потом в Краматорск. Потом еще куда-то. Короче, где-то месяц будем мотаться.
– Ну да, надо же командировочные боевые оформить, да УБД получить, – улыбнулась Андрею сидящая на диване. – А то у нас в ансамбле уже половина состава участники, а мы пока нет.
– А все потому, что семейные, – снова вставила блондинка. – Холостые еще в мае съездили и уже все себе оформили. – Она принялась подкрашивать губы и послала зеркальцу воздушный поцелуй.
Слава Богу, в этот момент у Андрея зазвонил телефон – Хараберюш уже подъехал к КПП.
– Все девушки, я вас оставляю. Охрана у вас надёжная. Только не испортите мне молодого человека, – с этими словами Шевченко покинул номер под смех артисток.
«Ну замполит, удружил…».
Начальник местной контрразведки уже подъехал и ожидал Андрея у КПП.
– Здорово, здорово, братик, – традиционно он обнял Андрея. – Ну что, есть разговор.
Они прошли в машину контрразведчика и уселись в приятно прохладный от кондиционера салон.
– Слушай, а что у вас там за музыка? – недоуменно спросил Саша.
– А, – отмахнулся Андрей, – ансамбль песни и пляски Нацгвардии приехал. Поют…
– Понятно, – понимающе усмехнулся Хараберюш, – подымать боевой дух бойцов?
– Ага, и УБД зарабатывать, – в тон ему подтвердил Андрей.
– Ну, куда ж без этого, – оба рассмеялись.
– Ладно, давай по делу. Смотри, – Хараберюш развернул напечатанную на листке А3 схему, испещренную стрелочками и кружочками.
– Задокументировали реальную группу. Управляется из Ростова. Вычислили куратора. Предположительно офицер ГРУ.
– Саша, – поморщился Андрей, – ты же сам контрразведчик. ГРУ уже давно не ГРУ. Просто главное управление Генштаба.
– Да знаю, – вздохнул собеседник, – но руководству заколебался объяснять. Так проще. ГРУ все знают.
– Понятно. Давай дальше.
– Смотри. Вот, – карандаш заскользил по схеме. – Это информаторы. Есть несколько в органах власти, в милиции. Есть на заводах. Эти трое, – он обвел сегмент схемы, – отвечают за связь информаторов с российской стороной. Передают деньги, инструкции. Все активные участники Антимайдана. Все в «Одноклассниках» постоянно топят за Россию.
– Что с доказухой? – спокойно спросил Андрей.
– Ну, ты же сам понимаешь. Посты в соцсетях, телефонные переговоры – это мы будем месяц легализовывать. Нужны показания. Ну еще изымем на обысках гранаты, патроны. Так, чтобы у суда не было сомнений для ареста.
– А гранаты и патроны ты у меня хочешь попросить? – иронически спросил Андрей.
– Зачем? У нас свои имеются, – в тон ему ответил Харабрюшь. – Попросить я хочу следующее. Мы планируем взять нескольких первыми и не афишировать их задержание. Идеально было бы вытащить их куратора на нашу территорию. Для этого надо с задержанными поработать. И твоих бы подключить. А то у меня квалифицированных кадров не хватает.
– Понятно, – медленно процедил Андрей. – Хочешь плотно с ними в «библиотеке» поработать?
– Точно. Надо чтобы они, во-первых, дали признательные показания. Во-вторых, чтобы они вызвали русского на встречу.
– Я тебя услышал, – кивнул Андрей. – Давай так. Я пойду доложу Рудницкому. Надо его все-таки предупредить. Ты мне какую-то справочку дай, чтобы его легче убеждать было. Ну, думаю, через недельку можно работать.
– Нет, не через недельку. Мы завтра начинаем, – сказал Хараберюш, глядя в глаза Андрею..
– Как завтра? Ты же говорил, что не всех установили? – внутренне похолодел Шевченко.
– Потом установим, по ходу. Просто у них какая-то движуха начинается. Да и сомнения есть, что основные не сдернут в ближайшее время.
– Блин… Саша, ты меня под танки кидаешь со своим форс-мажором!
– Иваныч, надо. Иначе вся работа под хвост. Давай я Лизогуба подключу, Цигуна…
– Хорошо, – хлопнул ладонью по торпеде Андрей. – Иду к Рудницкому. Если будет выделываться, подключаем тяжелую артиллерию. По результатам отзвонюсь.
– Отлично, буду ждать звонка.
Андрей шел в сторону штаба с тяжелыми мыслями. «Блин, мужики реально могут не успеть…»
В штабе он свернул с обычного маршрута к командующему и заскочил в туалет. Там быстро сфотографировал справку Хараберюша и отправил ее с комментариями в Центр. И только после этого двинулся к «Аскету».
На его удивление командующий воспринял информацию о грядущей реализации с воодушевлением. Даже предложил выделить силы на захват. Он также согласился с предложением поработать с задержанными в «библиотеке», отметив, что вообще-то это дело надо потихоньку прекращать.
– У них же уже СИЗО заработало? Вот пусть туда и возят…
Андрей уже собрался уходить, когда Рудницкий вспомнил еще один вопрос:
– Слушай, у тебя там сидит такой Константинов Алексей?
Андрей несколько мгновений подумал, потом отрицательно качнул головой.
– Нет.
– Может раньше был? – продолжал допытываться Рудницкий.
– Нет, такого не было.
– Не путаешь?
Андрей достал свой ежедневник, где он в начале каждого дня записывал фамилии задержанных, находящихся в «библиотеке» на текущее утро.
– Нет. За время моей ротации такого не было, – он пролистал все дни. – Даже похожего не было. А что случилось?
– Да мне тут из Краматорска звонили. Жалуются, что мы незаконно удерживаем этого, – «Аскет» посмотрел на свой ежедневник, – Константинова Алексея. Ладно, не было и хорошо. Иди, работай.
Андрей выбросил из головы неизвестного ему Константинова и принялся обдумывать предстоящую реализацию и возможные свои действия по предотвращению провала мариупольского подполья.
Пока он общался с контрразведчиком и ходил докладывать «Аскету», концерт уже закончился. Военные расходились с импровизированного зрительного зала, а артисты собирались уезжать. Замполит Сергич шмелем кружился вокруг автобусов ансамбля, покрикивая на бойцов, грузивших вещи.
– Сергеич, что уехали твои плясуньи? – незаметно подошел к нему со спины Андрей.
– Да, слава богу, здыхалисья, – тот вытер пот со лба, – начштаба повез их кормить на «Азовсталь». Тебе, кстати, девахи эти привет передавали. Сказали, что в следующий раз ты так просто не скроешься.
– Да ну их на фиг, – засмеялся Андрей. – Им дай палец, всю руку откусят!
– Ага, по самые яйца! – подхватил замполит.
Посмеиваясь, Андрей прошел к себе в комнату, но на входе остановился. В комнате витал устойчивый запах разгоряченных женских тел, какой бывает после смеси бурного секса, косметики и немного алкоголя.
«Не понял, чем они тут занимались?» – подумал
