Ближнее щупальце уже обвилось вокруг ноги, а Влад все еще не мог сообразить, как ему быть. И тут его плечо что-то толкнуло сзади. Землянин чуть не прыгнул в воду, подумав, что это еще какой-нибудь гость по его душу. Но оглянувшись, увидел, что это Иезул протягивал ему свой меч.
- Держи! Вижу, указка сломалась.
- Нет, я ее уронил! – признался напарник, хватая инквизиторскую железяку.
Дальше дело пошло гораздо веселей. Клинок и сам мог неплохо рубить, а уж добавить ему силы было делом нехитрым.
Влад кромсал жидкого осьминога на мелкие кусочки, а тот только жалобно хлюпал и квакал, словно расстраиваясь, что не нашел вожделенной взаимности. Вскоре на молу нечего было рубить, и пограничник поспешил в дом, пряча глаза от стыда за свой промах с указкой. Но оказалось, что его кульбиты перед пришельцем окружающие истолковали совсем иначе.
- Видал я отчаянных ребят, - похлопал его по-дружески хозяин дома. – Но что бы вот так: чуть не в обнимку с этакой гадостью… Крепкие же у тебя нервы, парень. Все же, в следующий раз не позволяй им приближаться. Не все пришельцы столь тупы и бесхитростны.
Влад промычал что-то оправдательное хозяину в ответ и сунул меч в руки Иезулу, предупредив, чтобы тот теперь осторожней махал заговоренным клинком. Уяснив, что представление окончено, народ отправился досматривать сны.
А утром его ждал завтрак, друзья и запряженные кони, но пограничник не кинулся сразу в путь. Он вдруг стал осознавать, что на его плечи легли новые обязанности. Пограничник не мог просто так покинуть поселение, не проверив, выздоравливают ли после лечения три пациентки. Ведь после его экспериментов те могли остаться инвалидами.
За белокурой Катюшей далеко ходить не пришлось. Девушка уже на своих ногах вышла в гостиную по просьбе гостя. До нее только сейчас, после объяснения родителей, дошло, насколько ужасно было ее положение, и какую неслыханную доселе операцию проделал пограничник.
Влад, не очень обращая внимание на слова благодарности, положил руки на голову притихшей девушки и, закрыв глаза, попытался представить себе, что ее переполняет здоровье и энергия. Ничего лучше придумать он не мог и действовал тем же способом, как недавно «лечил» себе ладони. Кажется, это помогло, так как на изумленном лице девушке заиграл здоровый румянец.
Не задерживаясь, Влад кивнул хозяину и вышел к коням. Они еще заглянули в два дома, где пограничник проделал похожую процедуру. Темноволосая пациентка беспокоила его больше всего, но и она после «наложения рук» сумела присесть в кровати и заверила, что ей лучше с каждым часом. Как бы там ни было, но после такого, немного странного обхода выздоравливающих он отправлялся с чувством выполненного долга по отношению к зависящим от него людям. Теперь можно было сломя голову кидаться в любые неизвестности.
После полудня маленький отряд, состоящий из трех всадников, вышел на край степи. Лес стоял за спиной ровной зеленой стеной, а другой край равнины скрывался в белесом мареве. Седовласый проводник спешился и произнес:
- Дальше дороги людям нет. Это барьер. Видите: здесь даже лес не растет. Спасибо тебе за все, пограничник, но особо за дочь. Дети в нашем мире редкость, и ее потеря сломала нам жизнь. А ты вновь вернул счастье и мир в нашу семью. Если есть у тебя хоть какое-нибудь пожелание, с радостью его выполню.
- Да нет ничего особенного… - смущенно ответил Влад на такое признание и вдруг вспомнил. – Хотя есть одно. Помогите Иезулу обосноваться, если он, конечно, захочет остаться у вас. Назад в инквизиторы ему дороги теперь нет.
- В чем вопрос? – радостно ответил седовласый мужчина. – Опорный в поселке – гарант безопасности! Мы почтем за честь…
- Спасибо.
- Не за что. Я подожду Иезула у тропы. И, надеюсь, до встречи! - с этими словами проводник отошел в сторону, чтобы дать попрощаться пограничнику с его опорным.
Влад с Иезулом некоторое время стояли и смотрели в открытую степь, горизонт которой скрывался в дымке испарений.
- Никогда не был на этом краю мира, - признался бывший инквизитор. – Это и пугающе, и величественно. Кажется, иди себе по ровному полю, но никто оттуда не возвращается. Никто, кроме пограничников.
Влад снял с плеч дорожный мешок, взвесил его в руке и протянул приятелю:
- Держи! Мне из этого ничего не нужно… да, забыл! – он достал из кармана лазерную указку. – Вот, «придумал» еще одну, чтобы у тебя было оружие. Теперь с твоим мечом и этой игрушкой ты будешь хорошим защитником поселку. Настоящим опорным.
- Я не знаю, как тебя благодарить, - Иезул был готов разрыдаться, и только суровая инквизиторская выучка не позволяла ему этого сделать.
- Ты отблагодаришь меня тем, что станешь настоящим опорным не только для меня, но и для окружающих людей, и может, я когда-нибудь вернусь на твой зов, - Влад тоже почувствовал, что в носу у него зачесалось, а глаза стало предательски жечь. – И еще, вот от меня подарок той, с кем ты свяжешь свою жизнь в поселке.
В руке пограничника оказался прекрасный золотой кулон очень тонкой выделки, украшенный бисером драгоценных камней.
- С чего ты взял, что я?.. – удивленно взглянул Иезул.
- Хватит тебе в монахах ходить. Видел я, как ты со светловолосой Катенькой переглядывался.
- Старый я для нее, - с горечью возразил бывший инквизитор.
- Ты же сам понимаешь, что возраст здесь дело относительное. Хочешь, я тебя на пару десятков лет омоложу – станешь моложе Катюши. Здесь это вполне может получиться.
- Да нет, - подумав, ответил приятель. – Если она со мной таким, как есть, захочет иметь дело, тогда можно и помолодеть. А так, на халяву… нет, спасибо.
- Ну, как знаешь. Давай прощаться! Мне пора, - Влад обнял друга и, закрыв на секунду глаза, представил, как тот молодеет – немного, всего лет на десять.
- Я буду ждать! – в темных глазах инквизитора блестели предательские слезы.
Влад, расчувствовавшись, отвернулся и пошел прямо в степь.
- А конь? Ты что, пешком собрался? – донеслось сзади.
- Животинку жалко. Пусть живет!
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. ВОЗВРАЩЕНИЕ
ГЛАВА 9. СЕРЫЕ ПУСТОШИ
Влад уже пару часов шагал прямо в степь по выжженной траве, и кромка леса виднелась лишь далекой темной щеточкой на горизонте. «Вот они, какие серые пустоши, - думал одинокий путник, разглядывая скучный пейзаж: И что в них такого страшного? Степь как степь – ровная, и идти легко».
И тут его глаза заметили какое-то движение. Сначала он не понял, что изменилось. Лишь на грани бокового зрения что-то показалось. Влад остановился, внимательно обводя взглядом ровную выветренную степь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
