нельзя.
Не было ни сомнений, ни сожалений, что совсем недавно отказался покинуть этот кровавый кошмар. Только боязнь промазать, спугнуть гадов.
Широкая, украшенная резьбой на морскую тему, дверь распахнулась, пропустив внутрь две фигуры в натовском снаряжении. Лучи подствольных и налобных фонариков дёргано шарили по помещению.
Меньше секунды натовские вояки простояли парой в освещенном проеме. Мне хватило их опознать и расстрелять. Одного сразу наглухо, аж мозги из-под тактического шлема плеснули на улицу, второго уронил, видимо, бронежилет спас. Сквозь ответную очередь, добавил пару пуль в корпус, затем на всякий случай продырявил дверь над ним на уровне таза стоящего человека. Угадал. Остаток магазина добил по вспышкам.
Выпалив по магазину в массивную стойку ресепшна и прочий интерьер вдали от моей позиции, натовцы возбужденно орали. К польскому мату добавился английский со странным акцентом. Дико вопил раненый. Удачно выступил, оккупантам понравилось!
— За бобра! — не тратя времени на перезарядку карабина, швырнул незваным гостям гранату.
— Kurwa! — негодяи занялись тем же, отправляя в холл одну чушку за другой. Только враги катали свои гранаты вслепую и те врезались в раскиданные по полу тела и остатки мебели. Мой подарочек лег прямо за порог. Убитый натовец удачно заблокировал створку в полуоткрытом состоянии, а я еще более удачно в нее попал. Вражеские гранатометчики завопили, а через секунду в холле разверзся ад. Который я пережидал, распластавшись на полу и открыв под респиратором рот. На улице тоже бахнуло, но этого я не увидел. Пол предательски ударил меня в подбородок. Левый бок прострелило болью, сверху посыпались ошметки.
— А-А-А!
Прицелиться в светлое пятно входа, едва проглядывающее сквозь пыль и кровавый туман, мешала плывущая перед глазами картинка. Одновременно с моим автоматом от двери заработал пулемет. Мир раскололся, подернулся краснотой и исчез в темноте.
Глава 23
Шум прибоя, крики чаек, хруст гальки под стертыми подошвами кроссовок. Раннее утро. Свежий ветер игриво проник под легкую одежду, порождая мурашки. В карманах шорт пачка печенья, яблоко, бутылка воды и упаковка бинта. Из оружия только кулаки. Зато никакой контузии, здоровье в полном порядке и бодрости через край. И на морском берегу я один, совсем один! Захотелось спеть, как тому кавказцу из бородатого анекдота.
Итак, встреча фанатов «Ведьмака» в холле гостиницы завершилась в пользу любителя книг, а незадачливые поклонники сериала от «Нетвсхлипа» как обычно, поели говна. Если серьезно, надеюсь, наши правильно среагировали на перестрелку, не позволили загнать себя в ловушку и перебить как баранов.
Хороший размен получился. Ярость перекипела и бой воспринимался трезво, словно уже прошло некоторое время.
Червячок сожаления грыз за утраченное имущество, но, как показывает практика, стволы и снаряга дело наживное. Собственно, сейчас вплотную и со знанием дела займемся наживательством. Бродить по городу без оружия смерти подобно.
Осмотрел себя. Все тот же возрастной мужик, руки работяги, щетина на лице, из шорт торчали тощие тренированные ноги. Прислушался к себе. Купленные у Системы прибавки — две к физическим силам и одна к выносливости остались со мной. А все, что заработал своими телодвижениями и добыл с других попаданцев — ушло, не прощаясь. Как и меткость, полученные чтением наставлений навыки обращения с оружием, разделки животных и рыбалки. Из длинной портянки шансов в активе имелся только «Индивидуальный системный бонус Банкира! Шанс появления предметов денежные банкноты — 13%». Подумать только, Система отреагировала на полученный в Электрогорске позывной!
Огляделся. Занесло меня в места незнакомые. Справа вдалеке нарушали гармонию синего неба портовые краны. Впереди дорогу преграждал бетонный забор с поблекшими граффити, а за ним, видимо, пролегали железнодорожные пути, а далее начиналась промышленная зона крупного города. Странно смотрелись символы развитой индустрии — кирпичные трубы, которые больше не выбросят в небо дым из своих недр. Брутальные фабричные корпуса, которым уже не суждено выпускать товары народного потребления или оборонную продукцию. Зато они не успеют стать торговыми центрами, казино, лофтами для креативного класса или просто руинами. На которых с помощью специально завезенных чужаков не выстроят многоэтажные человейники и не продадут по безумной цене. Остановившийся, мир. Мрачный, безжизненный, но по-своему прекрасный.
Слева вдалеке просматривались городские кварталы и набережная. Из-за линии жилых высоток выглядывала глыба гостиницы «Олимп». Здравствуй, Светлоярск Прибрежный. Много о тебе слышал, вот мы и свиделись.
Курва, это ж другой конец карты! Мне до Электрогорска теперь неделю пешим порядком добираться!
И я побежал к набережной, бормоча себе под нос: Привет, мои ненаблядные подписечницы! С вами Андрей Держихербодрей и сегодня мы снова будем проникать в разные интересные места и ритмично двигаться вперед-назад! И так до полного удовлетворения! Я здесь ради вас!
Приоткрыл дверь в очередную квартиру. Диссонанс был резким, как удар в лицо. Место, куда собирался дерзко проникнуть, оказалось интереснее некуда. Позади меня по обшарпанному грязному коридору покинутой четырехэтажки
