Читаем без скачивания Злая судьба - Глен Кук

Может быть, ещё не все потеряно и осталась возможность для примирения? Она может порвать со своей семьей и попытаться снова завоевать его сердце. Ведь она же, в конце концов, – мать его сына!

Не обманывай себя. Ты сделала все для того, чтобы полностью утратить его доверие.

Через чуть приоткрытую дверь она посмотрела в гостиную, куда солдат должен был привести Требилкока. Ингер надеялась, что по лицу шефа шпионов сможет догадаться о его намерениях.

Это был все тот же Майкл, но только без оружия. Высокий, бледный, холодный как ледышка человек, которому неведомо чувство страха. У неё возникла безумная идея прикончить его здесь в доме. Требилкок приводил её в ужас. Он был очень похож на Дейна. Их объединяло всякое отсутствие совести.

Ингер собрала в кулак все свое мужество и вышла в гостиную. Часовые замерли по стойке «смирно». Майкл поклонился. Он вел себя так, как требовал её статус.

– Вы прекрасно выглядите, ваше величество. До нас доходили слухи о вашей болезни, – произнес Требилкок таким тоном, словно между ними никогда не было вражды.

– Я выздоравливаю. – Неужели мы будем играть в эти лицемерные игры и притворяться, будто ничего не произошло, подумала Ингер. Нет, этого нельзя допустить. – Что вы здесь делаете? – спросила она.

Однако Майкл произнес совсем не то, что она рассчитывала услышать.

– Я пришел к вам с предложением, – сказал Требилкок. – Мое предложение позволит всем нам выйти из тупика и избежать нежелательных последствий.

Ингер села и строго посмотрела на Майкла. Но суровый взор королевы не произвел на главного шпиона королевства никакого впечатления.

– Вы выглядите не очень счастливой, – сказал он. – Я всегда считал, что ваша самая привлекательная черта – умение улыбаться при любых обстоятельствах. Я очень завидовал этой вашей способности. Мне грустно видеть вас в положении столь тяжком, что улыбка исчезла с вашего лица.

И снова его слова захватили её врасплох. Услышать подобное королева совершенно не ожидала.

– Изложите ваши предложения, – сказала она.

Губы Требилкока растянулись в едва заметной улыбке.

– Хорошо, ваше величество. Не могу отказать, если вы того требуете. Первое. Вы отказываетесь от всех претензий на трон Кавелина. Второе. Фульк отказывается от права на престолонаследие. Третье. Ваш брак объявляется недействительным. Четвертое. Вы возвращаетесь в Итаскию к своему народу и забываете о существовании Кавелина. Мы со своей стороны обеспечим вам безопасный отъезд и компенсируем потерю той собственности, которую вы здесь успели приобрести.

– Должна сказать, Майкл, что ваше предложение меня не очень вдохновляет. Я должна пожертвовать всем, ради чего жила.

– Но оно по крайней мере позволит вам продлить свою жизнь.

– Что?!

– Если изложить все простым языком, ваше величество, то мое предложение – единственный шанс для вас и Фулька уехать отсюда живыми. Мне будет весьма неприятно, если дело дойдет до крайних мер. Как мне тогда избавиться от неизбежных мук совести? Как это ни глупо с моей стороны, но я в глубине сердца всегда питал слабость к недосягаемой для меня королевской особе. Меня страшит то, что мне, возможно, придется делать выбор между сердцем и долгом.

– Что?!

– А у вас ведь такая прекрасная улыбка.

Ингер подошла к окну и уперлась невидящим взглядом в крыши и башни Форгреберга. Что все это значит? Она была бы поражена меньше, если бы ей вдруг стал оказывать куртуазное внимание Дерел Пратаксис. Все это, наверное, ложь. Какая-то часть их общего плана.

– Ваше величество, – продолжал Майкл, – недавно по городу ходили слухи, что кто-то пытался вас отравить. Я попросил доктора Вачела рассказать мне все подробнее. К сожалению, мне не удалось обнаружить ответственного за это деяние человека. Однако мне известно, что у вас множество недругов среди друзей короля. Я уверен, что, если владетели учинят ещё один мятеж, ваша жизнь не будет стоить ни гроша. Во время последнего бунта я лишь ценой огромных усилий сумел сдержать полковника Абаку от самых решительных действий в отношении вас.

Ингер повернулась к Майклу лицом. То, что она услышала, привело её в состояние полного шока.

– Ваше исчезновение с общего пейзажа значительно упростит ситуацию. Ваш отъезд вырвет клыки у владетелей. У них не останется знамени, под которым они смогут собраться. Вы меня понимаете? Именно в силу этого обстоятельства я предпочел бы отправить вас из Кавелина живой и здоровой. Ваша смерть здесь принесла бы нашему делу гораздо меньше пользы.

Королева открыла рот, но, так ничего не сказав, снова сомкнула губы.

Майкл направился к выходу. Однако, не дойдя до дверей, он остановился и сказал:

– Мои люди могут вас вывезти. Мы сделаем это тайно, и никто не будет знать о вашем отъезде до тех пор, пока вы не окажетесь далеко от Форгреберга в полной безопасности. Но если вы не выполните три оставшиеся условия, ваши недруги вас достанут. Ведь я не единственный человек в Кавелине, у кого очень длинные руки.

Королева снова открыла рот и снова его закрыла, не произнеся ни звука.

– И как можно скорее дайте мне знать о вашем решении. Умоляю! – Чувство, с которым было произнесено последнее слово, показалось ей вполне искренним.

Майкл вышел. Солдат закрыл за ним дверь. Ингер вернулась в свое кресло, в её сердце бушевал ураган.

Крепость Майсак, охраняющая Кавелин от вторжений с востока, притулилась у склона горы в самом узком месте прохода Савернейк. С этого места долина превращалась в извилистый каньон с очень крутыми стенами, и древняя твердыня могла контролировать все передвижения по дну ущелья. Крепость была практически неприступной, и лишь однажды войску Шинсана удалось овладеть ею.

Рагнарсон только что завершил затеянную им от скуки тщательную инспекцию твердыни. Гжердрам и барон Хардл стояли рядом с королем и одобрительно кивали, выслушивая его замечания.

– Крепость в первоклассном состоянии. Я практически не увидел ничего такого, что нуждается в улучшении.

Командир гарнизона лучился счастьем. Рагнарсон повернулся и взглянул в сторону каньона. Его армия расположилась на дне ущелья, развернувшись фронтом в сторону ближайшего блокпоста Шинсана, который от Майсака отделяло всего несколько миль. Рагнарсона одолевал зуд предпринять что-то. И он боролся с самоубийственным искушением бросить войска вперед.

К нему подбежал посыльный. Солдат был бледен и чрезвычайно возбужден.

– Сигнал из Форгреберга, – сообщил он. – От капитана Требилкока.

– Слушаю.

– Армия Тройеса вступила в Хаммад-Аль-Накир. Развернулось жестокое сражение. Для осуществления первоначального прорыва лорд Хсунг был вынужден ввести в бой свои войска.

Донимавший Рагнарсона зуд нетерпения превратился в ломоту во всем теле. Проклятие! Его блеф не сработал.

– Мы торчим здесь совершенно напрасно, – буркнул он. – Эх, Мгла… Мгла… – По правде говоря, он не знал, как охарактеризовать принцессу. – Посыльный, не сообщил ли капитан Требилкок, когда это произошло и насколько устарела эта новость?

– Никак нет, сир.

Браги посмотрел в каньон. Допустим, подумал он, Майкл получил эти сведения от контрабандистов Арала. Это означает, что их доставили пешим ходом через горы по звериным тропам. На это требовалась по меньшей мере неделя. Следовательно, наступление Хсунга началось как минимум неделю тому назад.

– Гжердрам, направь группу разведчиков к блокпосту. Посмотрим, как там на это отреагируют.

Гжердрам казался обеспокоенным.

– Вы желаете, сир, чтобы я вступил с ними в схватку? – спросил он.

– Да. Поддай им хорошенько. Я хочу взглянуть, что после этого случится.

Гжердрам бросил на короля вопросительный взгляд.

– Приступай. Я хочу, чтобы это было сделано до темноты.

– Слушаюсь, сир, – ответил Гжердрам звенящим голосом, а барон посмотрел на Рагнарсона как-то странно.

– Нет никаких оснований для беспокойства, – сказал Браги. – Пограничные стычки вовсе не редкость. Никто не поднимает из-за них шум.

– Однако считается, что между нами и лордом Хсунгом заключено соглашение, – заметил барон Хардл.

– Именно, что только считается, – ответил Браги. – Лорд не желает соблюдать условий договора. Он удерживает пять сотен наших людей. Неужели мы должны чувствовать себя в чем-то виноватыми?

Барон по-прежнему смотрел на короля весьма странно. Рагнарсон рассердился и отправился к себе. Вначале он попробовал поесть, затем попытался вздремнуть. Ни из первого, ни из второго ничего не получилось. Есть ему сразу расхотелось, а сон так и не пришел.

Вернулся Гжердрам и доложил:

– Блокпост брошен. Его оставили примерно четыре дня тому назад. Я направил разведчиков дальше по ущелью.

– Правильно. И как ты это оцениваешь?

– Что именно?

– Общую ситуацию.

– Не хочу об этом даже и думать. У меня скверные предчувствия.