бронежилет, лейтенант, Мэллоун и Маккарти с индусом в течение получаса уже занимали позиции у входной двери.
– Этого-то, бумажного червя зачем прихватила? Получше кого не нашлось? – шёпотом спросил детектив, который, в отличие от всех остальных, не надел броню, так как она очень сдавливала его накопленное годами жировое богатство. На что получил очень гневную тираду от начальства.
– Кого смогла, того и взяла, не твоё дело, – отрезала Кэтрин. Мэллоун же сделал вид, будто не слышал разговора.
– На счёт три! – чуть слышно прошептала она. – Раз… два… три!
Мощный Маккарти своим огромным телом с размаху врезался в хлипкую деревянную дверь и буквально вышиб её, отбросив на пару метров вглубь. Полицейские, держа оружие наготове, мгновенно вбежали в квартиру, поочередно прикрывая друг друга. Но, к огромному разочарованию, никого внутри не оказалось.
– Я так и думала! – расстроенно выдохнула Кэтрин.
– Могли бы и не портить имущество, вряд ли он вообще сюда наведывался после нападения, – подытожил детектив, осматривая окружение.
Квартира представляла собой типичное обиталище холостяка, две комнаты, кухня и ванная. Единственное, что бросалось в глаза, – это отсутствие нормальной уборки. Кровать не заправлена, на стульях валялась различная одежда, а возле кухонной мойки красовался огромный пакет с мусором.
– У Раджи сейчас случится приступ, – засмеялся Дуглас, подмигивая тому.
– Выдержу. Не все живут как люди, – скупо ответил индус, заглядывая в видавшую виды ванную, старательно украшенную огромной кипой нестиранной одежды.
– Не шляйтесь тут особо и ничего не трогайте. Я вызову экспертов, – командным тоном сообщил Мэллоун.
– Есть, шеф. Не забудьте каждое движение занести в протокол! – отрапортовал Маккарти.
– Да заткнись уже, – махнул рукой полицейский, выходя из квартиры, чтобы позвонить.
Они, стараясь двигаться как можно меньше, начали осмотр. И внимание лейтенанта сразу привлёк большой меч, неприкрыто стоящий в углу комнаты рядом со старым телевизором.
– А вот и первая находка, – улыбнулась она, подходя ближе. – Есть знатоки древнего оружия? Джавал! Ты ж у нас специалист по подобному.
Раджа медленно подошёл к оружию и протянул руку, чтобы взять, но тут же был остановлен. Кэтрин покачала головой, давая понять, что трогать нельзя. Немного осмотрев меч, индус заулыбался.
– Отличная работа! Он настоящий, это точно. Я видел подобные на выставках. Никак не похож на бутафорию. Хотя я, конечно, не спец по оружию, и если это подделка, то очень искусная.
– А таким можно отрубить голову? – спросила лейтенант.
– Да хоть сотню. Он же самурайский, – хихикнул индус.
– Эй, идите-ка сюда, – раздался голос Маккарти из второй комнаты. – Что я тут нашёл, не поверите!
Через мгновение все сгрудились в проходе, стараясь увидеть хоть что-то за огромной спиной детектива. У изголовья кровати, на расстоянии не больше пары футов, на стене висела почти всем знакомая картина.
– Она? – спросил Дуглас, обходя спальное место по кругу, чтобы не мешать видеть остальным и подойти как можно ближе.
– Да, она самая. Триптих «Страшный Суд». Вот убийца и отыскался, – сказал Раджа, кивая головой.
– Там под ванной огромные мотки полиэтиленовой плёнки и латексные перчатки, несколько пачек. Можете взглянуть, – добавил подошедший Мэллоун. – Эксперты выезжают, в течение часа будут здесь.
– Да не особо они уже и нужны. Всё и так ясно, – сделал вывод Маккарти.
– Ты полностью уверен в том, что рассказал?
– Да, господин. Это они, – Николай стоял недалеко от выхода, не решаясь подойти ближе. После непродолжительного, но крайне успешного выполнения поручения, он сам боялся навлечь на себя подозрение, ведь кто ещё проводил подобные проверки, можно было только гадать. А судя по ситуации, в безопасности не может быть никто, слишком гнусная возня происходила среди членов организации, и только всевышний знает, кто и что мог донести на него самого. В такие периоды лучше всегда держать ухо востро, и при непредвиденном стечении обстоятельств нахождение у двери давало хоть какой-то, пусть даже призрачный, шанс на спасение.
– Значит, раскол в касте растёт. Ничего больше не хочешь мне сказать?
После такого вопроса в жилах застыла кровь и постепенно начинала проявляться дрожь в руках, но, собрав волю в кулак, он ответил.
– Многие из членов стали смотреть в сторону новых лидеров. Пока они не решаются действовать открыто, но это недолго. Я могу дать вам списки сомневающихся, – с трудом выговаривая слова, произнёс Николай.
– Ты боишься? – удивился господин. – Почему?
– Когда я проводил расследование, то информация посыпалась как из рога изобилия. Все юлят, прячутся. Страх сковал каждого, даже самых преданных последователей. Странные звонки, собственные договорённости, появление других сторон стали нормой. Появилось несколько центров, тянущих одеяло на себя. Вы меня простите, конечно, но я не совсем уверен, что вы не подпали под влияние какого-то из подобных центров. А, зная ваш особый нрав, я имею причины бояться. Тем более у меня имеются на это основания.
– Оказывается, всё ещё хуже, чем я предполагал. С таким упорством созданная организация начала рассыпаться, прискорбно.
– Это закономерно.
– Поясни.
– Богатые не хотят отдавать свой доход и содержать кучу балласта, довольствуясь малым.
– Но это наша идеология! Мы все находимся в одной лодке, и так называемый балласт очень сильно помогает ей плыть правильным курсом.
– Простите мне мою дерзость, но как бы вы отнеслись, если бы всю прибыль от компании, которая создавалась годами, а то и десятилетиями, потом и кровью пришлось бы отдать, получая жалкую подачку. – Николаю пришлось использовать всё своё мужество, чтобы так разговаривать с лидером касты.
– Я живу так же, никак не превышая дозволенное. Правила установлены для всех. Так решил совет. Это была общая воля, а не меня одного.
– Большинства.
– Что?
– Воля большинства, но не всех. Те, кто был против, стали вести подковёрную борьбу.
Господин подошёл ближе и посмотрел ему в глаза. Чтобы он ни пытался там рассмотреть, но Николай похолодел, покрываясь ледяным потом.
– Проблема свершения великих идей всегда натыкалась на малодушие их сторонников. Не желая жертвовать всем ради своих убеждений, они уничтожали на корню возможность добиться успеха. Стараясь сохранить свои жалкие куски или никчёмную жизнь, эти трусливые собаки предавали всё, ради чего стоило бы жить и умереть. Идеи не реализовать робостью.
– Не реализовать, – согласился Николай, всеми силами сдерживая дрожь.
– Тогда ответь мне, чего они хотят?
– Возврата к прошлому порядку, как было при предыдущем лидере.
– А, вот что, ясно. Это когда все делали вид, что идут к полной гегемонии, а на самом деле просто развлекались на собраниях, повышая собственную значимость в своих же собственных глазах! Они жертвовали так мало, а хотели так много! И чтобы это сделал кто-то, а они пожинали плоды! Но тот порядок закончился, каждому был предложен
