"Микаса", "Асахи" и "Сикисима" строем фронта шли по направлению к расчетной точке боя "Оттовы" с "Баяном". Все-таки если русский броненосный крейсер выдержал бой, и если его скорость в результате уменьшилась, тогда есть шанс отплатить ему сполна. "Фудзи", наконец-то поднявший пар до марки во всех котлах, шёл на соединение с "Цусимой", чтобы перехватить русские бронепалубники. На всякий случай и "Фудзи" и "Цусима" получили приказ принять немного южнее, чтобы приблизиться к остальным броненосцам и уплотнить "невод" для ловли "Баяна".
Вскоре на сцене появились новые актеры. В 10-20 восемь кораблей 2-го и 3-го дивизиона истребителей, а так же восемь миноносцев 14-го и 15-го дивизионов идущие на скорости в 25 узлов фронтом дивизионных колонн - по 4 корабля в каждой, поравнялись с "Цусимой", убегающей от "Аскольда", "Паллады" и "Новика". Капитан 1 ранга Седзиро Асаи, командовавший минными силами первой боевой эскадры и державший свой брейд-вымпел на "Муракумо", решил, что есть не плохой шанс превратить охотников в жертву. И приказав поднять ход до 27 узлов, повернул практически на S, обрезая корму своему крейсеру и становясь бортом к преследователям. Этим маневром он давал возможность своим миноносцам пристроиться ему в кильватер и изготовиться к массированной торпедной атаке на зарвавшихся русских. Японцев, даже без учета разворачивающейся позади "Цусимы" было шестнадцать...
Контр-адмирал Рейценштейн оценив на мостике "Аскольда" ситуацию, быстро обменялся парой фраз с командиром крейсера Грамматчиковым и в 10-25 приказал повторить манёвр японцев, выстроив свой короткий кильватер с "Новиком" во главе параллельно противнику. Державшиеся с нашими крейсерами четыре "шихаусских" истребителя получили распоряжение в бой пока не ввязываться: Рейценштейн берег их мины для транспортов.
С 38 кбт русские крейсера открыли ожесточенный огонь всем бортом в тот момент, когда у японцев на новый курс успели лечь только истребители и первая пара "циклонов"... В 10-30, когда первые пяти и шестидюймовые снаряды начали ложиться в непосредственной близости от его кораблей, Асаи понял, что тянуть дальше, пытаясь вывести свою колонну русским на носовые курсовые углы, уже непозволительная роскошь, противник нащупал дистанцию. Нужно было или отворачивать или атаковать. Через несколько секунд на фалы "Муракумо" взлетели флаги сигнала, продублированные коротким и резким двойным завыванием сирены, когда флагманский дестроер уже кренился на циркуляции. Как на учениях отрепетовав сигнал флагмана, японские истребители и миноносцы развернувшись "все вдруг" на врага, на полном ходу кинулись в атаку!
Началась "корабельная русская рулетка". Две минуты русские крейсера продолжали идти курсом на S, позволив миноносцам приблизиться до 29 кбт и непрерывно осыпая их снарядами. Но потом всё же отвернули на восток, становясь к настойчивому противнику кормой. Самым разумным в этой ситуации решением для миноносников было прекращение атаки. Но Асаи "закусил". Следующие 10 кбт сближения японцы, сжав зубы, терпели русский огонь: за 7 минут три из них испытали тяжесть русских снарядов - одни эсминец получил попадание 120мм снарядом в носовую оконечность; на одном миноносце столб воды от близкого падения проник в котельное отделение и ещё один "поймал" бортом несколько тяжёлых осколков. Все три сохранили ход, но все три вынуждены были прекратить атаку. Сближение с 19 до 9 кбт стало кровавым. На одном из миноносцев осколками посекло всех и вся внутри ходовой рубки, и он следующие две минуты провёл в неуправляемой циркуляции, пока руль не был поставлен в нормальное положение. Другой миноносец стал первым, получившим "настоящее" попадание - шестидюймовый снаряд пробил палубу в корме и взорвался уже в воде под винтами. И их осталось 11...
В 10-44 командир "Новика" фон Эссен лёг курсом на S-SW, решительно повернув свой корабль всем бортом на противника. Введение в бой ещё одного 120 мм орудия не сильно увеличило огневую мощь, но на нервы японцам начало действовать - два ближайших миноносца спешно и не прицельно отстрелили свои торпеды и отправились под защиту приближающейся "Цусимы". Командир ещё одного счёл рыскание "Аскольда" на курсе за попытку повторить маневр "Новика". И число все еще опасных миноносцев сократилось до 8.
Перед оставшимися встал нелёгкий выбор: положиться на надёжность приборов Обри и отстрелять свои торпеды под корму русских крейсеров, или, перетерпев ещё 15-20 минут огня, повысить шансы за счёт прицеливания в борт. Каждый из командиров выбирал собственный вариант, сообразуясь с личным темпераментом, былым опытом и близостью русского огня. Был бы в их действиях какой-либо порядок, русские крейсера не смогли бы уйти от перекрестья торпедных траекторий. Но выбравшие вариант "с кормы" миноносцы 15-го дивизиона, недавно приданного минной флотилии каперанга Асаи, не стали дожидаться своих более расчётливых и опытных соратников, из-за чего последние тоже не преуспели: лёгкими отворотами "Паллада" и "Аскольд" парировали усилия маленьких японских корабликов, а "Новик" - так и вовсе порой вертелся на месте, то ли дразня японцев, то ли выбирая лучшие условия стрельбы.
Так или иначе, к 11-00 японская минная атака на русские крейсера завершилась. На отходе был уничтожен снарядами "Аскольда" подбитый ранее и лишившийся хода миноносец "Манадзуру", многие получили еще "подарки" - от осколков шестидюймовок до целых 75мм снарядов. Итог, в общем-то, закономерен: днём в ясную погоду против быстроходных крейсеров с неповреждённой артиллерией миноносцы почти не имели шансов. Но их атака, временно сорвавшая продвижение вперёд русских крейсеров, дала транспортам в Бизцыво почти час дополнительного времени. Только их капитаны об этом пока не догадывались...
* * * Примерно за час до полудня воды к востоку - юго-востоку от Порт-Артура представляли собой пёструю картину. Ведомая Макаровым колонна из семи броненосцев всё ещё скрывалась "в тени" передовой завесы бронепалубных крейсеров, отставая от них на 15 миль. Фланговое охранение броненосцев с севера осуществляли эскадренные миноносцы французской постройки "Властный", "Внушительный", "Внимательный", "Выносливый" и 240-тонные "сокола" - "Смелый", "Сердитый", "Сторожевой", "Стерегущий". За связь этого северного отряда с флагманом отвечала радиостанция "Амура". Арьергардным отрядом шли канонерские лодки и минные крейсера. Фланговое охранение броненосцев с юга осуществлял "Баян". И хотя за последний час он изрядно потерял в скорости, но до сих пор был впереди русских линкоров, всё ещё поддерживавших 12узловой ход.
В 10-51 марсовые русского крейсера смогли рассмотреть далеко впереди, под большой шапкой дыма корабль в защитной окраске, вскоре опознанный как броненосец. Расстояние и носовой ракурс не позволяли уверенно идентифицировать кто именно это был, но, со всей очевидностью, именно тот, к кому так спешил затонувший японский крейсер. Вскоре стало ясно, что подходящий японец не один. В 10-54 был замечен ещё один корабль, а чуть позже и третий. В 10-57 по приказу Макарова Вирен развернул крейсер курсом на W с целью занять место в кильватере броненосцев. Момент истины приближался с неотвратимостью снежной лавины. К 11-00 между "Баяном" и флагманом Того было около 70 кбт. В то же время на мостике "Цесаревича" оценили расстояние до противника в 160 кбт. Макаров приказал пробить боевую тревогу и увеличить скорость до 14 узлов.
Тем временем к "Цусиме" и отходящим для перезарядки эсминцам и миноносцам Асаи с юга приблизился "Фудзи". При этом истребители, снизив ход, так же забрали к югу, а уцелевшие миноносцы полным ходом продолжали уходить к Эллиотам - у них запасных торпед не было...
И в который раз за день беглец превратился в преследователя. Но при этом японский броненосец не обладал, ни достаточной скоростью, ни достаточной скорострельностью, чтобы хоть как-то угрожать русским крейсерам, которые вовсе не спешили от него отрываться. Уходить вперед от своего бронированного собрата на "Цусиме", очевидно, не желали, и крейсер, развернувшись, занял место на правом траверзе броненосца. В 11-31 сигнальщики "Фудзи" обнаружили несколько к северу от отступающих русских крейсеров приближающийся неопознанный отряд кораблей. Ещё несколько минут сближения ушло на осознание того факта, что это вовсе не ожидаемые русские канонерки...
В 11-35 японский броненосец отстучал по радио телеграмму флагману и повернул на юг - на соединение с ним. Расстояние от Макарова до "Фудзи" в этот момент было 85 кбт. Но радиограмма опоздала - с увлечённых погоней за "Баяном" трех броненосцев Того уже рассмотрели под шапками дыма к северу от себя мачты нового подходящего противника. И на головном судне они были увенчаны закрытыми двухъярусными боевыми марсами. Такое "украшение а-ля франсе" мог нести только один корабль - русский флагманский броненосец "Цесаревич"...
