исходил из каждого места кожи, озаряя всё вокруг, после чего я увидел знакомую физиономию. Своё лицо из самой первой жизни...
К-как?! Как такое возможно?!
— У тебя множество вопросов, Часть Меня-Часть Одного, — произнёс он и вздохнул. — И пора тебе узнать ответы.
* * *
Спустя год...
Спокойный ветерок гулял в волосах, оставляя лёгкую рябь на воде и колыхая траву. Вдалеке квакали лягушки, щебетали птицы.
Мои ноги по щиколотку были погружены в воду, в руках находилась удочка, голову припекало яркое солнце, а нос заполняли запахи природы.
Год прошёл с того момента, как в Российской Империи должен был свершится государственный переворот и передел власти. Предатели, что стали союзниками Запада показали свои клыки и эти же самые клыки обломали. Все они думали, что император мёртв и теперь они вольны ставить свои законы... Вот только их планы так и не свершились. В тот самый день, империя потеряла больше десятка родов, которые пустили под забвенье. Заголовки статей и СМИ даже назвали этот день «Кровавое Воскресенье».
На одних предателях император не остановился и вскоре, как задушил недовольных, завершил войну. Оказалось, что основные костяки сил просто ждали и на фронте сражалось от силы процентов десять от общей силы. Император не пускал их вход из-за того, что ожидал нападения предателей. На мой вопрос, почему он позволил им действовать, он ответил: Виктор, нельзя просто взять и уничтожить больше десятка родов. Нужна причина.
Интриги, интриги и опять интриги... Ненавижу, мать его, проклятые интриги.
Благодаря мне и моей упертости, удалось спасти жизнь Артёма. Род Черновых, одного из столпов империи, так же желали пустить под забвенье, но я вытащил своего друга. Теперь он находится под постоянным наблюдением СБ императора и каждый его шаг контролируется. Забавно, что Артём даже ничего не знал об измене своего отца, пока зажигал с Кристиной.
Клан Беркутовых после всей этой канители усилил своё влияние и Фёдор Константинович уже поглотил часть активов предателей, сделав Беркутовых ещё сильнее. Его сын и мой друг Алексей, вовсю помогал ему в этом, заодно подключая Елену и Элеонор, что стала для девушки подругой и учителем.
— Ну как? Клюет? — раздался мужской бас за спиной, после чего на деревянный помост присела мощная фигура, протянувшая бутылку холодного пива.
— Да не очень, — улыбнулся я, приняв напиток и взглянув на говорившего.
Одетый в футболку и шорты со шлёпками, Юрий смотрелся весьма забавно, ведь до этого мне доводилось видеть его лишь в военном мундире или костюме.
— Женщины почти закончили приготовления, а Илья почти доделал шашлык.
— Это хорошо, — кивнул я, ощутив, как дрогнула удочка от клёва.
Так мы и сидели в тишине. Я готовился выловить рыбу, а Юра кайфовал на солнце, попивая пиво и наслаждаясь.
Те самые женщины, что накрывали на стол что-то кричали вдалеке, и среди них особенно выделялся голос с немецким акцентом.
Верена выжила. Спустя неделю после войны я пришёл к ней и девушку уже находилась в сознании, хоть и была слаба. Странно то, что после своего выздоровления, она не уехала в Германскую Империю, а решила остаться здесь. Что ж... Это её выбор, а я и не против.
Поплавок дрогнул, волны пошли по водной глади, а мои мысли ушли в тот день, когда я поговорил с императором и всё узнал...
Мои знания о том, что мы с Виктором были единственным составляющим одного целого, оказались неправдой. Была и третья часть, которая не упала во тьму и не стала Жнецом, а переродилась здесь... В этом мире. Этот Виктор, он же император Российской Империи, осознавал себя и ждал. Ждал, пока прибудут остальные части одного целого, чтобы принять решение.
«Мы с тобой едины, а потому рано или поздно, после нашей смерти, воссоединимся.»
Так он сказал, объяснив то, что это наша последняя жизнь. Последняя остановка, после которой мы сольёмся воедино и воссоединимся со своей семьёй. Наше альтер эго... Он сейчас ждёт нас в Садах Смерти, пребывая в состоянии стазиса, а уж после моей и смерти императора, мы сольёмся воедино, отправившись к нашей семье, что ожидает нас.
«Не торопись, мой Жнец... Они подождут тебя...»
Именно эти слова произнесла Смерть, когда я на миг задумался о суициде. И она была права. Здесь и сейчас, хоть я и желаю вернутся к своей семье, мне нужно сделать ещё многое. Уберечь и помочь тем, кто так же стал моей семьей. Обеспечить их самым необходимым и сделать так, чтобы их жизнь была прекрасной, когда я уйду...
— Виктор, — раздался женский окрик. — Юрий. Всё готово, ждём только вас!
— Ну что, идём? — спросил генерал, вновь приложившись к напитку.
— Они без нас не начнут, — улыбнулся я.
— Это точно...
— Пап, ну вы скоро?! — а вот этот голос принадлежал Дарье.
— Да-да, сейчас! — крикнул генерал и с кряхтением поднялся на ноги. — Эх... Пойдём уже что ли.
Я молча отложил удочку, поднялся на ноги, почувствовав под ними дерево помоста и взял небольшое ведро, после чего мы двинулись к огромному столу, где вовсю щебетали женщины. София с ребёнком на руках, которую назвали Аделиной, в честь её матери. Верена, Элеонора, Елена, жена Юрия. Здесь была и Кристина с Артёмом, что в обнимку сидели за полным от еды столом и общались. Ну а неподалёку стоял смурной цесаревич, он же лучший клерик Тетраграмматона, делающий шашлык и бормочущий под нос:
— Ещё две минуты и переворачивать...
Царила атмосфера уюта, радости и веселья, а обилие еды и выпивки лишь подогревало это.
— Поймал что-нибудь? — с улыбкой спросила Норико, посмотрев в ведёрко. — Хм... Не густо.
— Тебе хватит, — хмыкнул я, а глаза опустились на округлившийся живот девушки. — И ему тоже.
— Кормилец, — ухмыльнулась она и поцеловала меня в щёку. — Идём к столу.
Рассевшись, мы первым делом налили напитков и алкоголя тем, кому его можно, а после раздался мощный голос генерала:
— За то, что мы сегодня здесь собрались!
Не закусывая и не занюхивая, Юрий опрокинул стопку и выдохнул.
— Ох, хорошо пошла!
Женские смешки, моя улыбка и хмык Артёма.
— Шашлык
