— Все ясно, — сказала Труф, хотя поняла она только одно — философия Торна Блэкберна позволяла человеку быть непочтительным к кому угодно, потворствовала любым его инстинктам, разрешала быть отпетым мошенником, то есть прощала все ради служения ему одному известной высшей истине. Даже если быть очень снисходительным к Торну, цели его благородными назвать никак нельзя, человечество неспособно выжить с таким размытым пониманием морали. Пока Труф собиралась с мыслями и искала подходящие слова, чтобы возразить Карадоку, объяснить ему ошибочность его мыслей, удобный момент прошел.
— Пойду поищу Джулиана. Нужно сказать ему о портрете, — неохотно проговорил он.
— Его нет, он куда-то уехал с Лайт. Так мне сказал Майкл, — вспомнила Труф. Ей не хотелось, чтобы Карадок уходил.
Он не понял истинного смысла слов Труф, но продолжал стоять.
— Он часто ездит с ней. Ей это помогает. Бедная девушка, как только мы откроем врата, она сразу выздоровеет.
— Как так? — удивилась Труф.
Карадок задумчиво смотрел на нее и наконец изрек:
— Как только мы откроем врата и увидим богов, Лайт станет нормальной.
— Ваши юноши будут видеть сны, а старики — знамения, — произнесла Труф. — Это из пророка Исайи, кажется.
— Да, вроде того, — покорно ответил Карадок. — В любом случае, не волнуйся, я скажу Джулиану о картине, когда он вернется. Хочешь позавтракать?
— Нет. — Труф покачала головой. — Мне нужно еще кое-что сделать. Спасибо тебе.
Карадок ушел. Труф стояла посреди комнаты. Ей казалось, что она в очередной раз приняла брошенный вызов. Или прошла очередное испытание?
— Ваши юноши будут видеть сны, а старики — знамения, — прошептала Труф. Но когда библейский пророк произносил эти слова, он говорил об эсхатоне — конце времени. Последние дни мира. Рагнарок. Армагеддон. Великий провидец даже представить себе не мог, что будущее уготовит его словам.
Но так ли далеко ушел от пророка Торн Блэкберн в понимании этих слов? Не считал ли он, что открытие пути и есть начало конца?
И если это так, то все эксперименты Джулиана далеко не игрушки, а кое-что пострашнее.
Самое страшное.
Предсказания представителей телефонной компании сбылись — новый спутниковый телефон задумчиво молчал. Труф не стала дожидаться возможности позвонить из Врат Тени, а решила прогуляться в город.
Выйдя из дома, она спрятала ожерелье и перстень в багажник машины, место менее досягаемое, чем ящик шкафа.
Все происходящее было похоже на поиски пропавших сокровищ, только наоборот. Труф с отчаянием думала, сколько еще времени ей удастся опережать неизвестного похитителя, нацелившегося на ее драгоценности. Когда-нибудь эти походы к машине могут показаться кое-кому подозрительными, ведь весь ее багаж находился в доме.
Труф начала вырабатывать в себе осторожность, она уже не ходила, отстраненно думая о своем, а внимательно смотрела по сторонам, ожидая подвоха со стороны хитрого и коварного поместья. До ворот, слава Богу, она добралась без всяких приключений. Анализируя свои ощущения, Труф давно догадалась, что Врата Тени оказывают воздействие на эмоции или воображение. За кованые ворота Труф вышла с таким прекрасным ощущением, словно на посошок ей дали стаканчик виски. Неудивительно, что Труф сама себе очень напоминала стремящуюся к саморазрушению героиню из готического романа. Она постоянно возвращается сюда, хотя, стоит ей выйти за пределы поместья, все происходящее в нем моментально перестает волновать ее.
Причем, если выходить пешком, это становилось более заметным. Заинтригованная быстрой сменой настроения, Труф повторила эксперимент. Она снова вошла в поместье, немного постояла и вышла из него. Проделав так несколько раз, Труф заметила, что четкой границы не было, точнее, сама граница, конечно, была, но она все время смещалась, то чуть ближе к поместью, то чуть дальше. Труф удивилась, что никто из обитателей никогда не говорил ей об этом феномене. Может быть, они редко выходили за ворота? Если бы они выходили чаще, то заметили бы воздействие. А Гарет? Он же проводил здесь большую часть дня.
А может быть, никто из них этого не чувствует? Не исключено, что эти странные метаморфозы происходят только с ней, с дочерью Блэкберна.
Труф усмехнулась, ей казалось маловероятным, что все злые силы поместья нацелились на нее. Конечно, увеличение числа паранормальных явлений можно связать с ее появлением в доме, но не исключено, что это всего лишь совпадение.
"Да, но как они нацелились на нее?" За своими раздумьями Труф и не заметила, как добралась до города. Скорее всего, ее преследовали за то, что она не принадлежала к кругу, а была пришлым, неверящим человеком, холодным наблюдателем. Но как ей еще вести себя, ведь она старается объективно выяснить свое прошлое. Следовательно, считается, что ее спокойствие и хладнокровие ненормально?
Труф думала как раз наоборот — ее поведение и реакции совершенно разумны и естественны, а вот то, что происходит в поместье, все эти видения и фантазии — это уже галлюцинации.
Но тогда как расценить происшествие с Лайт? А падение картины? Можно считать бредом все, что угодно, но только не эти события, они так же реальны, как и то, что Труф обнаружила холодное пятно на полу библиотеки. Что-то все-таки происходит в доме, где некогда жил Торн Блэкберн. И снова Труф будет вести себя как героиня готического романа, она вернется во Врата Тени, но не с целью погибнуть, а с намерением заставить дом раскрыть ей свою тайну.
— Дилан? Это говорит Труф.
— Труф? Вот здорово, ты откуда звонишь? — Дилан был искренне рад слышать ее. Труф почувствовала себя крайне неудобно оттого, что звонит по делу.
— Я обосновалась в городишке с названием Убей Тень, приехала во Врата Тени и застряла тут. — Труф решила без обиняков приступить к делу, ей всегда с большим трудом давались разговоры ни о чем. В нескольких словах она поведала Дилану краткую историю поместья, вкратце рассказала о том, что с ней происходило, и сделала вывод: — Думаю, что этот дом — центр паранормальной энергии. Я провела кое-какие эксперименты и обнаружила холодное пятно, правда, не уверена, что это именно то, что мне нужно. Здесь живет медиум. — "И она моя сестра", — чуть не вырвалось у Труф. Она стала перечислять все, что узнала и о чем догадывалась. — Владелец поместья, Джулиан, не хочет, чтобы по дому разгуливали посторонние, но против самих экспериментов не возражает. Вот я и звоню тебе…
Чтобы позвонить, Труф пришлось опять идти в библиотеку, и сейчас она сидела на маленькой деревянной скамеечке в сделанной под старину телефонной будке. Через стекло она видела справочную библиотеки и ряды книг, стоящих на полках начала века.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
