И да, это во мне бурлит ревность.
– Ты что-то сказал? – Восхищенный взгляд Ремеди остается прикованным к шикарному поместью, освещенному лучами фонарей и прожекторов.
– Да, что ты выглядишь потрясающе и у меня заканчиваются слова, чтобы описать, насколько ты красива. – Я прижимаюсь губами к ее виску, сканируя прилегающую территорию.
На большой подъездной площадке, открытой специально для таких масштабных мероприятий, уже припаркованы с два десятка дорогих машин, некоторые гости прибывают вместе с нами. Пока достаю пригласительный, мой взгляд не перестает блуждать по охранникам. Скорее всего, дополнительно к основному штату был приглашен частный подрядчик, нанимающий бывших морпехов и спецназовцев. Все кажется довольно продуманным, пока я не присматриваюсь, замечая, как двое охранников переговариваются, явно смеясь над какой-то шуткой, даже не глядя в сторону потока прибывающих гостей. Еще один из людей в форме прихрамывает, патрулируя периметр, его автомат висит в неудобном для быстрого реагирования положении, что выдает в нем либо давно списанного со счетов бывшего военного, либо дилетанта, что едва успел засвидетельствовать реальный бой, прежде чем получить ранение. Ставлю на второе.
– Ты какой-то нервный. – Глаза Ремеди наконец перестают перебегать от человека к человеку и останавливаются на мне: – Расслабься, что может пойти не так?
Конечно, она имеет в виду встречу с Линком и Наоми. Мне пришлось солгать – уже сбился со счета в какой раз, – что друзьям пришлось держаться в стороне, чтобы не вызвать внезапные рецидивы памяти у Ремеди. И поскольку, опять же с моих слов, она не так давно с ними знакома, то ей не пришло в голову возражать. Господи, я попаду в ад по одной только этой причине и буду вариться в котле, обернутый собственной паутиной лжи.
– Просто не люблю толпу, – что, по сути, является правдой. – Смотри, там ребята. Вот вы где! – громко зову, разрушая очень интимный момент между Линкольном и Наоми. – Простите, мы застряли в пробке.
Линк выглядит озадаченно, переходя от убийственного гнева к удивлению, его серые глаза слегка расширяются при виде моей спутницы. Я не стал напоминать ему о клубе, надеясь, что он не узнает ее без броского макияжа в виде маски.
– Привет. Я Ремеди, но вы, наверно, и так знаете, – протянув руку, но вовремя спохватившись, хихикает она.
Глаза Линка становятся еще круглее, сканируя кольцо на ее пальце, он утыкается в меня «какого хрена» взглядом, без какого-либо изящества рассматривая мой смокинг и новую прическу. Ну давай же, дружище, вспомни наш разговор! На лице Линка нет ни унции понимания, тогда я раздраженно вздыхаю, незаметно качая головой, что сигнализирует о том, чтобы он фильтровал все, что скажет. Я должен был догадаться, что идиот не слушал ни хрена из того, что было сказано по телефону.
– И ты у нас?.. – Он задает вопрос, обращаясь к Ремеди, и я почти вслух кричу, чтобы он заткнулся, потому что мы вот-вот окажемся за пределами безопасной территории.
Краем глаза наблюдаю, как Ремеди задумчиво сужает глаза, приветливая улыбка сползает с ее лица, а потом она смотрит прямо на меня в замешательстве.
– Линк просто шутит, малышка, – отвечаю, царапая зубами друг о друга. – Не каждый же день моя невеста теряет память. – Мне удается вымученно улыбнуться, пиджак смокинга внезапно становится на два размера теснее, и вместо того, чтобы сорвать его с себя, я просто чешу затылок.
– Твоя кто? – на этот раз кричит Наоми, ее глаза в секунде от того, чтобы выкатиться из глазниц, а рот широко открыт то ли для нового крика, то ли от шока. Линк не только не слушал, но и не проинструктировал Нао, теперь мне приходится иметь дело с этим. Почему вокруг меня вечно одни дилетанты…
– Видишь, они просто прикалываются, – говорю, глядя на сбитую с толку Ремеди, глазами умоляя их обоих заткнуться. – Это Линкольн и Наоми, наши друзья, ты их вспомнишь. – Снова целую Ремеди в висок, в основном для того, чтобы успокоиться, вдохнув ее чистый аромат. Только тогда я вижу, как заторможенность Линка сменяется крохотной долей осознания.
– В любом случае я рада познакомиться. Снова, – робко смеется Ремеди, и мои плечи расслабляются. Она верит.
– Мы будем у бара, – коротко бросаю, решая дать им время на осмысление, пока отхожу с Ремеди. Я должен увести ее подальше и прощупать почву, позже я найду Линка и дам ему инструкции, кого нужно искать. У меня есть некоторые догадки, так что исключить пару имен не будет лишним. В его очки встроена целая распознавательная система, вот она-то нам и поможет, но для начала я хочу выпить и потанцевать со своей невестой.
Ремеди
Несмотря на роскошество вечера, я никак не могу побороть ощущение, что мне здесь не место. Подозреваю, что и раньше я не часто бывала на подобных мероприятиях, я никого здесь не знаю и чувствую себя неудачницей в окружении толстосумов, наслаждающихся общением. А наши друзья, если они вообще таковыми являются, ведут себя так, будто видят меня впервые.
Уэйд думает, что я купилась на историю о врачебном запрете и бла-бла-бла, но я собираюсь выяснить, какого черта он скрывает. Изучаю свое отражение в зеркале в уборной, злясь на то, что мозг не подчиняется моему желанию вытащить спрятанные в нем воспоминания.
Миниатюрная блондинка в изящном платье бледно-розового цвета выходит из кабинки и одаривает меня сверкающей стеснительной улыбкой. Она моет руки, пока я продолжаю стоять, гипнотизируя зеркало, в ее мягких чертах есть что-то почти детское, невинное, серо-голубые глаза такие огромные, что она похожа на сказочное существо.
– Мне нравится твой кулон, – говорю, сама не зная зачем, мысленно отмечая, как золотая звезда, усеянная бриллиантами, сияет на тонкой шее.
Скорее всего, мы никогда не увидимся, но потребность что-нибудь сказать внезапно неуправляема.
– О, спасибо! Он исполняет желания, стоит только попросить, – мелодично говорит девушка, и я сдерживаю ухмылку. Жаль, что это чушь, было бы здорово, если бы ее кулон вернул мне память. – А мне нравится твоя резинка. – Она кивает в сторону аксессуара, что так несуразен и не сочетается с моим платьем.
Я улыбаюсь, проводя кончиком пальца по запястью, так много трепетных моментов было пережито, но ни один не сравнится с днем, когда я стала обладательницей значительной части чужого прошлого.
– Это подарок, – не задумываясь выпаливаю, с теплом лелея потертую временем вещь.
Мой взгляд резко поднимается к зеркалу, и я отшатываюсь, внезапно глядя на себя другими глазами, девушка бросается вперед, видя мой испуг.
– Что такое? – Она протягивает руку, чтобы дотронуться до меня, но голова начинает кружиться с такой силой, что
