перевозя тысячи людей.
– Вы понимаете, что мы проверяем пассажиропоток только на вокзале, – отдуваясь, докладывал тучный начальник ЛОМ[72] на ж/д станции «Мариуполь». – А перед ней, со стороны Донецка, еще несколько малых станций только в черте города. И выйти можно на любой.
– Вот те раз! – швырнул карандаш Рудницкий. – Мы тут головы ломаем, как они к нам проникают! А они свободно в электричке проезжают! «Булат», ты куда смотрел?
– А это не наш головняк[73]. Это местные должны отслеживать. У них целый отдел есть по транспорту, – легко отмазался Андрей.
– Красавчик! Четко съехал на коллег, – шепнул Козенков, сидящий рядом.
– Так! Завтра ко мне Лизогуба с его начальником его «транспортного цеха», – выругался Рудницкий. – Вы, естественно, тоже, – глянул он на начальника ЛОМа. – Ну и из мэрии кого надо. Записал, начштаба?
– Так точно. Сделаем, – кивнул Ражик.
– Во, блин. Это ж так они могут спокойно полк перебросить, а мы и знать не будем, – еще минут 10 бушевал «Аскет». – Блин, надо патрули, что-ли, в электрички загнать. Может, «Днепр»?
– Товарищ генерал, у меня и так все по задачам расписаны, – спокойно возразил Печенько. – Не получится…
В итоге совещание затянулось дольше, чем обычно. Андрей нервничал: телефоны они перед совещанием постоянно сдавали дежурному в приемной, а Хараберюш уже начал реализацию. Андрей же вынужден был сидеть и слушать одно и тоже полчаса…
Но все заканчивается. Даже совещание у генерала. В приемной Андрей сразу схватил свой телефон.
– Ты что так нервничаешь, Андрей Иванович? – дружески подколол его дежурный, весёлый майор Толя из Одессы.
– Да, реализацию начинаем, а я тут застрял, как-будто важнее совещания дел нет, – рассеяно отвечал Андрей, просматривая неотвеченные звонки.
К его удивлению, Хараберюш пока не звонил. Зато был звонок с неизвестного номера и смс с него же: «Андрей Иванович, это Запорожье беспокоит, отдел «Т». Перезвоните, пожалуйста».
Удивившись, Андрей набрал ответ и сразу после первого гудка услышал незнакомый голос:
– Доброе утро! Андрей Иванович, это майор Огрызко, Запорожье, отдел «Т».
– Очень приятно, – вежливо ответил Андрей. – Чем обязан?
– Мне ваш номер дал начальник Управления, генерал Шмитько…
– Да, знаю такого, – подтвердил Андрей.
– Вот. Вопрос в следующем. Там у вас находится наш батальон, 23-й, собранный запорожским облвоенкоматом.
– Допустим. И что?
– Мы бы хотели подъехать, привезти своих журналистов. Плюс газеты, подарки бойцам и так далее. Это возможно?
– Почему нет? – согласился Андрей. – Подъезжайте, не думаю, что вам надо мое согласие.
– Ну, все-таки командировка в зону АТО, а вы старший группы. Решили предварительно согласовать.
– Да без проблем. Когда вы планируете? – за разговором Андрей вышел из штаба и медленно побрел к себе.
– Да вот завтра и приедем тогда. Нас трое да двое журналистов.
– Хорошо. Будете подъезжать к городу – позвоните. Я вам пароль для КПП скажу и сообщу, куда ехать. У вас все? А то я важного звонка жду.
– Конечно, конечно, – засуетился незнакомый майор, – спасибо. До встречи.
«Во, блин, газеты, журналисты. Заняться мне больше нечем… Надо их на замполита спихнуть. Пусть отдувается. Он мне еще за ансамбль свой должен».
Не успел он завершить разговор с запорожским коллегой, как телефон взорвался новым звонком. «Хараберюш»!
Андрей не угадал. Звонил Краматорск, старший группы «Медведей».
– Привет, Андрюха! Как там на морях?
– Курорт, блин. Привет, Костя, давай говори, а то у меня реализация на подходе. Телефон занимать не могу.
– Ага, понял. Тогда я быстренько. Вы же на аэродроме сидите? У тебя там где-то в яме сидит такой Константинов Алексей. Что там по нему, выпускать планируете или сажать?
– Блин, ты уже второй спрашиваешь за него. Что за Константинов-то? – удивился Андрей.
– Да жалоба пришла на командующего. Он на меня расписал, – послышалось в трубке. – А ты знаешь, воякам не до мелочей типа задержанных и оперативных разработок.
– Костя, нет у меня такого задержанного. И не было. По крайней мере, в мою ротацию, – Андрей переложил трубку в другую руку. – Вчера командующий спрашивал. Сегодня вы. Что-то непонятное вокруг этого Константинова…
– Ладно, не было и забей. Я так и докладываю. Все. Удачи!
– Пока, – машинально ответил Андрей.
Хараберюш позвонил ближе к 12 часам.
– Взяли одного. Везем к тебе.
Андрей поспешил к «библиотеке» и вызвал туда же Пышного со Славой.
– Вроде приняли кого-то…
– Ща посмотрим.
Джип Хараберюша и бусик контрразведчиков влетели на стоянку у терминала. Из бусика опера сноровисто вытащили мужчину с мешком на голове и завернутыми за спину руками. Хара вопросительно взглянул на Андрея, тот махнул рукой, показывая, чтобы пленного тащили внутрь. Дежурный был уже предупреждён.
– Ну что, с почином, – пожал руку начальнику отдела Андрей. – Кого надо взяли?
– Пока только одного. Остальных пасем, – сказал Хараберюш, отвечая на рукопожатие. – Спасибо за помощь. Там все готово?
– Да. Черкни только подпись на рапорте. Дежурные в курсе. Так что можете работать, сколько вам надо.
– Отлично, – потёр руки Саша. – Ну, я пошел. Будете присутствовать?
– Может, позже. Он же один, а вас уже пятеро. Тесновато будет, – ответил Андрей, преодолевая переполняющую его ненависть. – Я у себя буду. Позвонишь, если будет что интересное.
В этот момент у Хараберюша зазвонил телефон.
– Извини, – сказал он Андрею и отошел. Разговор был коротким, после чего лицо его озарила довольная улыбка, – Андрюха, второго взяли! Который непосредственно на Ростов был завязан. Сюда везут.
– Поздравляю, – одеревеневшими губами проговорил Андрей. – Я, пожалуй, при его допросе поприсутствую.
– Да не вопрос, – легко согласился Хара. – Как подвезут, я позвоню.
Андрей очень не хотел присутствовать на допросе. Ведь если верить местным контрразведчикам, задержанные были настоящими подпольщиками, завязанными на российскую разведку, то есть в какой-то степени его коллегами. И ему предстояло смотреть, как будут пытать этих людей. Но, с другой стороны, он понимал, что идти все равно придется, так каждая крупинка информации, которую выбьют из этих людей и которую он успеет передать в Центр, может спасти других людей, настоящих
