на серое небо.
Им пришлось пересечь весь двор, чтобы добраться до главного корпуса, где находились кабинеты. Парень снял куртку и поднял ее над их головами. На его лице красовалась широкая улыбка.
– Готова? – Кейт кивнула, заливисто засмеявшись. – Бежим!
Они пересекли двор так быстро, как только позволяли большие лужи, образовавшиеся на земле, но, несмотря на это, вымокли до нитки. Щеки Кейт разрумянились от бега, и капли дождя стекали по коже.
Джастин достал из кармана платок и вытер ей лицо. Он делал это так медленно, что им невольно пришлось смотреть друг другу в глаза.
– Спасибо, – сказала она и отступила на шаг.
Обстановка становилась слишком интимной для двух людей, которые даже не встречались.
Вдруг кожа Кейт покрылась мурашками. У девушки возникло неприятное чувство, будто кто-то наблюдал за ней. Она огляделась, но ничего необычного не заметила.
– Ты в порядке? – поинтересовался Джастин. Он потер лицо тыльной стороной ладони и нахмурился. – У тебя кожа горит.
– Что?
Кейт приложила руку ко лбу, и по всему телу пробежала дрожь.
– Лучше отведу тебя в медпункт, – сказал Джастин и, обняв Кейт за талию, повел ее в здание.
Уильям стиснул зубы. Голубые глаза загорелись пламенем, когда он увидел с какой развязностью парень прикасается к Кейт. Он накинул на голову капюшон и развернулся. Быстрым шагом Уильям пошел прочь от школы, взглядом отыскав свою машину. Он был на грани, и это чувство достаточно сильно отравляло его существование. Внутри Уильяма скопился клубок из противоречий: разума, горящего сердца и неистового желания, что в совокупности превращалось в нервозность.
Уильям уже думал о решении этой проблемы. Временном решении. Просто секс с кем-то, кто хотел того же. Но он был не в силах что-либо предпринять, понимая, что поступит неправильно. И понятия не имел, почему сейчас это вызывало столько сложностей, в то время как раньше никогда не было проблемой, всего лишь потребностью, которую нужно удовлетворить.
Уильям сжал кулаки. Это все ее вина. Эта девушка лишила его рассудка своей постоянной болтовней, трудным характером, раскрасневшимися щеками и этим чертовым яблочным ароматом, что исходил от ее кожи. Кто бы мог подумать? Черт возьми! Если бы он только знал, никогда бы не остановился на дороге в тот день, когда впервые увидел ее.
Он сел в машину и посмотрел на телефон. Пропущенные звонки от Даниэля. Уильям взглянул на время и понял, что занимался слежкой почти двадцать четыре часа. Нападение отступника вполне могло свидетельствовать о том, что рядом были и другие. Поэтому передвигаться лучше с осторожностью и быть настороже. Нельзя терять бдительность, ведь неизвестно, что успел узнать этот разбойник и кому успел сообщить об увиденном.
Уильям потер руками лицо и завел машину. Он устал, проголодался и был в плохом настроении. Наблюдение за Кейт превратилось для него в пытку, но он должен был убедиться, что ей ничего не угрожает. Он невольно становился свидетелем ситуаций, о которых предпочел бы и вовсе не знать.
Уильям быстро поехал в дом Соломонов.
Добравшись до дома, он скинул мокрые кроссовки на крыльце, вошел внутрь и направился в кабинет Даниэля, где его уже ждали. Увидев, как вошел Уильям, оборотень уставился на его растрепанный внешний вид и покачал головой.
– Нашел что-нибудь? – последовал отрицательный ответ. Даниэль добавил: – Остальные тоже нет.
– Мы искали его три дня, этот тип, должно быть, пришел один, – сказал с дивана Шейн.
Джером с измученным видом отвернулся от окна.
– Что должно нас волновать, так это придут ли другие. Инцидент с ограблением, безрассудство этого отступника… Мы все знаем, что никогда они не подходили так близко к нам. Этот тип пришел за тобой, Уильям. Он напал на Эвана, потому что тот был в твоей машине.
– Думаешь, я не знаю? – он опустил голову и облизнул губы. – Я сожалею о том, что случилось с Эваном.
– Не извиняйся. Эван – член моей стаи, и будет драться всякий раз, когда это необходимо, – ответил Даниэль. Он помолчал несколько мгновений и оперся локтями о стол. – Отступники прячутся как крысы, и вступают в бой, только если у них нет иного выбора. Обычно нападают небольшими группами, чтобы в случае чего защитить друг друга. И самое главное, они боятся тебя, Уильям. Для них ты – дьявол.
– Что ты хочешь этим сказать? – спросил Шейн.
– Какой идиот заявляется в одиночестве к воротам правящей стаи, где к тому же живет его самый страшный кошмар? Идиот, который боится кого-то больше, чем нас.
– Но с какой целью? У этого типа не было ни единого шанса, – вмешался Эван.
– Оценить наши силы и убедиться, что то, что они ищут, находится здесь. – Ответил Даниэль, встретившись взглядом с Уильямом.
– Мой брат прав, – заметил Джером. – Они что-то замышляют и мне это совсем не нравится. Нужно быть настороже. Этот отступник скорее всего был просто следопытом, корчившим из себя героя, чтобы набрать очки.
Шейн кивнул и взглянул на Уильяма, тихо сидящего с опущенной головой.
– Самуэль предупреждал нас об этом в Бостоне. Довольно большая группа отступников продвигается на юг, и к ним постоянно присоединяются другие. Это странно. Они объединяются и… Уильям, если ты – их цель, ты в большой опасности.
– Конечно, цель – я! – взорвался Уильям. У него был ужасный день, и терпение было на исходе. – Это же очевидно. Они идут за мной, за моей кровью для сыворотки, чтобы победить солнце, и сделают все, чтобы заполучить ее. Они предпринимали попытки десятилетиями. – Уильям замолчал, размышляя. – Хотя на этот раз все иначе.
– Иначе? – спросил Картер. До этого момента он не проронил ни слова.
– Даниэль прав. У них есть лидер, за которым они следуют и которому подчиняются. Присутствует во всем этом какая-то организованность.
– Тогда нам точно не стоит вести себя так беспечно, а тебе, Уильям, и подавно. Если с тобой что-то случится, мы потеряем не только брата. Ты – мост, соединяющий вампиров и оборотней. Если тебя не станет, наш союз ослабнет.
Уильям несколько секунд обдумывал слова Картера. Удивительно, но этот шалопай мог быть разумным, стоило ему только захотеть. Под его показным и поверхностным имиджем на самом деле скрывался очень умный, справедливый и уверенный в себе мужчина; но он прекрасно осознавал и принимал свои слабые стороны, и Уильям уважал его за это.
Картер унаследовал отметку, а вместе с ней и право стать преемником своего отца. Никто не сомневался, что однажды он станет хорошим лидером.
– Я буду осторожен, – тихо сказал Уильям.
У вампира не хватило духу обсуждать эту тему
