- Хорошо, пусть будет по-твоему, - он взял меч, положил клинок на голову монаху и произнес. – Нарекаю тебя своим опорным.
- Спасибо, - с явным облегчением шепнул Иезул и встал, опираясь на руку своего нового патрона. – Давай, присядем на борт лодки и поговорим.
Влад, несмотря на спешку, не возражал – уж больно неожиданной была новость, и теперь следовало узнать как можно больше о своей новой роли. Иезул начал рассказ с того момента, как первый раз встретил странного новичка на дороге. Он сразу заприметил необычную способность «новорожденного», сумевшего ослабить пришельца. А когда монаха спросили об этом случае в монастыре, да еще и рассказали о представлении, случившемся на рыночной площади, для Иезула почти не осталось сомнений, что новичок из ряда вон выходящий случай.
Сломанная одним взглядом «неправильная» гильотина только уверила монаха в своих догадках, и он решил действовать. Здесь Иезул сделал отступление, объяснив, что давно знал о пограничниках, которые, по слухам, могли свободно перемещаться по этому миру и были способны справиться с любым пришельцем. Еще одной мистической приметой этих таинственных личностей являлась способность устанавливать порядок, то есть восстанавливать окружающую иллюзию, если она начинала размываться.
Прожив здесь не один десяток лет, он находил все больше косвенных доказательств, что инквизиция не является абсолютным хозяином в этом мире. Сопоставляя разрозненные сплетни, он все яснее понимал, что настоящими властителями здесь являются пограничники. Но по какой-то странной прихоти они никогда не афишируют свое присутствие, нигде не обосновываясь на постоянное жительство. Поэтому со стороны могло казаться, что они вечные гости этой реальности. Всего несколько лет назад он узнал об опорных и их роли, когда первый раз путешествовал сюда, к барьеру. Это были обычные люди, на которых пограничники выходили в этот мир, как на маяк. Откуда они выходили и как – это до сих пор оставалось для монаха тайной.
У инквизиции с пограничниками были сложные отношения. С одной стороны, она ненавидела их, как оспаривающих ее власть. С другой – не так уж редко возникали ситуации, когда никаких церковных сил не хватало для обуздания нечисти, и тогда пограничники приходили сами и легко устраняли все проблемы. Особенно монахов раздражало то, что эти непонятные личности напрочь игнорировали инквизицию, словно ее и не было.
Тогда, в монастыре, поняв, что монахи вот-вот догадаются, кто к ним попал, Иезул решил действовать напролом и, как ни странно, преуспел в этом. Интересно, что больше всего он нервничал, когда увидел, что Влад совершенно не умеет ездить верхом. Но и тут сыграла роль способность новичка исподволь менять под себя окружающий мир, иначе так легко освоить верховую езду было бы невозможно.
Лишь отъехав на некоторое расстояние от городской стены, Иезул понял, что его дерзкая мечта уйти из инквизиции и связать свою судьбу с пограничником может осуществиться. По ходу путешествия он все больше убеждался в том, что на его глазах идет процесс рождения загадочного защитника.
Когда-то один опорный поведал ему, что пограничники каким-то образом тесно связаны с реалом Земли. Сопоставив это с тем, что до сих пор он не знал ни одного человека, появившегося здесь сразу после смерти в реале, Иезул сразу заметил и другой верный признак в новичке: вся нечисть, как мухи на варенье, слеталась на Влада и «обжигалась» при близком знакомстве.
Он не знал, что за цель влечет нового пограничника к барьеру, но по мере продвижения Влад на глазах превращался в хозяина этой иллюзии. Особо опасным моментом был случай в клубе, когда советник Серафим, промедлил с помощью. Тогда сильному и коварному пришельцу почти удалось зацепиться за неопытного новичка, но все обошлось. Иезул решил как можно дольше держать в тайне от всех и от самого Влада его сущность, чтобы оградить напарника от лишнего риска. К тому же еще существовала вероятность, что его подопечный не будущий пограничник, а что-нибудь другое.
Чего только ему стоило уговорить советника, а затем Молоха не проболтаться Владу о его природе. Инквизитору пришлось врать, что ничего не знает о Восстановителе порядка, хотя ему было известно, что так зовут пограничников в некоторых местах, особенно среди одичавших племен.
- Прости меня, если сможешь, за эту ложь, - закончил свой рассказ Иезул. – Но с ее помощью я сумел довести тебя целым почти до той точки, куда могу дойти сам. А вчера ты достиг таких высот в развитии, что больше нет никакого смысла скрывать твою сущность. Ведь придуманное тобой зеркало является чудом, которого я никогда не видел. Никогда еще в моей практике человек не возвращался в этот мир после уничтожения в его теле пришельца. Мне страшно подумать, сколько загубленных душ можно было бы спасти таким вот зеркальцем.
- Ладно тебе… - неопределенно хмыкнул Влад. – Ну, пограничник. Ну, зеркало. Подумаешь, бывает. Лучше скажи, что нам с девчонками-то делать? Лодка то маленькая…
- Не смеши меня, мой пограничник! – улыбнулся Иезул, поняв, что напарник на него ни за что не обижается. – Ты сумел сотворить зеркало и универсальное оружие, так что лодку немного увеличить, должно быть плевым делом для тебя.
- Кстати, а насчет той разведчицы с лазерной указкой ты тоже врал?
- Нет, не врал. Я впервые от тебя услышал о каких-то разведчиках. Но, судя по ее способностям, она не слабее пограничника. Хорошо еще, что она не действовала против тебя. Тогда ты бы точно не устоял.
- Да меня бы тогда тот монстр уничтожил, еще до всяких разведчиков, - возразил Влад.
- Не факт. Просто тебя еще не прижали к стенке. Но хватит об этом. Давай, «сочиняй» лодку побольше, и поплыли! – с этими словами Иезул встал с борта на дрожащие ноги и сделал пару неуверенных шагов в сторону.
Видя, что бывший инквизитор держится на ногах, Влад закрыл глаза и «увеличил» длину лодки на метр. Перед ним что-то хлюпнуло, и его взору предстала вполне вместительная посудина.
- Слушай, это я так что угодно «придумать» смогу? – вдохновился успехом новоявленный пограничник.
- В принципе, да. Но не советовал бы сразу придумывать что-либо массивное и сложное – структура иллюзии может поехать и тогда неизвестно, что вокруг будет твориться.
- Хорошо, ограничимся необходимым, - согласился Влад, и вскоре в корме лодки лежало несколько новеньких мягких тюфяков.
Когда приятели вернулись к костру, тот уже потух, а девушки снова уснули, пригревшись на солнышке. К радости землянина, две из них тут же проснулись и даже попытались встать, но пока это им плохо удавалось. Он поспешил обрадовать местных прелестниц, вручив каждой по нехитрому и свободному сарафану. Однако радость и благодарность в глазах девушек быстро сменились смущением. Влад аж хлопнул себя по лбу ладонью.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
