Справедливо ли было судить (и осудить) Наматжиру за провоз алкоголя в резервацию? Конечно. В такой же степени справедливо, как требовать соблюдения правил дорожного движения, например.
Но есть, конечно, и другое понимание справедливости… То самое, которое состоит в истерической декларации: «Все равны!!!» Все «имеют право!!!» Человек не может распорядиться этим правом? Дать ему это «право» — путь к деградации и к смерти? Ну и что?! Главное — дать ему все права, включая «право» спиваться. А последствия — уже его личное дело.
В предоставлении прав гражданства и продажи алкоголя всем аборигенам в конце концов победило второе понимание справедливости. Результат? 90 % аборигенов оказались не в состоянии получать образование, накапливать богатства, делать карьеру в любом смысле этого слова. Свои права они использовали в основном для того, чтобы пить и «балдеть». Ведь чем меньше цивилизации, тем меньше желания улучшать, трудиться, меньше заботы о созидании и совершенствовании. Люди ведь должны чем-то заниматься, то есть тратить куда-то свою энергию. Нет труда и заботы — есть желание развлекаться и «кайфовать». Из резерваций тянет сладковатым запахом «травки», там булькают самогонные аппараты и разливаемые напитки. А живут эти люди за счет тех, кто трудится…
Скажите по совести: а такое положение дел — справедливо?
Как же быть с покровительством?!
… Да так и быть! Завывая о «несправедливостях» ужасных расистов, давайте хотя бы теоретически допустим: предки ограничивали в чем-то туземцев не из-за плохого характера. И не из-за неискоренимой привычки считать самих себя выше других и командовать. Ну, по крайней мере не только из-за этих причин! Предки как раз считали, что сильные люди могут и должны решать проблемы и за слабых.
В США действовал закон: не продавать индейцам спиртное. Никогда. Ни при каких обстоятельствах. Герои классической литературы очень обижались за это на белых: и «индеец Джо» в «Приключениях Тома Соейера», и Калтус Джордж в рассказе Джека Лондона «Как вешали Калтуса Джорджа». Но обиды обидами, а жить в состоянии насильственной трезвости приходилось. И гению, и самому дебильному индейцу.
Такой закон действовал и в Канаде, хотя там индейцы были гражданами.
И в Российской империи действовал такой закон. Купцы-спиртоносы считали очень выгодным пройти сотни километров таежных тропок, неся на спине флягу со спиртом. Путь был далек, труден, в тайге бродили дикие звери и беглые каторжники, но если удавалось дойти — спиртонос делался богатым. За порцию «огненной воды» таежные жители отдавали и пушнину, и моржовые клыки, и золотые самородки — что угодно.
Так вот: любой полицейский чин Российской империи, встретивший спиртоноса в тайге или в стойбище туземцев, обязан был стрелять на поражение. Не «имел право», а был обязан. Нашел спиртоноса? Огонь!
Потому что правительство Российской империи блюло интересы всех своих подданных. В том числе и тех, в организме которых нет алкогольдегидрогиназы.
Кстати! К XX веку в полиции Российской империи служили и туземцы Сибири, по крайней мере из цивилизованных народов: якутов, бурят, хакасов. Могу себе представить, с каким удовольствием они брали на мушку мерзавцев, которые за шкурки соболя несли смерть их сородичам.
Кстати! Стенд Уэйти, бригадный генерал армии Конфедерации Штатов Америки, глава ее индейской кавалерии, установил в своих частях «сухой закон». За употребление спиртного любой индеец тут же изгонялся из армии. А всякий спиртонос, в том числе белый, подлежал смерти на месте по законам военного времени. И белые даже не думали мешать этому жестокому правилу. Так что это: дискриминация белых? Или жесткое требование справедливости?
О дискриминации: были ли такие законы и правда способом дискриминации туземцев? Не уверен….
Якуты — очень цивилизованный народ. Они и без русских цивилизованные. Якуты — потомки тюркоязычных племен, которые в XI–XIII веках сплавлялись по Лене, уходя от врагов. Плыли на плотах со скотом и семьями, уже не могли вернуться. Тяжким трудом предки якутов освоили субарктические пространства, самые холодные в Северном полушарии, сделали их частью цивилизованного мира. Из якутов известно много ученых, писателей, поэтов, художников.
Но алкогольдегидрогиназы у них нет.
Помню встречу с одним интересным ученым из Якутии. Меня этот человек просто очаровал не только явной профессиональной талантливостью, но и прекрасным знанием литературы русского Серебряного века.
Очарование продолжалось до банкета… И как же было тяжело видеть превращение умнейшего, интеллигентнейшего человека в кошмарную пьяную скотину. Ну что поделать: нельзя чистокровному якуту пить вино. Вообще. А этот человек выпил и после первой же рюмки мгновенно утратил даже подобие интеллекта. Орал, дрался, глупо хохотал, падал мордой в салат и гнусно ругался. Порывался петь, и опять орал, и опять дрался.
После третьей рюмки ученый свалился под стол и совершенно утратил контроль над естественными функциями организма. Так и валялся в собственной луже… даже в лужах, потому что его еще и вырвало.
Спрашивается: а если запретить ему приобретение спиртного? Ах! Это же несправедливо! Это же неравенство людей! Нарушение прав человека!
Но утверждаю: чтобы запретить якутам пить, вовсе не обязательно считать их чем-то «ниже» себя. Скорее наоборот: свободно продавать водку жителям Сибири может только их лютый враг. В этом смысле советская власть была вовсе не другом и союзником, а врагом коренного населения. Ее политика стала преступлением, поставившим жителей Сибири на грань физического существования.
Еще о справедливости
Знать о различиях разных популяций человека — политически некорректно и нетолерантно. Но это оборачивается совершенно ужасной несправедливостью по отношению уже к европейцам.
Что, если предупреждать всякого европейца об этой особенности народов Сибири, индейцев, людей архаических рас? О патологическом опьянении, в которое они впадают даже от микроскопических порций спиртного? Это же ужасно!!! Это расизм… Страшно подумать!
Но если вдуматься: а разве лишение информации — это справедливо? Разве это не нарушение прав человека? Вот девушка очарована якутским археологом… пока он трезв, очень даже есть чем чароваться. А потом начинается полный кошмар, причем не только с мужем, но и с детьми. Ведь дети с большой мерой вероятности тоже будут лишены спасительной алкогольдегидрогиназы. И не смогут выпить вместе с мамой.
Конечно, если информация есть — можно сознательно выбирать. И выходить замуж за интеллигентного якута, если он совершенно непьющий, или с полным пониманием — твои дети будут отличаться от европейцев.
А если девушка сама любит употребить спиртного больше нормы? Если она ничего не имеет против мужа-алкоголика? Ну что ж! Это ведь тоже ее выбор.
Шизофреническая установка на то, что все люди разных популяций в принципе одинаковы, мешает порой даже самым что ни на есть частным людям, в самой что ни на есть частной жизни.
Скажем, в Бразилии в начале — середине XX века предупреждали людей: если женятся местные индейцы и негры — дети редко бывают хорошими. Очень много внутриутробных патологий, люди внешне некрасивые, очень много разных заболеваний, в том числе и психических.
Если люди все же женятся — их дело, но власти их официально предупреждали. Пусть выбирают сами, люди взрослые. Потом и Бразилию накрыл чад политкорректное™, теперь будущих супругов ни о чем не предупреждают. Если бы люди владели информацией, они могли бы сделать осмысленный выбор. В конце концов, бывают же браки бездетные… В том числе и у людей одной расы… Например, если в семье твоей жены — гемофилия. Или шизофрения… Можно жениться, и через твоих детей дальше пойдет страшная болезнь. Можно не жениться. А можно жениться и детей не иметь… Выбирай! Один мой дальний родственник женат был на шизофреничке, а детей у них не было. Выбор.
А в Бразилии многие люди гробят свое будущее, потому что не знают полезных для них, жизненно необходимых фактов.
В США очень много врачей и медсестер из Филиппин. В этой стране традиционно велико уважение к медсестрам, эта специальность считается очень престижной для женщины. Ведь чтобы быть медсестрой, нужно особое устройство мозгов, нужно быть очень достойным, очень добрым человеком. Американцы считают, что медсестры становятся прекрасными женами и мамами.
Американцы стали жениться на прелестных хрупких филиппинках. Все чудесно… Но только оказалось — размеры половых органов у филиппинца раза в три меньше, чем у европеоида. Монголоиды ведь еще педоморфнее нас; у них и либидо ниже, и ценность половой жизни меньше.
Люди женились по любви, хотели только самого лучшего… Филиппинки тоже выходили замуж по любви к большим, умным, замечательным американцам. А те — совершенно не желая этого — жестоко калечили жен.
