относится к теории мага Анки о том, что хаос и магия ближе, чем все привыкли думать, Третий посмотрел на ее пальцы. В мозолях и синяках, словно сегодня утром она смогла убедить Магнуса провести еще одну тренировку. Взгляд Третьего поднялся к ее лицу: царапины, раньше пересекавшие брови и линию носа, исчезли, синяки на скулах и висках уменьшились.
Сосредоточенный взгляд Третьего скользнул по ее одежде. На Пайпер был идеально приталенный камзол кремового цвета с вышитыми по подолу, рукавам и воротнику золотыми звездами всех форм и размеров, блестевшими даже в самых слабых лучах света. Штаны и кожаные сапоги тоже имели кремовый оттенок, словно все сияние должно было исходить от вышивки на камзоле и глаз Пайпер, прямо сейчас внимательно изучавших Третьего.
Он смутился и отвел взгляд, успев мельком заметить самую простую рубашку, подвеску-кристалл Йоннет и аккуратно убранные за уши волосы. Никаких украшений, но Третий почему-то не удивился.
– Круто выглядишь, – произнесла Пайпер.
– Что?
Он совсем не понял, что она только что сказала.
– Круто. Выглядишь, – повторила девушка с расстановкой.
– Я не понимаю значения первого слова. Оно земное?
– Ага. Даже не знаю, как правильно объяснить его… У него какая-то особая энергетика, понимаешь? Это не «красиво», «ослепительно» или «обворожительно», а что-то совершенно другое.
Третий прислонился бедром к ограждению и сложил руки на груди.
– Иными словами, я не выгляжу красиво, ослепительно или обворожительно, но при этом не совсем уж плохо?
– Да, что-то такое.
– Что ж, – Третий коснулся своей серьги, чувствуя, как начинает терять нить разговора. – Я не ставил перед собой цели произвести на кого бы то ни было впечатление, и, очевидно, все идет как задумано.
– Можешь гордиться собой.
Третьему почему-то показалось, что она издевается над ним. Он не мог точно понять, что в ее словах показалось странным, но точно знал, что, начни спрашивать, Пайпер снова станет непонятно шутить. И если до этого она не издевалась над ним, то после его вопроса точно начнет. Поэтому Третий решил поговорить о другом.
– Почему ты сидишь здесь?
– Внизу шумно. Невозможно читать.
– Это я понял. Но почему ты читаешь?
– Не хочу спускаться туда.
Третий был уверен, что услышит подобный ответ, но все равно ощутил укол разочарования. Он надеялся, понимая, насколько напрасны и эгоистичны эти надежды, что Пайпер найдет хоть что-то светлое и радостное в их праздниках. Хоть какую-то мелочь, которая поможет отвлечься и немного расслабиться.
Пайпер выдохнула, положила книгу на колени и провела ладонью по лицу.
– Я не знаю, что им сказать. Лерайе молчит, и я сомневаюсь, что у вас с Арне есть инструкция для новичков.
– Неужели ты так хочешь понравиться им?
Она громко фыркнула и отрицательно покачала головой. Третьему показалось, что улыбка получилась неестественной.
– Я никому не хочу нравиться. Но кто знает, на сколько я застряла тут? Может быть… – она остановилась, посмотрев вниз. Третий проследил за ее взглядом и выцепил в толпе Магнуса, уже очаровавшего одну из эльфиек. – Что, если я останусь тут навсегда?
Легкие Третьего словно сжали невидимые ледяные руки.
Из Диких Земель не выбраться, пока проклятие Герцога в силе. И неизвестно, сможет ли Третий когда-нибудь найти его и убить, чтобы снять проклятие. Слишком много переменных факторов, которые были не менее опасны, чем сам Герцог.
– Ты вернешься домой, – он постарался вложить в свои слова уверенность, которую старательно укреплял в себе с самого начала, но сомневался, что Пайпер поверит. – Я верну тебя домой. Обещаю.
– И как люди этого мира отнесутся к тому, что ты сделаешь это? Неужели они не будут возмущены тем, что ты решил помочь мне, а не им?
– Из-за проклятия Герцога им пока не выбраться отсюда, но они знают, каков этот мир, и научились в нем жить. Ты еще многого не понимаешь. К тому же, твоя жизнь намного важнее. Если ты окажешься в руках тварей, они не будут церемониться.
– Они попытаются забрать Силу?
Третий сглотнул и кивнул.
– Может ли демон подчинить себе сакри?
– Я думаю, нам не следует обсуждать это здесь.
– Почему?
– Даже если ты поставила барьер, это не значит, что нас никто не слышит. Разумеется, я бы понял, если бы где-то тут были еще сигилы, начертанные кем-то другим, но осторожность не бывает лишней.
Он совсем не знал, как реагировать на вопрос Пайпер.
Может ли демон подчинить себе сакри? Третий молился, чтобы это было невозможным, иначе, окажись он вновь в руках демонов, ему будет намного труднее.
Будто отозвавшись на эти мысли, по позвоночнику вдруг разлилась боль. Третий расправил плечи, незаметно приподнял левый рукав и коснулся медленно плывших по коже сигилов, которые нанес когда-то давным-давно. Боль исчезла.
– Что ж, добавляем этот вопрос к сотне других, – пробормотала Пайпер, поправляя волосы. – Ой, нет, погодите, не к сотне. К тысяче.
Третий предположил, что она пошутила, и неуверенно улыбнулся. Пайпер тут же громко рассмеялась.
– Ты похож на котенка, которого впервые вымыли.
Третий замер.
– Что?
Неужели он действительно выглядел настолько плохо? Может, его улыбка все же раздражала ее, а он даже не понимал этого?
– Ты все еще хорош, хоть и похож на вымытого котенка.
– Почему это я похож на котенка? – искренне удивился Третий. – Символом Ребнезара всегда был орел.
– Ну, тогда ты вымытый орел.
Тут Третий, неожиданно для себя самого, по-настоящему рассмеялся.
– Ты хотя бы видела орла?
– Конечно! Когда я была в Вашингтоне вместе с братьями, мы уговорили родителей сводить нас в зоопарк. Там был авиарий. А в нем – орел.
– Куда вы пошли?
– Зоопарк. И авиарий. Место, где держат животных.
– Зверинец?
– Да.
Третий едва не рассмеялся громче. Орлы из зверинцев никогда не смогут сравниться со свободными птицами, летавшими над дворцом и сопровождавшими великанов во время охоты.
Потом он вспомнил, как выглядят мокрые орлы, и смех резко утих.
– Наверное, быть котенком – это не так уж и плохо.
Пайпер громко рассмеялась.
– Так и знала, что мой потрясающий юмор будет оценен по достоинству, – выдавила девушка между приступами смеха.
Создавалось впечатление, что она все же издевается над ним.
Впрочем, Третий и не собирался просить ее прекратить. Если это поднимало ей настроение и заставляло отвлечься от мрачных мыслей, он был готов выслушать сколько угодно странных шуток. Возможно, даже мог бы начать изучать их, чтобы лучше понимать людей Второго мира, ведь их вещей ему было мало.
«Точно», – мелькнуло в голове Третьего. Вещи Второго мира. Земные вещи.
– Почему ты выбрала трактат о магии?
Пайпер смутилась, но, быстро вернув самообладание, пожала плечами.
– Мне больше нечего делать. Я
