Он ещё долго ворочался, пытаясь спрятаться от лунного света, проникающего даже через закрытые занавески, потом всё-таки заснул.
Встал Игни поздно. Через пару часов наступило время обеда. Есть не хотелось, но, подумав, что глупо не воспользоваться тем, за что уже заплатил, он пошёл в столовую. Суп был безвкусным, а котлеты — непрожаренными. Бросив поднос с остатками еды на стол для грязной посуды, Игни побежал на урок.
Постучав в дверь, он стремительно вошёл в класс. За столом сидел не старик, а другой — молодой. Мужчина поднял голову, и Игни невольно поёжился — таким холодным был его взгляд.
— Меня зовут Игни Ультор, я пришёл учить бенеташский язык.
— Проходите, садитесь, — сказал мужчина. — Меня зовут Солус Альгеди, я ваш преподаватель. Мы будем заниматься пять дней в неделю с трёх до семи тридцати. Перерыв один — с шести до шести тридцати…
— Я как раз хотел поговорить о времени уроков, — перебил его Игни. — Нельзя ли перенести их на утро?
— Нельзя, утром я занят.
— А другой профессор?
— Вашим преподавателем буду я, — сказал мужчина.
Игни сжал кулаки: похоже, спорить с ним бесполезно.
— Хорошо, начинайте, — он откинулся на спинку стула и вытянул ноги.
— На сегодняшнем занятии вы познакомитесь с алфавитом и звуковым составом бенеташского языка…
— Мне не нужен алфавит! Я хочу только говорить и понимать, что они говорят! — подался вперёд Игни.
— А теперь послушайте меня, — спокойно произнёс мужчина. — Я обещаю, что через три месяца вы будете говорить на бенеташском и понимать его, но в течение этого времени, вы будете делать то, что я скажу.
Красное солнце, горящее во взгляде, и чёрное небо его глаз. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Потом солнце погасло.
— Хорошо, а теперь повторю: на сегодняшнем занятии вы познакомитесь с алфавитом и звукововым составом бенеташского языка, узнаете, как строятся слова и простые предложения…
В шесть часов профессор отпустил его на ужин, а потом ещё одну пару заставлял писать, читать, говорить, слушать… Когда занятие закончилось, голова юноши болела так, словно он забивал ею гвозди. Даже не попрощавшись, Игни вышел из класса.
Навстречу ему попалась знакомая мордашка.
— Привет, преподша! — остановил он девушку.
— Добрый вечер, — вежливо сказала Ниа.
— Я теперь тоже здесь!
— Я знаю. Как первое занятие? — голос должен быть ровным — простое любопытство.
— Мне предлагали двух профессоров. Старик, похоже, сдрейфил. Пришёл молодой… Но мы ещё увидим, кто кого, — на губах появилась нехорошая усмешка. — Ладно, пока!
— Пока…
Ниа смотрела на него, пока он шёл. Юноша казался ей голодным диким зверьком. Хотелось спросить: «Где у тебя сердце?» Но, похоже, юноша сам не знал, где оно.
Урок с профессором Сатабиша помог ей ненадолго забыть об Игни, но в конце занятия она всё же не удержалась.
— Извините, могу я спросить? Меня беспокоит… новый ученик профессора Альгеди.
— А многих беспокоит его старый ученик, — спокойно сказал Хидори.
— Но Нубес совсем не такой! — горячо произнесла Ниа.
— А какой?
Ниа замерла, поняв, что не знает ответа. Тут раздался настойчивый стук, дверь распахнулась и в комнату быстро вошла молодая женщина. На ней был деловой костюм, в руках — кожаный портфель. Она подошла к Хидори и порыисто обняла его.
— Профессор! Я так рада вас видеть!
— Эдита? — удивлённо проговорил Хидори. — Это ты?
— Это я, профессор, это я! — она радостно улыбалась, во взгляде светилась гордость.
— Но… как ты здесь оказалась?
— Приехала к вам по делу!
— По делу?
— Да, я всё расскажу! У меня есть замечательная идея! Вы будете в восторге!.. А это… — она близоруко сощурила глаза под очками.
— Это наш преподаватель Ниа Вирго, мы с ней занимаемся языком Аин, — представил её профессор.
— Эдита Орис, я была студенткой профессора Сатабиша, — произнесла она таким тоном, словно хотела сказать: «Я познакомилась с ним раньше, поэтому он мой», — и протянула руку.
— Очень приятно, — Ниа осторожно коснулась её узкой ладони. — Я, наверное, пойду… Извините…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Откуда она? — спросила Эдита, когда Ниа ушла.
— Из Лабрии, — ответил Хидори, пристально глядя на девушку.
— Мы не ведём дел с этой страной, — пожала плечами Эдита.
— Вы?.. Не ведёте дел?
— Да, сейчас объясню, — она загадочно улыбнулась. — Уехав отсюда, я несколько месяцев преподавала в университете в Везне. Но там всё так сложно… Я пошла в издательство. Начала с маленькой должности, сначала корректором, потом сама писала, потом стала помощником редактора, потом редактором, а теперь… мне принадлежит целая редакция! — она развела руками, словно не понимала, как произошло такое чудо.
— Это… серьёзная работа, — медленно сказал Хидори.
— Вы даже не представляете, насколько! Кажется, если ты начальник, то нужно просто давать поручения подчинённым. Но это самое сложное! Так трудно найти людей, способных хоть что-то сделать качественно! Нет, я, правда, иногда думаю, брошу всё и сама сяду за компьютер! Конечно, это только мечты. Реально, у меня никогда не хватит времени. Знали бы вы, какой у меня график! Постоянные командировки, встречи, контракты! Я даже мужа своего почти не вижу! Да, я вышла замуж! Он известный журналист, брал как-то у меня интервью — и вот чем всё кончилось!
— У вас есть дети?
— Нет, я при такой загруженности даже собаку завести не могу. Планирую подумать о детях лет через пять. У меня ещё очень много планов. Кстати, о планах! — она сделала паузу. — Я хотела предложить вам издать учебник языка Аин!
— Что, прости? — переспросил Хидори.
— У меня теперь своё издательство, поэтому могу делать, что хочу! Конечно, в современном мире межкультурная коммуникация не очень популярна, но при умело организованной рекламной акции…
— Рекламной акции?
— Не волнуйтесь, это я беру на себя. Вам нужно только подготовить материал в виде учебника. Разумеется, не обязательно это делать самому. Можете попросить Солуса или Эридана.
— Эридан больше не работает здесь, — тихо сказал Хидори.
— Ну, тогда Солуса… — пожала плечами Эдита. — Я могла бы пригласить своих людей, но от них немного толку, да и заместитель ректора не разрешит им находиться здесь. Он меня-то пропустил только потому, что я была вашей студенткой.
— Подожди, я же ещё не ответил тебе, — он слабо улыбнулся.
— Но профессор! Это же прекрасная идея! Ваш язык узнают во всём мире! Может, скоро на нём будут говорить больше людей, чем на албалийском! Он ведь такой красивый! Учебник очень нужен! Даже я заметила, что стала забывать слова, а если есть учебник, всегда можно повторить!
— Да, конечно… — он пытался увидеть в ней ту девушку, которую учил когда-то.
— Соглашайтесь, пожалуйста! — Эдита схватила его за руку, как ребёнок, просящий родителей купить понравившуюся машинку.
— Я подумаю, хорошо?
— Подумайте, — улыбнулась Эдита. — У меня дела в Хатисе, я уеду на пару дней. Вернусь, наверное, в пятницу и надеюсь услышать от вас положительный ответ!.. Ну, я вас совсем заболтала. Уже поздно, а мне завтра рано вставать! Приеду, и мы по-настоящему поболтаем!.. Всё, ухожу… Дайте я вас ещё раз поцелую… Как я рада вас видеть! — она подхватила свой чемоданчик, помахала рукой и убежала.
Хидори остался один.
В окно уже светила луна, в её свете мир казался призрачнее и невернее… Нет, всё-таки этот год трудно назвать удачным. Он потерял Эридана, Солус становился всё дальше, а Эдита… Неужели, он потерял и её? Улыбка, голос, удивлённая радость при встрече с чем-то новым — это осталось, но теперь она удивлялась вещам, о которых Хидори мало что знал. Деньги, влияние, известность… Словно озеро, наполнявшее её душу, обмелело. В берегах бьётся песок, пыль, пустота. Такой пустоты Хидори боялся больше всего… Что-то происходит в мире, словно поезд по ошибке перешёл не на ту стрелку. И ещё этот юноша с красной местью в глазах…
