Гальтрома проступила искренняя улыбка, печальное выражение существа, скучающего по любимой, утерянной так давно.
- Она изгнала меня. Отказалась разорвать мою душу, хоть я и предлагал это ей. Она любила меня также, как и я её и поэтому не обрекла на муки, на которые решилась сама.
- Тогда ты сдался Госпоже, - сказал Элим.
- Искал смерти, - поправил его древний бог, - монстр-именуемый-Рельм отказался поглотить меня. На какую бы поглощённую планету я не прибывал орда отказывалась принять меня. Тогда я отправился к своим врагам, ибо гордость не позволяла мне наложить на себя руки.
- Почему же Майр оставила тебя в живых?
- Сила, - Гальтром поднял руки вверх и сжал кулаки так, что пространство вокруг них начало искажаться, - я один из древних, один из самых сильных богов. К тому моменту, когда я пришёл сдаваться, монстр-по-имени-Рельм уже стала слишком большой угрозой, чтобы лишаться такого как я.
- И ты согласился помогать ей?
- Этот монстр уже не Рельм, точнее, Рельм – не есть монстр. Мне неведомо какую силу она использовала, чтобы провернуть это, но я знаю, что это была ошибка. Она не хотела этого, отчаяние довело её до такого. Она ещё там, внутри, я знаю это. Она слишком сильна чтобы утонуть в этом скопище душ. Ей просто нужно помочь оттуда выбраться.
- Ты для этого всё это мне рассказал? Чтобы я попытался спасти самого ненавистного врага нашей Госпожи.
- Они не враги, - Гальтром покачал головой, - они сёстры, самые близкие каких рождал этот мир. Раздор между ними, какова бы ни была его причина, может быть забыт. Я видел тебя в деле. Убитые тобой же воины сражаются вместе с тобой. Добровольно. Если кто и может вытащить Рельм из кошмара на который она себя обрекла, так это ты.
- А Госпожа знает о том, чего ты добиваешься?
- Она знала обо мне всё с самого начала. Вывернула мою душу наизнанку, как только меня к ней привели.
- И она с тобой согласна?
Гальтром умолк. Элим понял почему Жак’ра предостерёг древнего бога. Майр ни за что не согласиться пощадить свою сестру. И сам Гальтром знает это куда лучше других. Это попытка поговорить с ним – отчаянная попытка измученного бога, хватающегося за призрачное ведение, ведущее его к любимой.
- Я поговорю с ней, Гальтром. Ты не можешь требовать от меня большего, а если попробуешь, то мы оба знаем, что те, кто недавно пришли на корабль не из числа тех, кого ты можешь убить не напрягаясь.
Древний Бог влажными глазами взирал на него с другой стороны игральной доски. Элиму было трудно распознать всю гамму эмоций во взгляде Гальтрома. Там были надежда и разочарование, злость и печаль, грусть и радость и… усталость. Чувство столь знакомое Собирателю Душ.
Глава 486
На капитанском мостике стояла напряженная тишина. Все члены экипажа старательно смотрели на мониторы приборов, совсем не требующих такого пристального внимания в данный момент. Капитан Крушителя Преград тоже стоял, выпрямив спину, но склонив голову. Он стоял рядом с собственным капитанским креслом, не имея в голове ни малейшей мысли чтобы его занять. В помещении находилось такое количество существ, превосходящих его рангом и силой, что занять капитанское кресло в их присутствии даже имея на это полное право было бы верхом самомнения. Балигор аккуратно окинул взглядом собственный капитанский мостик.
Свободное пространство справа почти отсутствовало: плотный комок нерушимой плоти, что представлял собой тело Дарэоуса, занимал большую часть помещения по правую руку от кресла капитана. Помещение было достаточно просторным, но не для Главного Пророка Империи. Следующим гостем на мостике был Дьявол. Бог разрушения стоял, сомкнув руки за спиной и смотрел в темноту космоса за толстым слоем закаленного стекла. Рядом с третьим стоял маленький Хаймер, совсем притихший в присутствии своего учителя – Первого Убийцы. Вокруг этого существа ходил океан слухов, легенд и мифов обо всех деяниях, совершенных им по приказу Госпожи. Их было такое огромное количество, что Первый Убийца представал в них в совершенно разных ипостасях. Но никакие слова не могли передать чувства тех, кто находился в присутствии этого смертоносного бога.
Балигор уже привык к окружающей Дарэоуса пустоте. Оракул не интересовался миром, так как знал всё наперед и мир в свою очередь никак не реагировал на его присутствие. С Первым Убийцей всё было иначе. Мир будто пытался отодвинуться, оградиться от этого завёрнутого в балахон существа, несущего смерть всем и всему на что, укажет палец его Госпожи. Аура холода и неживого безразличия так плотно окутывала тело бога, что даже дышать в его присутствии казалось невозможным.
Капитан перевёл взгляд на четвёртого бога. Дакиус Рассекающий – общепризнанный сильнейший мастер оружия в Империи. Сравниться с ним в этой области мог разве что Мастер Войны, прикованный к Анатрее по долгу службы и не способный посостязаться за этот титул.
Последним незваным гостем на корабле стал Гарион Бастион. Один из самых древних полководцев Госпожи известный своей стойкостью и упорством. Во времена древней войны этот генерал сдерживал самые мощные вражеские армии с такими малыми силами, что это могло показаться просто абсурдом.
И все эти пять богов, каждый из которых обладал силой целой армии, мог уничтожить космическую флотилию в одиночку, обладал способность разрушить молодой мир, все они пришли сюда из-за Гальтрома, стоящего у самого стекла.
Они явили себя после того как Элим и Гальтром закончили свою беседу, хотя на корабль попали раньше, вместе с приказом Госпожи для Поглотителя. Никто из них не назвал причину своего появления, хотя Балигор понял всё сам. Остатки того убийственного намерения, цели с которой они явились, все ещё можно было почувствовать.
Пять могущественных божеств прибыли сюда чтобы при необходимости убить своего древнего собрата – Гальтрома. У Балигора по телу пробегала дрожь, когда он представлял масштаб подобного действа. У него почти наворачивались слёзы, стоило ему вообразить, какая бы участь ожидала его дорогой корабль, если бы шестеро богов начали на нём свою битву.
Капитан Крушителя Преград был благодарен вездесущему космосу, что такого печального исхода удалось избежать. Чем бы не грозил обернуться разговор древнего бога с Элимом, самый ужасный исход миновал. Человек как раз парил в воздухе неподалеку и ждал пока пейзаж чёрного бархата космоса, усыпанного звёздами-брильянтами смениться на конечный пункт их путешествия. Балигор тоже с нетерпением ждал
