В прошлом веке весь мир обошла история шестинедельного сна йога Хариды. В 1837 году в присутствии магараджи Синга и английского офицера У айда, которые не верили рассказам об йогах, Харида, применяя одному ему известные методы, погрузился в глубочайший сон, сходный с летаргическим. Дыхание почти исчезло. Йога поместили в вертикально стоящий деревянный ящик и наглухо закрыли крышкой. В таком состоянии под неусыпной охраной уснувший йог пробыл полтора месяца. Затем в присутствии массы народа ящик был вскрыт. Человек находился в наглухо закрытом полотняном мешке, в очень неудобном, скрюченном положении. Мешок был покрыт плесенью. Руки окоченели. Пульса не было.
Йога начали приводить в сознание. Обливали теплой водой. Растирали руки. Делали легкий массаж… Прошло немало времени, прежде чем Харида сделал заметный вдох. Затем он открыл глаза. И первые его слова к магарадже были: «Теперь ты веришь мне?»
Самое поразительное в таких «представлениях» — способность человека находиться длительное время в состоянии острого кислородного голодания. Подземные склепы, залитые цементом, не позволяют проникать в них свежему воздуху, а находящийся там кислород с неизбежностью расходуется на дыхание.
Когда ученые стали детально и тщательно проверять условия захоронений йогов, они обратили внимание прежде всего на это обстоятельство. И надо прямо сказать, среди проверяющих господствовало мнение: вот тут-то мы и «подловим фокусников». Так или иначе, но приток свежего воздуха должен быть!
Однако самые тщательные проверки показали обратное — йоги в условиях захоронения действительно довольствуются минимальным количеством живительного кислорода. Обычный, неподготовленный человек этого не перенесет. Значит, и здесь мы встречаемся с необычайной тренировкой организма, с еще неведомыми нам резервами живой природы.
Индийский ученый Ананд исследовал, как замедляется процесс обмена веществ у «заживо погребенного» йога, который был способен находиться в течение 8–9 часов в герметически закрытой стеклянной коробке. Потребление кислорода йогом составляло в среднем во время эксперимента 13 литров в час и падало иногда даже до 10 литров, тогда как до эксперимента оно составляло 19,5 литра в час.
То, что он обходился меньшим количеством кислорода, по-видимому, связано с сильным расслаблением мускулатуры. Обычно во время отдыха и даже во время сна мускулы у людей не вполне расслабляются; они отчасти остаются в напряженном состоянии, что требует затраты энергии. Йог был, очевидно, способен расслабляться в большей степени, чем это свойственно обыкновенному человеку.
Ученые, проверявшие йогов, установили, что полной и длительной остановки сердца никогда не происходит. Большинство йогов, исследованных физиологами, добиваются эффекта с помощью довольно простых методов: они повышают давление в грудной клетке, сжимая мускулы живота и груди. При этом исчезают пульс и звуки сердечных сокращений, прослушиваемые стетоскопом, однако электрокардиограмма показывает, что сердце продолжает работать, хотя и в очень замедленном темпе.
Для объяснения «чудес» йогов многие исследователи привлекают гипотезу об анабиозе, то есть о таком состоянии, когда все жизненные процессы протекают в слабо выраженном виде. Широко распространенный пример такого состояния — зимняя спячка некоторых животных. Что ж, гипотеза имеет право на существование.
…В 1955 году по просьбе индийского правительства один йог и его шестилетний сын показали свое искусство гостям из Советского Союза. Картина была редкостная. Взрослый йог лег без рубашки спиной на битые стекла. На грудь ему положили доску, а на нее встали 12 человек. Вслед за тем по доскам на грудь йога въехал грузовой автомобиль, после чего тот поднялся без видимых следов каких-либо травм.
Через несколько минут он совершил еще несколько «чудес». Например, втягивал в себя живот с такой силой, что сквозь брюшную полость свободно прощупывался позвоночник.
Еще более удивительным оказалось выступление шестилетнего мальчика. Он так натренировал мускулы живота, что мог держать на животе тяжесть весом больше тонны…
Два года назад в наших газетах промелькнула небольшая заметка о французе Жаке Майоле, который у побережья острова Эльбы без всяких подводных аппаратов опустился на глубину 96 метров. Погружение продолжалось полторы минуты. Еще через 98 секунд он был наверху.
Врачи тут же осмотрели ныряльщика и констатировали: человек вполне здоров. Это было удивительно — ведь быстрый подъем с такой глубины очень опасен.
Сообщению можно было бы не поверить, но смелый эксперимент Майола был хорошо «оформлен». В воде на глубине 30, 40, 50, 70 и 90 метров находились наблюдатели, которые засняли телевизионными камерами и фотоаппаратами опускающегося на дно пловца.
К сказанному добавим, что Жак Майол занимается гимнастикой по системе йогов и перед погружением выполнил несколько упражнений.
Надо сказать, что многие наблюдения за йогами говорят о том, что во всех их «чудесах» немалую роль играет самовнушение (о внушении и самовнушении см. дальше, стр. 283). Об этом свидетельствует, например, опыт, проведенный во Всеиндийском институте медицинских наук. В эксперименте участвовало четыре йога. К руке каждого прикасались раскаленной стеклянной палочкой, а затем почти на час руку опускали в ледяную воду. И все это время приборы регистрировали биотоки мозга. Ученые хорошо знают, какие кривые биотоков появляются на ленте при ожоге и при сильном охлаждении тела. Но у всех четырех йогов таких кривых не наблюдалось. Другими словами, их нервная система не отзывалась на боль, не чувствовала ее. Объяснить это можно только одним: йоги умели «снимать» боли самовнушением.
За семью печатями
В своих рассказах о выдающихся шахматистах мира гроссмейстер Ю. Авербах приводит интересную страничку одной биографии.
…Жаркий летний полдень. В форту Морро, что расположен на Кубе вблизи Гаваны, все спокойно. Маленький Хозе, сын армейского лейтенанта, слоняется по пустому плацу. Скучно. Хорошо бы, сидя где-нибудь в тени, послушать рассказы бывалых солдат, но те спрятались от палящих лучей солнца в казармы, а с часовыми не поболтаешь. Куда-то деть себя надо.
Хозе идет к башне форта, где обычно сидит в дежурном помещении его отец. Здесь не так жарко, как снаружи, — от солнца спасают жалюзи и циновки.
Когда глаза мальчика привыкли к полумраку, он увидел странное зрелище. Отец сидел в центре комнаты за столом и что-то внимательно разглядывал. Напротив в таком же положении сидел другой офицер. Оба были настолько погружены в раздумье, что не заметили прихода мальчика.
Хозе подошел поближе и увидел на столе между ними разделенную на белые и черные квадраты доску с забавными деревянными фигурками.
Время от времени офицеры по очереди передвигали фигурки с одного квадрата на другой. Хозе решил, что взрослые играют в особую военную игру. Зная нрав отца, не любившего, когда дети вмешиваются не в свое дело, мальчик молча стал наблюдать за происходящим. Ему хотелось понять, как ходят фигуры и в чем состоит цель игры.
Первая партия закончилась. Партнеры расставили фигуры и начали вторую. Хозе сидел как зачарованный и, затаив дыхание, внимательно следил за каждым ходом.
Но вот отец поднял фигуру с головой коня и переставил ее с одного белого поля на другое, тоже белое. Так этой фигурой еще ни разу не ходили.
«Неправильно!» — чуть было не закричал мальчик, но благоразумно решил до конца партии воздержаться от критики. Партнер отца не заметил ошибки, и игра продолжалась.
Когда партия закончилась, мальчик робко заметил:
— Отец! Ты неправильно сыграл конем!
— Что ты, мальчик! — усмехнулся тот.
— Да, ты сделал неправильный ход. Эта фигура так не ходит!
Партнер отца поддержал мальчика:
— Пожалуй, Хозе прав, ты действительно сыграл конем не так, как полагается.
Отец воскликнул:
— Но как малыш мог это заметить? Он впервые в жизни видит шахматную доску!
