Сомнения Джерваза усилились, когда ему привиделся ночной кошмар. Диана в образе красивой, грациозной кошки играла с ним. А он, Джерваз, — беспомощное существо со сломанным крылом пытался вырваться из ее лап. Но стоило ему чуть отбежать в сторону, кошка протягивала лапу и цепляла его когтями — не до крови, но так, что ему было очень неприятно.
Сент-Обен проснулся в холодном поту, сердце его бешено колотилось, отчаяние и страх охватили все его существо. Пытаясь вспомнить кошку из своего кошмара, он вдруг понял, что не знает, кто это был — Диана или его мать. А может, сон был предостережением? Может, ему просто казалось, что Диана ласковая и нежная, а на самом деле она просто пытается подчинить его своей власти?!
Сент-Обен не хотел этому верить. Диана ни разу не выказывала желания властвовать над ним. Но выходило так, что чем дальше, тем больше он привязывался к ней.
Виконт отправился в длительное путешествие, надеясь трезво все обсудить. Однако ему и в голову не приходило, какие мысли будут преследовать его.
Джерваз вернулся в Лондон поздним вечером. Последние мили он раздумывал, не стоит ли ему вообще прервать отношения с Дианой, но мысли о таком повороте дела доставляли ему мучительную боль.
Поэтому, едва войдя в свой особняк — Сент-Обен-хаус, — молодой человек послал к Диане Линдсей слугу с запиской, в которой испрашивал разрешения на свидание. Не прошло и получаса, как посыльный вернулся с ответом. Диана ждала его! Они не виделись целый месяц, и от нетерпения Джерваз едва не задрожал, но все же заставил себя мыться и бриться как можно медленнее, чтобы насладиться предвкушением встречи с Дианой.
К миссис Линдсей он шел пешком. Лондон замер, накрытый густой вуалью знаменитого тумана.
Горничная сказала, что миссис Линдсей еще укладывает сына, но виконт может подождать в покоях Дианы. Теперь, когда Джерваз оказался совсем близко от своей пассии, нетерпение охватило его. Положив на маленький столик коробочку с подарком, он принялся метаться по комнате взад-вперед. Еще ни разу ему не приходилось быть одному в ее покоях.
Это были просторные комнаты с высокими потолками и изящной мебелью. Стены украшала великолепная лепнина, ноги утопали в роскошных персидских коврах. Вся обстановка была выдержана в успокаивающих, мягких тонах — как сама Диана.
Джерваз зашел в спальню, и его взор упал на бокал, наполовину заполненный жемчужинами. Остановившись, виконт провел пальцем по краю бокала. Обычно он как-то не задумывался о деньгах, но теперь его заинтересовало, на какие средства живет Диана. Жемчуг был очень дорогим, но она не продала ни одной жемчужины. Деньги, что виконт переводил на ее счет, оставались нетронутыми, и молодой человек сомневался, что его любовница знает о существовании этого счета. Интересно, были ли у нее накопления, или кто-то другой содержал Диану? Эта мысль вывела его из состояния покоя, в котором он пребывал последние часы.
Внезапно, в порыве ревности, Джерваз вознамерился узнать, что за секреты были у Дианы, что она скрывала здесь, в своих уютных покоях? Бросившись к маленькому письменному столу, он стал лихорадочно перебирать содержимое ящиков, но не нашел ничего, что могло бы приподнять завесу над тайной ее жизни.
Затем Сент-Обен направился к шкафу. Перед ним висели роскошные платья ее любимых цветов, внизу стояли крохотные домашние тапочки.
Виконту показалось на мгновение, что платья — таинственные призраки Дианы и, протянув к ним руки, он прижал их к своему лицу, с наслаждением вдыхая легкий аромат сирени, который девушка так любила. Джерваз хотел было нетерпеливо отодвинуть платья в сторону, но тут ему на руки упала тонкая, как паутинка, голубая шаль с серебряными нитями. Вешая ее на место, виконт случайно задел тот самый плащ, что подарил ей на Рождество.
Не осознавая, что делает, Джерваз принялся шарить руками в глубине шкафа. Он и не знал, что ищет, просто в тот момент ему казалось, что можно найти нечто, что поможет понять сущность Дианы. Единственной вещью, что говорила бы о присутствии мужчины, был синий бархатный халат, который она сама для него сшила. Виконт смущенно поглядел на халат, а затем, приведя все в порядок, закрыл дверцы шкафа.
Не получив удовлетворения от своих поисков, виконт выдвинул один из ящиков комода, стоящего рядом со шкафом. Его взору предстали аккуратные стопки белья, ночные рубашки с тонкой вышивкой, шелковые чулки. Корсетов не было — Диана в них не нуждалась. Вдруг он увидел пару панталон с кружевами, и нож ревности полоснул его душу при мысли о том, что кто-то другой мог видеть их.
Сердце Сент-Обена заколотилось с такой скоростью, словно он только что бежал что есть силы. Схватив шелковую рубашку девушки, он прижал ее к себе.
На сей раз он почувствовал чудный аромат лаванды. Дрожа, виконт закрыл глаза. Если Диана сейчас войдет в спальню, то решит, что он обезумел. Что ж, может, так оно и было.
Сложив рубашку, Джерваз аккуратно положил ее на место и погладил нежную ткань. Едва он успел задвинуть ящик на место, как дверь отворилась.
Виконт увидел Диану, необыкновенную красоту которой подчеркивало травяного цвета платье. Кудряшки каштановых волос рассыпались по ее плечам.
Вместе с Дианой в комнату проскользнул кот и, махнув хвостом, спрятался под креслом, как только девушка остановилась. Джерваз встревожился, не видела ли Диана, чем он тут занимался, а если видела, то что подумала об этом.
Миссис Линдсей неуверенно улыбнулась, а виконт, увидев ее улыбку, тут же бросился ей навстречу. Хоть Джерваз и изнывал от желания, куда важнее для него в этот момент было просто держать Диану в своих объятиях, гладить плавные изгибы ее податливого тела. Он ласкал ее грудь, зарывался лицом в мягкие кудри и вдыхал, вдыхал ее аромат.
Диана подставила ему губы для поцелуя, и Сент-Обен впился в них, подумав о том, что ее губы возбуждают его больше, чем тело.
— Я очень скучал по тебе, — наконец вымолвил он.
— Замечательно! — рассмеялась Диана. — Было бы неприятно узнать, что я одна считала дни и минуты.
Джерваз улыбнулся ее шутке, и это обрадовало Диану. Когда она входила в комнату, его лицо было замкнутым и холодным, и она было испугалась, что виконт прошел лишь для того, чтобы сказать, как хорошо ему живется без нее.
На прощание он подарит ей остальные жемчужины, и… все. Мадлен говорила ей, что мужчины всегда так поступают…
Обняв Диану, Джерваз подтолкнул ее к маленькой кушетке. Плеснув себе бренди в бокал, он сел рядом с нею.
Диану переполнило чувство покоя и защищенности. Кажется, несмотря на размолвку, их отношения остаются теплыми.
Джерваз протянул ей бокал.
