сделал скорбное лицо и, приобняв Лену, уткнулся ей в плечо.
– Тише-тише. – Она утешительно погладила его по голове. – Она сейчас смотрит на тебя с небес и радуется, что ты такого замечательного человека продвигаешь…
– В смысле – с небес?! – отпрянул Кобзев. – Вообще-то она еще жива! Просто я ее не навещал давно. Надо будет летом съездить…
– Ну, ясно, вы друг друга нашли. – Вайц закатил глаза. – Вообще-то я в теорию половинок не верю, но смотрю на вас и понимаю: двух таких же сумасбродов еще поискать… Вы понимаете вообще, сколько у меня дел из-за повышения?! Нашли время разводить детский сад! – И он направился в свой кабинет.
– Дмитрий Яковлевич, – окликнула его Лена, когда он уже взялся за дверную ручку. – У «Влюбителя» правда большие побочки.
Кобзев тут же больно ущипнул Фетисову пониже поясницы и бешено завращал глазами. «Ты рехнулась?! – телепортировал он. – Не пали контору!» Лена и сама понимала, что шансов быть услышанной у нее почти нет, но все-таки попробовала достучаться до Вайца. Это была последняя возможность решить все мирным путем, и пренебречь такой возможностью Фетисова не могла.
– Вы уверены? – Вайц обернулся, и Лене почудилось в его взгляде сомнение.
Может, еще не все потеряно? Если Томский-старший назначил Вайца новым генеральным вместо собственного сына, значит, он как минимум примет его совет к сведению.
– Из наших подопытных не вышло ни одной пары. – Лена старательно игнорировала выразительные жесты Кобзева. – «Влюбитель» по какой-то причине сильно подавляет либидо. Как это работает, я понять не могу, но пострадали абсолютно все. И Макарчук, и Андрей, и Ян… – Последнее имя вырвалось у нее по инерции, и, лишь когда Никита снова ущипнул ее, Лена осознала ошибку. – И Ян Олегович бы закрыл проект, я думаю, – исправилась она.
– Слушайте, мы не гарем для Лебедева готовим, а избирателей. – На Вайца пламенная речь Лены не произвела никакого впечатления. – Нам нужен краткосрочный эффект, а не «жили долго и счастливо». Я знал, что пары не сложились… – Он невесело усмехнулся. – Людям мало платонической любви, тут уж ничего не попишешь. А вот для предвыборной кампании ее вполне достаточно. Возможно, это даже прибыльнее, чем реклама.
– А если есть еще какие-то проблемы, о которых мы еще не знаем? – вмешался Никита, и Лена удивленно покосилась на друга: поддержка пришла, откуда не ждали. – Первым мы влюбляли Пашу из отдела SMM, и у него настолько снесло крышу, что он взломал компьютер Лены и сбил настройки приватности.
– Это был он? – На лице Вайца наконец-то появилась хоть какая-то живая эмоция – удивление. – Интересно… Ладно, я разберусь с текучкой, а потом все проверим. – Он снова взялся за ручку двери.
– Может, все-таки поговорите с Олегом Артуровичем? – взмолилась Лена. – Пожалуйста!
– Исключено! Вы хоть понимаете, во что мне это встанет?! – Вайц снова превратился в робота. – Люди склонны делать подлости, и «Влюбитель» тут совершенно ни при чем. Если вас что-то не устраивает, вы всегда можете написать заявление по собственному. Но позвольте напомнить. – Дмитрий Яковлевич шагнул к Лене, угрожающе сдвинув брови. – При приеме на работу вы подписывали бумаги о неразглашении. И если вам придет в голову сообщить о приложении кому-то еще… Я вам не завидую. А теперь извините, у меня куча дел! – И он скрылся у себя в кабинете.
– Довольна? – шепотом спросил Кобзев, когда шаги Вайца стихли.
Нет, довольна Лена не была. И хотя план с веб-камерой пришел в голову именно ей, она до последнего не хотела идти на крайние меры. Жаль, что выбора ей никто не оставил.
Камеры Кобзев прилепил весьма удачно. Одну – на потолке прямо над столом Вайца, другую – на стене ближе к окну. Оттуда рабочее место тоже открывалось, как на ладони.
Ждать пришлось недолго. И зря даже Никита приволок из буфета пару упаковок попкорна и подложил себе под зад плюшевого медведя, готовясь провести в виртуальной засаде остаток рабочего дня. Сначала Вайц сделал небольшую зарядку, чем немало позабавил своих тайных зрителей. Кобзев успел посетовать, что эти чудные кадры с аэробикой восьмидесятых нельзя выложить в интернет, но вскоре желание шутить исчезло даже у Никиты: Вайц уселся за рабочий стол, ослабил узел галстука… И ввел наконец пароль.
Распознать его Лена смогла не с первого раза: Дмитрий Яковлевич печатал очень быстро и часть клавиатуры закрывал рукой. Но перемотав видео несколько раз, Фетисова таки выписала на бумажку ключ к тайнам нового шефа. Пароль у Вайца был странный: #MeToo2002.
– Неужели кто-то покушался на его цветок? – озадаченно произнес Кобзев, разглядывая каракули Лены.
– Это многое объясняет. – Фетисова посмотрела на изображение с камеры: Вайц что-то сосредоточенно печатал, время от времени поправляя очки, и сейчас он вдруг показался Лене несчастным и одиноким. – Теперь понятно, почему он так не любит женщин.
В любой другой день Лена бы с удовольствием и дальше обсуждала с Никитой прошлое Вайца, возможно, даже провела бы небольшое расследование, чтобы узнать, с кем работал Дмитрий Яковлевич в 2002 году, и не было ли в его окружении какой-нибудь властной и жестокой женщины-вамп. Но сегодня перед Фетисовой стояла задача поважнее. Часть плана они уже выполнили, осталось лишь дождаться, когда Вайц уйдет, и тогда уже навсегда стереть «Влюбителя» из его компьютера и вообще с лица Земли.
Впрочем, Лена с Кобзевым не учли одного. В старом кабинете Вайц работал последний день. Став новым генеральным директором, он должен был переехать в бывшие покои Яна и, видимо, сгорая от нетерпения, переезд откладывать не стал. Ровно в половине шестого Дмитрий Яковлевич вызвал рабочих, и те вынесли из кабинета все, кроме мебели. Картины, награды, дипломы, сертификаты и, конечно, компьютер.
Операция «Антивлюбитель» провалилась с треском.
Несколько минут Лена с Никитой сидели в полной тишине, глядя на пустой стол Вайца. Оба понимали: кабинет генерального директора – это местный Форт-Нокс, и без ключа туда соваться бесполезно.
– Ну… мы попытались. – Лена первой нарушила молчание.
Она отодвинулась от стола, взяла сумочку, куртку и, машинально переставляя ноги, направилась в никуда.
– Стой. – Кобзев вскочил и перехватил Фетисову у самой двери. – У меня есть план!
– Еще один? – устало отозвалась Лена. – Может, ты не заметил, но у нас еще ни разу ничего
