Под иллюминатором валялся скомканный лист тонкого пластика. Никто не убирал его, но и не вешал отчего-то на прежнее место со вчерашнего дня, когда Торрес безошибочно угадал единственное на весь модуль окно. Сорвал скрывающий иллюминатор земной пейзаж, ничем особенным не выделявшийся среди других таких же, развешанных по стенам, и застыл, мечтательно глядя на Землю.
Родная планета как раз вошла в полную фазу. Диск ее был почти в четыре раза крупнее, чем сама Луна при взгляде с Земли. Звезды вокруг казались брызгами отраженного света.
Они здесь никогда не мерцали.
— Хотел бы я увидеть солнечный ветер, — сказал вчера Торрес. Толик невольно фыркнул.
— Ветер — всего лишь фигура речи, мистер Торрес, — снисходительно пояснил Владимир, — речь идет о солнечном излучении, увидеть его на Луне невозможно.
— Да, конечно, — рассеянно сказал гость, не отводи зачарованного взгляда от лунного пейзажа. Аише захотелось встать и глянуть через его плечо. Удостовериться, что там та же скучная картина, которую все они видят ежедневно: серая равнина, на горизонте четко прорезаны далекие хребты. — Но если нет ветра, то откуда эти песчаные волны?
И резко отошел от иллюминатора, чтобы вернуться в свою каюту.
— Это не песок, а лунная пыль, реголит… — пробурчал Толик Торресу в спину. — Здесь не пляж какой-нибудь! Этим туристам только бы на песочке под солнышком поваляться…
— Глупая шутка, — вырвалось у Аиши. Толик изумленно прищурился на женщину, которая обычно не торопилась делиться своим мнением.
— Стивен Торрес не просто турист, — поддержал ее Владимир. — Это один из самых богатых людей мира, и деньги ему, между прочим, не по наследству достались. Поэтому я лично считаю: если уж он решил сюда прилететь, то хорошо знает и про реголит, и о гелии-три, который можно из него добывать. Толик, сколько там этого добра нужно для покрытия мировой потребности в энергии за год — двести тонн? Неудивительно, что мистер Торрес заинтересовался.
— Можно будет здесь добывать гелий-три или нет, зависит от нашей работы! — Когда речь заходила о его профессии, Толик терял чувство юмора. — Новая энергия для старушки Земли — это, конечно, прекрасно. Но развертывание производства встанет правительству в такую копеечку, что если мы с вами ошибемся в расчетах — Россия к концу века с долгами не рассчитается.
— Хорошо, что ты это помнишь, — заметил Владимир. — Вот и посмотрим, что нужно здесь Стивену Торресу, миллиардеру…
Оказалось, Стивену Торресу нужно вкопать в лунный грунт четыре металлических штыря, образующих квадрат со стороной около десяти километров.
И каждому взявшемуся за эту работенку он готов заплатить по триста пятьдесят тысяч.
— Кто бы сказал, почему это скромное желание так напоминает мне о временах золотоискательства на Аляске? — протянул Толик.
— Успел вкопать столбы — территория твоя, — вспомнилось Аише. — Со всей золотодобычей.
— Золото, золото, золото! — корча зверские рожи, хриплым басом пропел Толик. И тут же поправился: — То есть нет… Гелий-три, гелий-три, гелий-три!..
— Финансов на организацию добычи и транспортировку на Землю у него вполне хватает. — Пальцы Владимира выбили глухую дробь по пластиковой стенке модуля. — Только господин миллиардер почему-то не учитывает, что согласно международным конвенциям лунная территория не может принадлежать отдельным людям.
— Но если это действительно так, то мы ничем не рискуем! — подскочил Толик. — Володька, треть миллиона тоже ведь на реголите не валяются…
— Я уверен, что Торрес лучше нас всех осведомлен о местах, где могут или не могут валяться деньги. И поэтому еще раз говорю: нет! — Владимир кольнул взглядом Аишу и буквально пригвоздил к месту Толика.
— Нет так нет. — Мягкий голос Стивена Торреса заставил всех троих вскинуться, будто пойманных за запрещенной игрой детей.
Вроде бы ушедший миллиардер как ни в чем не бывало стоял в проеме жилого отсека. Никакой звук не выдал его преждевременно. Казалось, космический модуль принимает Торреса в качестве хозяина, а не гостя.
— Невежливо так подкрадываться! — рявкнула Аиша, снова вызывая удивленные взгляды товарищей.
— Возможно, вы в данном случае правы, мисс Аиша… то есть космометеоролог Акирова. — Женщина побагровела, заподозрив издевку в изысканно вежливом тоне. — Однако у меня всего лишь появилось другое предложение, не столь глобальное. Прошу вас составить мне компанию за стаканчиком виски.
Рука Торреса вынырнула из-за спины, покачивая бутыль со светло-коричневой жидкостью. В ответ на бульканье мужчины совершенно одинаково дернули кадыками.
— Я не пью спиртное, — заявила Аиша, вставая. — И Владимир с Анатолием тоже не пьют на работе!
— Вроде бы вы на сегодня работу закончили, — напомнил Торрес. — Кроме того, скажу без ложной скромности: это великолепное виски. Коллекционное, конечно. Неужели откажетесь хотя бы попробовать?
Миллиардер склонил голову, с легкой улыбкой наблюдая борьбу на лицах Владимира и Толика. Пальцы любовно оглаживали стекло с выпуклым тиснением, будто изучали изгибы красотки.
— Не знаю, сколько оно стоило на Земле, — пробормотал Толик, — но здесь его цена за счет транспортировки выросла тысяч на двадцать…
— Толик, за счет транспортировки и твой ежедневный рацион стоит тех же денег, — ледяным голосом напомнила Аиша.
Мужчины переглянулись, будто она сказала что-то до крайности нелепое.
— Хорошо, мистер Торрес, — решившись, махнул рукой Владимир. — Мы попробуем немного. Аиша, давай и ты, за компанию?
— Когда мужчины заводят речь о чем-то «за компанию», из этого обычно не выходит ничего хорошего.
— Да ладно тебе, Аиша. — Толик одним прыжком переместился с тренажера за столик кают-компании. — Не будь занудой, выпей с нами капельку.
— Одна капелька, другая, и происходит то, чего нельзя поправить, — Аиша чувствовала, как на глазах выступает злая влага.
Много лет назад ее отец в гостях не удержался от выпивки, хотя был за рулем. И он, и мама Аиши погибли в аварии. Именно тогда девочка раз и навсегда решила, что небо ее интересует гораздо больше, чем Земля со всеми обитателями.
Толик с Владимиром уставились на Аишу с укором. Стивен Торрес просто скользнул мимо. Негромко, но уверенно брякнуло о столик стекло. Миллиардер посмотрел на женщину из-за плеча с ласковым пониманием.
Его силуэт в стильном камзоле из черной в синеву ткани и четкий остроносый профиль резко напомнили Аише ворона. Который нашел добычу и терпеливо ждет, когда уйдет мешающая ему любопытная девочка.
Аиша открыла рот для очередного возражения, но Владимир с Толиком вздохнули с такой одинаковой досадой, что она только и смогла сказать:
— Я пойду в рабочий отсек, проверю систему контроля метеоритной опасности.
И позорно ретировалась.
За следующие полтора часа Аиша сняла показания со всех приборов — даже тех, которые вполне могли подождать несколько дней, — и ввела данные в программы. Взгляд плавал в потоке знаков на мониторе, ни за что не цепляясь. Интерпретировать результаты не получалось — смысл ускользал от нее, будто усмешка гостя с Земли.
«Нужно просто пойти и поспать, — сказала она сама себе как могла убедительно. — Завтра постараться игнорировать Торреса. А послезавтра, то есть через тридцать часов, этот надутый щеголь уже уберется отсюда».
Аиша произнесла кодовые фразы окончания сеанса работы. Помедлила, успокаивая нелепый страх покинуть убежище, открыла дверь в кают-компанию. Только так и можно было пройти в жилой отсек.
Настороженно замерла, оценивая обстановку.
Владимир спал, руки его расслабленно болтались по обе стороны заботливо разложенного на манер кровати тренажера. Толик, мерно покачиваясь, навис над столом, где красовались три пустые бутылки, и вещал что-то Торресу.
Сидящий спиной к Аише миллиардер был по-прежнему прям и небрежно элегантен. На пьяного он решительно не походил.
— Ты ловкий черт, Стив, — донесся заплетающийся голос Толика. — Тут одно из самых удачных мест для добычи гелия-три на всей этой чертовой Луне… Не просто равнина между чертовым морем и чертовыми горами, нет… Тутошний реголит имеет оптим… мальный минеральным состав, чтобы удерживать гелий-три, и размер у него, того… имеет значение, гы-гы… Я совсем недавно про это доложил, а ты, черт, как узнал? У тебя в Центре есть подвязки, да?
Толик попытался дружески ткнуть Торреса кулаком в грудь, промахнулся и с грохотом шмякнулся лицом на стол. Стол стремительно сложился, Толикова туша рухнула на пол.
Через пару секунд космонавт с кряхтением завозился и сделал попытку встать. Торрес подал ему руку, небрежно дернул вверх, словно поднимая упавшую игрушку.
