…Так настоящие короткоухие на острове Пасхи врубались в камни кратера Роно Рараку, вырубая исполинских моаи. Вырубали и думали: а этим бы рубилом да вас бы самих по башке!
…Так мотыжили сахарный тростник и собирали кофе негры на острове Гаити. Собирали, а по ночам живым рвали на части черного петуха, мечтали: а понаделать бы зомби из вас всех!
Если предоставить всему идти так, как идет сейчас, близок момент: «короткоухие» бросятся на нас. Они опрокинут наши «моаи», превратят в зомби всех, кто из нас останется завидовать своим мертвецам. На развалинах нашей цивилизации они долго будут дуть пиво и плясать, тыкая пальцами — во, глядите, какие морды скорчили эти дохлые уроды! Как мы их!
Так и будут дуть пиво, сыто рыгать, ухмыляться, и ничего не делать, пока не кончится все, что мы создали и накопили.
Если так вести себя и ничего не создавать — надолго ли хватит?! Не надолго. На Гаити быстро кончилось все, что делали проклятые белые работорговцы. На острове Пасхи кончилось все, что создавали вредные «длинноухие». Ну и что?! Разве черной гопоте много надо? Часть передохнет от голода, часть прокормится, разрыхляя палкой-копалкой бывшие площади наших громадных городов.
Глава 15
Неравенство внутри расы
Не раз Максим, глядя на Федора после второй бутылки портвейна, задумчиво произносил: одинаковое одинаковому рознь!
М. Шингарев
Естественное неравенство людей
Расы не равны. Они не равны по множеству параметров и качеств. Во многих случаях негры превосходят европейцев. Не наша заслуга, скорее наше везение в том, что качества белых больше всего нужны для развития изменения, совершенствования. Для всего, что называется таким неопределенным словом — «культура».
Но будет наивным самообманом представить дело так, словно всякий представитель нашей расы — такая уж достойная личность и принимает в создании цивилизации самое активное участие. Европейцы бывают еще и алкоголиками, психами, бездельниками и подонками.
Так же наивно будет считать, что всякий негр и даже всякий австралоид или бушмен — непременно тупо лыбящийся кретин, надутый поганым местным пивом. Мой коллега из Нигерии, француз негритянского происхождения, к пиву относится с отвращением и очень много работает.
Свое неравенство людей есть внутри каждой популяции, каждого народа и племени. По каким-то необъяснимым причинам одни люди хотят успеха и многое для этого делают. В них как бы горит какой-то непонятный, но яркий и упорный огонек. А другие даже при самых благоприятных обстоятельствах не делают ничего и никогда не оказываются в верхах общества.
Взять ту же Германию… Как был Арнольд Шпрингер «наверху» до прихода Гитлера к власти, так и остался в верхах общества после. И после войны тоже не бедствовал.
А множество немцев как были ничто до Гитлера, так остались ничем при Гитлере и после Гитлера.
Возьмем Россию. 1991 год прошелся по многим жизням и судьбам. Но есть немало людей, которые при всем изменении «правил игры» опять успешны, обеспечены и активны.
В конце XIX — начале XX века успехом пользовалась теория «социального дарвинизма» и поднималась биовихеристская теория, то есть теория биологической предрасположенности к успеху. По этой теории самые биологически полноценные, самые качественные особи как раз становятся богачами и начальниками. Ну, предназначение у них такое.
То, что у людей успешных больше энергии, — факт. Это заметно сразу, как только начинаешь с ними общаться. Очень часто отсутствие или нехватка энергии страшно мешали даже умному, достойному человеку сделать что-то интересное, показать и реализовать себя.
Но ведь энергетика — уже биологическое, генетически заданное качество…
Похоже, сказываются различия и чисто анатомические. Что верхи общества в Британии почему-то выше ростом и более тоЩие, замечено давно. В Индии многие удивляются, как быстро могли возникнуть настолько различные группы людей: сикхи образовались в XV–XVI веках… А они сильно отличаются от остального населения Индии, в том числе и своей буйной энергией, и ростом, и внешностью.
Грубо говоря, в составе всех рас есть люди с очень различными качествами. Да, у современных северных европейцев метапсихоз встречается чуть ли не в 20 % случаев. Верно! Но еще среди европейцев встречаются самые невероятные патологические типы: например, матери — убийцы собственных детей. Среди светлокожих жителей Севера есть психопаты, негодяи и, наконец, обычнейшие биологические дураки.
Поэтому, имея дело с данным конкретным немцем или шведом, вы можете напороться решительно на кого угодно. Независимо от метапсихического шва, свойственного всей популяции в целом. И от соотношения головного и спинного мозга, характерного для европеоидов.
У негров метапсихоз встречается в 1 % случаев? Да, верно! И потому негров легче встретить в футбольном клубе, чем в библиотеке Академии наук.
Но имея дело с данным конкретным негром, осторожнее! Я рассказывал про крупного французского археолога, родом негра хауса. Прадедом Пушкина был слуга и друг Петра I, черный Ганнибал. Если вы оттолкнете негра только потому, что у большинства негров нет метопического шва и они рождаются через слишком узкий родовой путь, вы крупно рискуете. А вдруг это еще один Пушкин?
О добром Маклае и гениальном Тукае
Когда говорят о неравенстве рас, тому всегда находится подтверждение. И когда говорят о равенстве рас, тому тоже находится подтверждение. Либерасты обожают приводить в пример детей туземцев, которых европейцы выращивали, а они оказывались ничем не хуже европейцев.
В свое время Николай Николаевич Миклухо-Маклай (1846–1888) усыновил папуаса, чернокожего мальчика Тукая. Он воспитал мальчика вместе со своей австралийской женой, и мальчик вырос не то что великим человеком, но по крайней мере средним по своим талантам, очень неглупым европейцем.
Немецкий профессор подобрал в джунглях Амазонии девочку примерно двух лет: индейское племя должно было переселяться. Детей много, и профессору сказали, что одну из девочек они намерены бросить на произвол судьбы на прежней стоянке. Ученый выбрал «лишнюю» девочку, увез ее в Европу; девочка выросла и вышла замуж за сына этого немецкого профессора. Как говорили свидетели, «она вполне соответствовала своему положению в обществе».
Примеров таких сотни, и все они «с блеском» используются для доказательства равенства рас. Не учитывается сущая «мелочь»: Миклухо-Маклай мог усыновить сотни папуасских мальчиков, но «почему-то» выбрал именно этого. Видимо, выбрал парня, чем-то ему симпатичного. Чем-то неуловимо похожего на него самого… И так же выбирали другие исследователи, верно? Вопрос: чем же все эти дети напоминали детей европейцев?! Может быть, как раз обучаемостью, интересом к отвлеченным предметам?
А как только ВСЕ папуасы и индейцы из племен Амазонии оказались перед лицом цивилизации, выяснилось — войти в нее могут НЕ все из них. Есть папуасы, которые и правда «ничем не хуже» европейцев. Немного, но есть. Но очень большой процент людей в этих племенах — малообучаемые, а то и вообще принципиально необучаемые. Это могут быть люди с очень хорошими душевными качествами, добрые и милые. Но учиться чему бы то ни было сложному они и не могут, и не хотят. Держать в голове «слишком много» дел и деталей им не хочется и не можется. Напряженно и сложно работать не хочется еще в большей степени.
Опыт всей жизни человечества показывает: внутри одного народа люди различаются на генетическом уровне. Это не фатально: в любой момент в семье батраков может родиться человек с совершенно другими качествами, даже выдающаяся личность. Джеймс Кук был сыном батрака, Воронихин — сыном крепостного. А в интеллигентной семье «с традициями» вполне может родиться запойный необучаемый… [вставьте сами нужное слово, читатели].
В большинстве стран северо-запада Европы давно пришли к выводу, что самореализоваться человеку может мешать только бедность. Ведь европейцы видели — из числа бедняков выходят замечательные, а порой и выдающиеся люди, тот же Джеймс Кук тому порукой.
…И никто не хотел видеть двух важных вещей:
1) что не только ничтожность есть следствие бедности, но и бедность вполне может быть следствием личной ничтожности;
2) что далеко не всем беднякам хочется более сложной жизни. Они и бедны потому, что хотят жить просто, ни о чем не задумываясь, ничего не планируя и не совершая усилий.
В России сословные различия дожили до XX века. При этом есть много примеров того, как крепостные и становились людьми творческих профессий, и вырастали в среде образованных — в качестве тех же приемных детей.
Поэтому в образованном классе появилось убеждение: крестьяне и городской плебс ничем не отличаются от дворян и интеллигентов, кроме формальных прав. И потому сословный строй начали считать страшной несправедливостью. Тому было множество доказательств из самой жизни!
