Читаем без скачивания Пробуждение каменного бога - Филип Хосе Фармер

Улисс ошибался.

Ответ пришел в тот момент, когда солдаты начали откалывать твердую древесину вокруг нервного волокна. Быть может, взрыв ошеломил Дерево и только теперь оно опомнилось. Возможно… кто знает, чем была вызвана задержка. Что бы там ни было, Дерево пришло в себя. Струи воды из тысяч невидимых дырочек в стене сбивали с ног даже нешгаев. Улиссу казалось, что по нему прошлась великанская дубина. Его сбило с ног и покатило к куче дергающихся тел у входа.

Или к тому, что раньше было входом. Сейчас его закрывала толстая полупрозрачная мембрана, опустившаяся с ровной прежде стены.

Через, минуту вода достигла колен. Десантники сумели встать на ноги, хотя стоять было тяжело. Правда, вода быстро прибывала, сдерживая сбивавшие с ног струи. Но стоя или лежа, а через несколько минут они утонут.

В тот же миг мембрана у входа выгнулась и упала на них. Те, кто остался снаружи, взорвали ее бомбами.

Улисс сбросил набухшую стеклянистую пленку и попробовал подняться, но доходившая до пояса вода повлекла его к выходу. Он вновь оказался в свалке тел, но люди с другой стороны вытаскивали их по одному, помогая вставать на ноги.

Авина, похожая на облезлую мокрую кошку, схватила его за руку и прокричала, перекрывая рокот водяных струй:

— Остальные выходы перекрыты! Чем-то вроде сот!

Он прошел к следующему проходу, который перегораживала бледно-желтая густая текучая мерзость, в которой просвечивала масса полых, соединенных вместе ячеек из какого-то белесого гибкого материала.

Не успел он дойти до другого конца комнаты, как его сбили с ног несколько струй, бивших в различных направлениях. Его швырнуло вперед, отбросило назад, развернуло и кинуло на пол. Его катило и катило, он натолкнулся на мягкое и мокрое тело Авины, потом его понесло прочь, со всего маха ударило о спину Граушпаза и завалило четырьмя или пятью вуфеа.

Пол задрожал. Рокот донесся до Улисса, даже несмотря на крики и барахтанье в воде, доходящей уже до колен, и рев струй, бивших из крошечных отверстий.

А потом из зала хлынул целый вал воды, и Улисс волей-неволей уцепился за зыбкое скользкое месиво обломков сот.

Передышка оказалась недолгой. Вода хлестала из стен коридора, из открытых ячеек на каждом уровне. Визжащих крыланьих женщин и детей вышвыривало потоком в коридор и смывало прочь. Некоторые падали на захватчиков, сбивая их с ног.

Ракетчики побросали свои базуки и снаряды, бомбардиры забыли о своих бомбах. За оружие никто не держался. Руки нужнее были, чтобы карабкаться, распихивать товарищей, закрываться от мощных струй.

Улисс встал на колени только с седьмого раза. Вода почти доходила до его носа, но это не позволяло струям бить в полную силу. Однако ему удалось проползти таким образом не больше пятидесяти шагов, потом пришлось встать — вода прибывала слишком быстро и через минуту дошла почти до груди.

К этому времени коридоры были забиты скопищем тел — борющимися за жизнь дхулулихами и плавающими повсюду, раскинув кожистые крылья, трупами.

Оружие Дерева было эффективно, но не избирательно. Желая потопить врага, оно топило и союзников.

Улисс надеялся только, что Дерево больше не станет опускать мембраны или соты. Если оно это сделает, десанту конец. Вся взрывчатка осталась где-то под водой.

Он оглянулся вокруг, ища Авину. На мгновение ему показалось, что она отстала или утонула, но тут же он увидел ее цепляющейся за пояс Граушпаза. Громадный нешгай брел по воде, которая доходила ему до пояса, руками закрывая лицо от неистовых струй. Он покачивался взад и вперед, но не падал, как остальные его товарищи. Кроме него Улисс насчитал только шестерых нешгаев, около двенадцати своих людей и десяти человекообразных.

Он поплыл, останавливаясь, только чтобы отпихнуть с дороги крыланьих самок. Потом двинулся быстрее, поскольку уклон пола заставлял поток воды течь к выходу.

Он обошел Авину и Граушпаза и крикнул ей, чтобы она плыла за ним. Она отцепилась от нешгая и устремилась за Улиссом.

Минутой позже кошмар коридора кончился. Улисса внесло в первый узкий кривой коридор, протащило дальше, уровень воды резко спал, и через несколько секунд его вынесло течением на ветку и прибило к берегу, как дохлую рыбу. Вода еще текла вокруг, нежно обмывая избитое тело, но Улисс уже мог встать.

На помощь ему пришли руки товарищей. Люди на дирижабле оставили свои посты. Улисс велел им вернуться на корабль, но они не обратили на приказ внимания и, оставив его, бросились на помощь остальным.

Авину подняли на ноги. Она подковыляла к Улиссу.

— Что нам делать теперь, Повелитель?

Рядом встал выбравшийся из дупла Граушпаз. Через две минуты появились остальные пять нешгаев. Шестой так и не вышел из дупла.

Улисс всмотрелся в ночь. Остатки дымовой завесы рассеивались. Небо очистилось, и только что взошла Луна. Ствол заслонял ее серп от Улисса, но небо явно побледнело. Вверху, пересекая звездную черноту, двигалась остроносая тень.

Он окликнул Бифака, человека, которому передал командование кораблем на время десанта:

— Где дхулулихские солдаты?

— Большинство, очевидно, столкнулось друг с другом в дыму и попадало вниз. Многих растерзали ястребы, многие, спасаясь от них, перекалечили друг друга.

Это могло вызвать тяжелые потери среди крыланов, но полностью уничтожить их — нет. Тогда куда же они делись? И зачем?

К этому времени поток воды, бивший из огромной дыры, превратился в тонкую струйку. Фары дирижабля высветили внутри целый завал тел — в основном дхулулихов — в дупле и на ветви. Бифак сообщил, что тел было гораздо больше, но часть унесло первым валом или смыло потом, а некоторых экипаж сбросил в пропасть.

Внутри были тысячи трупов, подумал Улисс.

Он кликнул уцелевших, приказывая немедленно подниматься на борт «Голубого духа» и готовиться к отправлению. Делать здесь больше было нечего. Когда-нибудь они вернутся — с более мощным флотом, с людьми и снаряжением, чтобы пробиться сквозь сердцевину ствола к мозгу Дерева.

Добравшись до гондолы, он велел офицерам начать подготовку к старту, а оператору приказал связаться с остальными кораблями и выяснить