Ответа я не услышал, а организационные выводы были: при организации следующей конференции уважаемые коллеги очень долго стонали, а можно ли вообще пускать этого ужасного Буровского на конференцию?! Он же опять скажет нечто чудовищное!!! Один из аргументов был особенно восхитителен: мы ведь работаем с американцами, они дают денег на проведение конференции… На их денежки мы арендуем Дом отдыха с бассейном и три дня будем жить в полной идиллии… А если напугать американцев расизмом — они испугаются и убегут, денег не будет. И как же наша идиллия с бассейном?!
Опубликовал я статью о том, что территория Западной Евразии, к западу от Евфрата, — особое место в истории культуры. И тут же следует истерическая рецензия, совершенно непристойная по форме, а по содержанию не имеющая ничего общего с тем, что я писал. Статья-то была о мире древнекаменного века, а уважаемый коллега обвинил меня в попытке «протащить» апологию современной Европы. Почему?! Да потому, что дело верное — если аргументов не хватает, катай-валяй про расизм, никто разбираться не будет, а уважаемые коллеги перепугаются, статью не опубликуют. Что-что, а сделать друг другу гадости уважаемые коллеги обожают. Особенно если уровень квалификации подкачал, а кто-то тут «шибко умный».
Так что и на Россию наваливается кромешная тьма толерантности, политической корректности, борьбы за права человека и прочего дичайшего сюрреализма.
Но у нас пока можно дышать, особенно в сравнении с США.
В Интернете нашел такой, например, пассаж по поводу употребления к месту и не к месту слова «фенотип»:
«Предлагаю новое ругательство «фенотип»: «Шо, захотел по фенотипу типа?», «Меня не устраивает Ваш фенотип», «Измени свой фенотип, и мир изменится», «Что ж ты хочешь с таким фенотипом» и т. д. А еще можно просто жаргонное «фен»: «вмазать по фену» и т. д.
фенюшник — человек, озабоченный своим фенотипом.
феники — субкультура фенюшников.
дофенисты — люди, относящиеся спокойно к фенотипу.
крутой фен — латинский или таджикский любовник.
офеногечить — поразить своим феном и т. д.».
У нас еще шутят, еще пускают словечки типа «либерасты» или «толерасты», намекая на политическую ориентацию «борцов» хрен-те его поймет за что.
А вот американцы на эти темы шутить перестали давно и прочно. Как тут пошутишь, если не то что «некорректные», а просто недостаточно крикливо поддерживающие явный бред реально лишаются работы, исторгаются из научного сообщества, не получают гранты, шельмуются в прессе.
Травля «расистов» и «некорректных» людей ведется так же и теми же средствами, какими велась травля «врагов народа» в СССР 1930-х годов — и травля Булгакова, и толпы, скандирующие «Смерть врагам народа!» во время процессов 1937 года. Разница в том, что в СССР 1937 года эту вакханалию с немалыми усилиями организовывало государство, а в США 2007 года ее устраивают сами граждане. Им государство не нужно; никакого НКВД, никакого ГУЛага! Сами сбиваются в стаи, впереди главный, во всей красе, сами выбирают жертву (естественно, самых умных и самостоятельных), сами организуют травлю, сами уничтожают.
Все это, по большому счету, напоминает не 1937-й, а 1918 год — разгул «революционного правосознания масс», когда трупы лежали на улицах, сельский сход порешал убить священника и помещика, а разница между бандой и отрядом повстанцев была чисто условная.
Современные США — это сплошной хронический 1918 год. Пока — не с такими жуткими последствиями, масштабы пока не те. Но с перспективой… Вполне может сделаться намного хуже, вплоть до трупов на улицах и боев мегабанд, разделенных по расовому принципу. Или с массовой «охотой на ведьм». В Германии XV века сожгли чуть ли не четверть женского населения, причем в основном самых красивых и умных. В США затравят и уничтожат ту же четверть, только в основном мужчин.
А в более дальней перспективе маячит жесткая диктатура, которая еще покажется великим благом для обожравшихся демократии американцев.
Вывод простой: хватит визжать про тирана Сталина, который всех обидел и всех изнасиловал. Не в нем дело, дело в нас самих. Мы сами организуем сталинщину самого худшего толка.
Опыт жизни показывает: народные массы ХОТЯТ самообмана идеологий. Они САМИ готовы придумать любую чепуху, любой бред, лишь бы сбиться в стаю и дружно порвать кого-то на них непохожего. Как рабы делают рабовладельца, так холуи делают Хозяина, а идеологические кликуши — Вождя, Фюрера и Дуче. Причем любой Фюрер, даже император-людоед Бокасса, привлекательнее своих подданных, поставляющих ему человеческое мясо во всех видах.
В Европе пока немного лучше, но и на нее надвигается густая и страшная темень, в сравнении с которой и коммунизм, и национал-социализм — просто детские потешки, а Вторая мировая — увеселительная прогулка.
Ведь и в Европе толеразм и либерастия крепчают с каждым не то что годом — с каждым месяцем. В Германии вообще туши свет. Одержимые покаянным психозом, немцы готовы на что угодно, лишь бы доказать — они хорошие! Как полагается говорить, «другие немцы». Попробуйте в Германии не любить иностранцев, сомневаться в правильности проводящейся политики и хотя бы на словах усомниться в самых бредовых постулатах официального толеразма.
Немецкий инженер Гермар Рудольф усомнился в том, что в помещении Освенцима, представляемом как газовая камера, могли убивать людей. Этот человек не делал никаких политических выводов, он усомнился в том, что именно это помещение по своим техническим характеристикам могло быть использовано для отравления газом, — и только. Инженер был осужден на 18 месяцев лишения свободы![230] Он усомнился только в одной из деталей официального мифа, но этого было достаточно.
Но и общественность не прощает крамольникам. Как только попытаешься нарушить табу, реакция будет однозначной: вы что же, батенька, изволите быть нацистом?! Вы что, проповедуете то же самое, что Йозеф Геббельс и Рудольф Геринг?! Знаем мы, куда заводят такого рода исследования формы черепа, объема мозга и размеров лобных долей! Начнут с формы черепа, а кончат крематориями и расстрелами в противотанковых рвах!
В результате уважаемый коллега смотрит на вас прямо-таки с ужасом, как на воскресшего из гроба эсэсовца в черном мундире с Рыцарскими крестами, Дубовыми листьями, в парадном рогатом шлеме.[231] И конечно же, с пальцами, замершими на спусковом крючке автомата.
В остальных странах Европы чуть полегче дышать — там нет покаянного психоза. Но и там делается все душнее.
Так вот: давайте перестанем самим себе врать! Признаем несколько простых и ясных вещей и никогда не будем их отрицать.
Первое: люди не равны.
Это не хорошо и не плохо, это просто существует, и все.
Это просто закон природы. На уровне — Земля шарообразна, Вселенная бесконечна, камень притягивается к центру Земли, люди не равны по своим качествам. Все. Точка. Это можно обсуждать, но не имеет смысла отрицать.
Второе: в каждой расе, популяции, группе, народе, нации люди не равны. Они могут быть равны перед законом в том смысле, что им одинаково запрещены или одинаково разрешены одни и те же поступки. Их одинаково карают за подделку банковской карточки или предумышленное убийство, их одинаково защищает закон, им дают равные права жить в населенных пунктах или выезжать из страны и въезжать в нее.
Но они не равны по своим качествам, возможностям и перспективам.
Третье: разные популяции, расы, группы и народы не равны. Различия между ними не абсолютные, они статистические, но они есть. Люди разных рас, популяций и групп обладают разными способностями к разным видам деятельности, по-разному понимают базовые ценности жизни и даже хотят разного политического устройства.
Это не значит, что одни «лучше» или «хуже» других. Но они — разные.
Изучать человека и человечество
Европеоиды знают, что знание — сила. Знают и то, что сон разума порождает чудовищ. Только свет разума разгоняет тьму предрассудков, огонь знания сжигает невежество.
Но как же можно обходиться без предрассудков и самых причудливых выдумок, если человек остается самым мало изученным в мире существом? О жизни звезд и о судьбах биологических видов нам известно больше, чем о самих себе. Это само по себе грустно и печально. Еще печальнее, что даже известное о человеке почти не выходит за пределы узкого круга специалистов.
Наверное, в этой книге я сообщил читателю не так уж мало нового. Это уже печально. Потому что если даже образованный человек у нас не знает некоторых фактов, это может означать только одно — эти факты от него скрываются. Что в любом случае ненормально.
После Второй мировой исследования на некоторые темы считаются просто-напросто неприличными. В сегодняшней науке психологически почти невозможны исследования в таких направлениях:
