Просил прощения, только разрушенную жизнь не вернешь! Соня не пережила. Она до сих пор лечится, ее душа искалечена! Ты демон, знаешь, что такое искалеченная душа?
Кирилл вместо ответа потянулся к сущности. Мир стал серым, безликим и в нем от Розы к нему потянулись толстые словно канаты ручейки эмоций. Черные словно смола или нефть ленты боли. Душевной боли, которую ничем не заглушить, не скрыть, не спрятать и красные злобы. Такой ненависти он еще не встречал. И он начал поглощать их. Нет, не усиливая ее эмоции, просто забирал себе и вскоре они стали истончаться. Кирилл почувствовал, что достаточно напитал сущность и отпустил ее.
Роза внимательно смотрела на него.
— Я видел их. Ваши эмоции. Поглотил. Ненадолго станет легче.
— Спасибо, — прошептала Роза.
Кирилл уже было собирался стереть ей память, но женщина резко вскинула голову.
— А вы нашли его? Того, кто избавил мир от этой сволочи?
— Нет, мы ищем. Ваш брат был не единственным. Он убивает виновных, — зачем-то сказал Кирилл.
— Так может и не надо искать? Мир без таких станет чище…
— Не станет. Поверьте мне, не станет. Одно зло всегда порождает другое. К тому же маньяк пытается вызвать могущественного демона из преисподней.
— А он существует, этот ваш демон? — горько усмехнулась она.
— Проверять это я конечно же не хочу, — улыбнулся Кирилл, взял ее за руку и потянулся к сущности.
***
Марка с Иваном он нашел в кабинете Голицына.
— Ну что? — спросил он друзей.
— Константинов велел отправить Горелова в Солянку. Временно. Пока мы его не убили, — оскалился Ворон.
Марк закатил глаза. Если бы он не сдержал Ивана, то без крови не обошлось бы. Тяжеловато, однако удерживать на месте трёшку и одновременно пытаться оттащить от него семерку.
— А ты куда пропал? — спросил он Кирилла.
— Я был у сестры Жарова. И да, он тоже виновен. Без подробностей, а то меня стошнит.
Марк пожал плечами — без подробностей так без подробностей.
— Он ничего не сказал, твердит как заведённый, что все сам, что голос в голове приказывал убивать и на жертв указывал, — пояснил Марк.
— Как же он с ними знакомился? — спросил Кирилл, не обращаясь ни к кому конкретно.
— Говорит, в парках или просто на улице замечал. И он точно знал, что они виновны. О том, что виновна Зульфия никто не знал, кроме Горелова. Наверняка подключался к сущности. Вину… ее четко видно, а потом подойти и дать установку, чтобы они сами все свои секреты раскрыли, не такая уж проблема, — сказал Марк и тут же испарился, не вставая с кресла.
Друзья переглянулись и покачали головами. Демон нередко проделывал такой фокус. Впрочем, он вернулся уже через минуту с бутылкой виски и тремя бокалами.
— А что? Рабочий день окончен, надо мозги расслабить, а то ничем хорошим это не закончится. Выгорание даже акудзинам вредно.
Он разлил алкоголь по бокалам и передал их друзьям.
— Я вот чего не пойму… — протянул Ворон, осушив бокал наполовину. — Дальше-то что делать? Сейчас Совет будет требовать отчет каждый день, а Константинов будет драть нас.
— Мы определили следующие места, и уже отправили туда патрули, — сообщил Кирилл. — Шилов должен прислать данные жены Горелова и его сына. Сына, кстати, пока найти не удалось, он живёт где-то за границей.
— Спорим, свалил, после того как узнал, что папаша маньячела? — усмехнулся Иван.
— Даже спорить не буду, — Кирилл сделал большой глоток и посмотрел на друга. — Так и было.
У Кирилла зазвонил телефон. На экране высветилось «Шилов».
— Да, майор.
— Кирилл, прыгай ко мне. Есть информация по возможной жертве.
— Сейчас, — Калинин дал отбой и посмотрел на друзей. — Прыгаем к Шилову. Есть новости.
Марк подхватил бутылку и тут же испарился. Ворон с Калининым переглянулись, и, смеясь, последовали за ним.
— О! Угощаете? — с улыбкой спросил Шилов, увидев троицу с бокалами.
— А то! Только посуду приготовьте, — улыбнулся Марк.
— Да пошутил я. Не люблю это дело, плохо после него становится, — отмахнулся майор и пригласил друзей рассаживаться.
Они находились в его кабинете. Обстановка тут была, как и полагается для кабинета большого человека — дерево, флаги, кожаные дорогие кресла, портрет президента на стене. Зачем-то на тумбу водрузили гипсовый бюст вождя народов. Что ж… У всех свои кумиры. У маньяка, например, Шоу Ху.
— Что у вас? — спросил Кирилл, когда они расселись за брифом.
Шилов протянул каждому по распечатке:
— Тут информация о жене Горелова. Горелова Марина Николаевна. Восьмерка…
— Погодите, откуда человек знает степень сущности акудзина? — удивился Марк.
— Я вообще не понимаю, что значат эти ваши степени. Но меня попросили, и я нарыл. Олег Дмитриевич помог, — подмигнул ему Шилов. — Адрес, телефон — все как надо. Она, кстати, психотерапевт. И практика у нее не только среди акудзин, но и среди
