Читаем без скачивания Дитя луны, дитя пророчества - Юлия Сотникова

- Кто тебе это сказал?!

- Ты.

- Когда? - повернув к себе принцессу, заставляя смотреть себе прямо в глаза, Дориэн впился в нее требовательным взглядом.

- В таверне, - не отводя глаз, Райлин упрямо поджала губы. - У тебя была прекрасная возможность меня поцеловать, а ты отказался.

- Крахеш! - парень поморщился. - Только женщина могла так оболгать мои действия!

- Если ты этого еще не заметил, Дориэн, то я женщина и есть, - она попыталась встать, однако мужские руки крепко прижимали ее к себе.

- Я лишь пытался не позволить тебе сделать то, о чем впоследствии ты могла бы сожалеть, - в темно-синих глазах парня плескалось раздражение.

- Так значит, теперь ты будешь думать за меня? - сложив руки на груди, Лина ехидно прищурилась.

- С тобой невозможно разговаривать!

- Отлично, не очень-то и хотелось! - принцесса безрезультатно пыталась вырваться. - И вообще, что ты забыл в моей комнате? Забирай этого наглого наргина и убирайтесь отсюда оба! А не то, я...

Договорить Лина не смогла, так как Дориэн успел заткнуть ее поцелуем. Все мысли тут же унеслись из головы девушки, оставляя ее наедине с горячими губами ларрьяна. Этот поцелуй просто сводил с ума, заставляя забыть обо всем, жадно прижимаясь к телу парня.

Внезапно что-то заставило ее оторваться от Дориэна.

- Стоять! - тяжело дыша, Лина внимательно посмотрела на Мелланию, перед носом которой с силой захлопнулась входная дверь, не давая выйти. - Мы с тобой еще не договорили.

- Может быть потом? - девушка улыбнулась, взглядом указывая на парня.

- Хм, заманчивое предложение... - почувствовав прикосновение губ ларрьяна на своей шее, Райлин поняла, что скоро замурлычет, словно маленький котенок. - Нет, так дело не пойдет. Нам надо поговорить немедленно. Дориэн, ты не мог бы выйти?

- Все еще злишься? - дразняще улыбнувшись, ларрьян нежно поцеловал ее запястье, заставляя резко выдохнуть, чувствуя сильнейшее желание.

- Больше нет, тем более что благодаря тебе у меня перестала болеть голова, - Лина улыбнулась, освобождая руку и отходя от него на безопасное расстояние.

- Всегда рад помочь моей Хранительнице, - Дориэн согнулся в шутовском поклоне. - Кстати, Лин, - тон парня стал серьезным. Подойдя к двери, Дориэн внимательно посмотрел на обеих девушек. - Через час жду тебя у конюшни.

- Зачем? - принцесса удивленно округлила глаза.

- А разве я не могу пригласить тебя на прогулку? - улыбнувшись, парень вышел, заставляя девушку тяжело вздохнуть. Улыбка не коснулась его глаз, а это означало разборку, которую он хотел провести наедине.

"Он заметил"

"А ты что хотела? Ваше с Мел сходство можно заметить невооруженным взглядом"

"Может притвориться больной?"

"Вряд ли это поможет, Дориэн все равно захочет узнать правду"

"Кстати о правде, я бы тоже очень хотела ее услышать"

Устроившись на кресле, материализовав кувшин виноградного сока и два бокала, отчитывая саму себя за то, что очень часто совершенно забывает про данную ей силу, Лина разлила напиток.

- Лин, я тебя просто обожаю! - осушив бокал, Мел, счастливо вздохнув, забралась на кровать.

- Как же приятно знать, что тебя любят. А куда делись Рорк и Гвендалин?

- Ушли, не хотели вам мешать, - Меллания улыбнулась. - А я не успела.

- Сочувствую, - всматриваясь в лицо блондинки, Лина все еще не могла поверить, что они с ней так похожи. Видеть - видела, а поверить не могла. - Мел, кто ты?

- Я - Жизнь, - девушка вмиг стала серьезной.

- Не понимаю, - откинувшись назад, Хранительница скептически взглянула на девушку.

- Ох, Лин, все так запутанно!

- А ты рассказывай по порядку, с самого начала.

- Это будет слишком долго, - Меллания нахмурилась. - Знаю! Смотри.

Девушка отвела руку за спину, будто намереваясь что-то достать. Миг, и в руках блондинки оказался длинный посох из серебристого металла, несколько изогнутый, с закругленным наконечником, в центре которого сиял белым светом непонятный камень.

- "И свет и тьма желанны для сердца Жизни. Да будет милостива Дарующая в руке ее дитя. И да принесут в мир равновесие две половины цельной луны",- приглядевшись, Лина прочла руны, выгравированные на посохе. - Пророчество... Почти как у меня! - принцесса материализовала косу.

- Знаю, - Мел улыбнулась, с непонятной радостью разглядывая ее оружие. - Ну, здравствуй, Справедливая.

- Эй, ты что? - Райлин опасливо на нее посмотрела.

- Как же я давно не видела вас вместе!

- Мел, ты меня пугаешь. Лучше расскажи, что все это, - девушка указала на посох и косу, - значит. Что ты имела в виду, говоря, что ты Жизнь?

- Протяни вперед руку.

- Зачем это? - взгляд принцессы стал подозрительным.

- Да не волнуйся ты, не укушу, - Меллания весело засмеялась.

- А давай как-нибудь обойдемся без этого, ладно? - Лина демонстративно убрала руки за спину.

- О, Богиня, ты совсем не изменилась! - обреченно вздохнув, девушка встала, подходя к окну. Открыв окна и усевшись на подоконник, облокотившись спиной о стену, она посмотрела на Райлин. - Хорошо, будь, по-твоему. Расскажу тебе сказочку. Когда-то очень давно, одна юная Богиня решила создать собственный Мир. Однако в то время она была еще очень неопытна, поэтому ей пришлось обратиться за помощью к другим Богам. Ими оказались брат с сестрой и еще два юноши, знакомые ей с детства. Не удивляйся, в этой сказке даже Боги когда-то были детьми. Создавая новый Мир, пятеро Богов хотели населить его совершенными существами, сильными, ловкими, хитрыми и умелыми. Но для этого необходимо было сначала его обустроить. Тогда, младшая из двух Богинь, назвавшись Богиней Земли, создала сушу, разделяя его на две части, а на ней вырастила столько различных растений, что Мир стал похож на огромный зеленый шар. Но очень скоро все деревья, цветы и трава погибли, замерзая на убийственном холоде и страдая от отсутствия воды. Тогда, старший брат Богини, добавил в Мир огонь, приносящий с собой тепло, а второй Бог наполнил некоторые островки суши водой. Так появились Боги Огня и Воды. Тогда, самая первая Богиня создала человека, отпуская его в созданный ими Мир. Но он погиб, не в силах сделать даже вздоха. Пришел черед последнего Бога, назвавшегося Богом Воздуха. Он вдохнул в Мир свежий ветер, помогающий растениям разносить свои семена, а обитающим существам дышать воздухом. Так и стало заведено, что каждый из Богов отвечал за свою силу, данную их созданию, их Миру. А юная Богиня, названная Верховной Богиней, все также давала жизнь его обитателям. Некоторое время все оставалось нерушимым: Боги наблюдали и помогали, люди жили в мире, а другие обитающие существа наслаждались свободой и счастьем. Но ничего не бывает долговечным, тем более, мир и спокойствие. В людских сердцах появилась жадность, а в глазах животных - голод и злость. Богам было невыносимо больно наблюдать за тем, как их дети, убивают друг друга, но, ни один из них не мог покарать, так как слишком сильно любили они своих чад. Однако скоро все совершенно вышло из-под контроля, люди поставили под сомнение существование самих Богов. Долго терпела Верховная Богиня деяния людей, но все имеет свойство заканчиваться. Не в силах больше наблюдать за гибелью Мира, она наслала мор, оставивший в живых лишь самую малую часть населяющих его существ. Так Верховная Богиня получила еще одно имя - Богиня Жизни и Смерти. Выжившие люди, оказавшиеся самыми честными и благородными, получили в дар от Богов способности к магии, равные маленькой толике их силы. Тогда и были созданы различные Кланы. Но однажды случилось так, что этот Мир приглянулся Темным Богам, любящим разрушения, и наславшим своих воинов, чтобы захватить его. А люди, осваивавшие свои новые способности, оказались абсолютно незащищенными. В тот раз пятеро Богов прогнали захватчиков, однако, опасаясь повторного нападения, Верховная Богиня решила создать новую расу, намного превосходящую людей по силе и выносливости и объединить ее в свой Клан. Так впервые появились раймоны - Защитники Мира, и алеоры - Защитники Сущего. Новая раса отличалась необыкновенной красотой, упорством и отвагой, но главным отличием их от простых людей стали мощные крылья, реющие за спинами. Верховная Богиня любила все свои творения, однако невольно стала выделять среди них одного раймона, предводителя, или, как сейчас их называют, Главу своего Клана. Она впервые полюбила, и, не в силах противится этому чувству, каждый день Богиня приходила к раймону под видом обычной девушки, каждый день были они вместе, и это время наполняло влюбленных счастьем. Однако, наслаждаясь своими чувствами, Верховная Богиня совсем забыла об опасности, грозящей ее Миру, так как Темные Боги никогда не отказываются от своих планов. К новому нападению никто не был подготовлен, поэтому молодой Мир понес много потерь. Погиб и раймон, которому отдала свое сердце юная Богиня, но случилось так, что от него у девушки остался последний дар в виде рожденных детей. Двух девочек - близнецов. Они были похожи словно две капли воды, лишь по волосам можно было отличить сестер: у одной они были чернее ночи, у другой же, белее первого снега. Девочки росли быстро и были неразлучны. Они всегда чувствовали друг друга, поражая Богов своими способностями. Одна из них тянулась к свету, выращивая растения, помогая матери следить за людьми, оберегая их от болезней и ненастий. Другой по вкусу всегда были сражения, она легко могла залечивать раны, как сестра, однако считала, что можно проводить время с куда большим толком. Огромная сила им досталась от Верховной Богини, одна использовала силу Жизни, способная оживлять даже умирающих, лишь уже умершие не были в ее власти, в крови второй, текла магия Смерти, подчиняясь любым ее желаниям. Она могла остановить жизнь любого, лишь подумав об этом. Именно по силе и были даны им имена: Меллания, что означает Ласковый свет и Райлин, Ночная мгла. Такие способности были очень опасны, поэтому Боги сами взялись обучать детей, едва они, немного подросли. Но живя среди истинно бессмертных, сестры все чаще стали ощущать в себе кровь отца, зовущую их на землю, к людям. Спустя время, девушки решили покинуть мать, проживая обычную человеческую жизнь, однако кровь Верховной Богини и тут сыграла свою роль в их судьбе. Умирая, сестры вновь перерождались, начиная жить заново, совершенно не меняя облика и не теряя опыта предыдущих жизней. Взрослея, они вновь становились прежними и по достижению пятидесяти лет, возвращали свои воспоминания.