на очевидное поражение, операцию решили не отменять? — предположил Василь.
— Они должны были точно знать, что на базе нет дивов, или выманить их.
— Ты намекаешь, что на «Векторе» был предатель?
— Не знаю. Пока у меня мешанина разрозненной и довольно шокирующей информации. Анонимус, есть еще что-то, что я должен знать?
Див замер, перебирая память. Потом с некоторым сомнением ответил:
— Есть несколько проектов, над которыми работал ваш отец. Они не вошли в книги, записей по ним почти не осталось. Но я могу рассказать вам всё, что мне о них известно.
— Хм, обязательно так и сделаем, когда разберемся с главным. А, кстати. Эти книги. Сколько у тебя ушло времени на то, чтобы их написать?
— Шесть лет, — ответил Анонимус.
— Шесть? Получается, книги были изданы не потому, что Василь стал достаточно взрослым, чтобы озаботиться этим, а потому, что ты их закончил? И всё это время ты просто «обрабатывал рукописи»?
— Нет, — Анонимус смотрел куда-то мимо Аверина, — я разбирался. Нельзя было ничего упустить, даже самой незначительной мелочи.
Аверин провел ладонью по лицу и поморгал. Первое потрясение прошло, и он был готов анализировать свалившуюся на него информацию. Василь тоже выглядел вполне спокойно. Его волнение выдавало только то, что брат курил в библиотеке, где это было строжайше запрещено.
— Анонимус, — произнес Аверин, — а ты знаешь, что ты просто кошмар любого колдуна? Колдовские книги дивам даже читать запрещено. А ты их писал.
— Я их не писал, — внезапно твердым голосом сказал Анонимус и поднялся. — Ваш отец был гением. Никто и никогда не сравнится с ним. Я сам как одна из его книг, — он на секунду задумался, — или как пленка, на которую записаны лекции его сиятельства. Я просто сумел воспроизвести всё, что мне поручили, максимально точно.
Аверин глотнул кофе.
— Сядь Анонимус… извини. Я тебя не обвиняю. Но как ты умудрился вместить всё, что делал, в слово «секретарь»? Ты хоть сам-то понял, что солгал колдуну?
— Я не согласен, Гера, — вмешался Василь, — он не солгал, а лишь приуменьшил свои заслуги.
— Да, наверное, ты прав… — задумчиво сказал Аверин и пристально посмотрел на фамильяра, — скажи, Анонимус, кем для тебя был наш отец?
Фамильяр долго молчал, вперив в пол немигающий взгляд. Аверин даже подумал, что таким образом див отказывается отвечать на вопрос.
Но, наконец, губы дива шевельнулись:
— Всем, — тихо произнес он. — Он был светом в моей жизни.
— Я… всё же выйду, покурю снаружи, — пробормотал Василь.
Дверь за братом закрылась, и Аверин решил, что самое время обсудить еще одну тему.
— Василю этого лучше не знать, — сказал он, — дядя предупредил тебя, что опасно говорить кому-то о том, что ты… поглотил отца и у тебя его память?
— Да.
— Отцу было известно что-то важное. Див-шпион подумал, что ты рассказал эту тайну мне. И на меня напали. Но почему не убили тебя?
— Возможно, тот див не решился напасть из-за помощи, которую ее сиятельство запросила из монастыря.
— Да, вероятно. Но после неудачной попытки убить меня новых не было. Хм… почему?..
Аверин встал, подошел к витрине и взял фотографию. Посмотрел на нее. Потом протянул Анонимусу:
— Взгляни еще раз, внимательно. Ты уверен, что это — Императорский див? Или просто внешнее сходство? Ведь и тебя можно запросто принять за члена нашей семьи, — сказал он и тут же поправился: — За человека из нашей семьи, я имею в виду.
Анонимус взял фотографию и принялся внимательно ее изучать. И, наконец, вернул с некоторым сомнением.
— Похож. Но у того, кто на фотографии, больше сходства с императором Владимиром, чем было у Императорского дива, — он сделал паузу и добавил: — На тот момент, когда его видел его сиятельство Аркадий Филиппович.
— Тогда Императорский див был больше похож на предыдущего императора, Александра Четвертого. А теперь может быть похожим на следующего, Владимира. Боюсь, что в таком случае участь настоящего Александра Пятого очень печальна. Он или беспомощный раб своего дива, или мертв.
Анонимус молчал. Не было понятно, выражает ли он этим свое согласие, или считает, что Аверин разговаривает сам с собой.
— Слушай, а почему ты раньше не заметил сходства? Ты разве ни разу не видел императора Александра?
— Нет, — удивился Анонимус, — у меня не было такой возможности. Я почти не покидаю поместье, разве что вожу кого-то в город.
— Но его часто показывают по телевизору. Его внешность — не тайна.
— Я не смотрю телевизор, — Анонимус склонил голову, — если и видел императора где-то мельком, память его сиятельства не просыпалась в тот момент. Сегодня рядом оказались фото Аркадия Филипповича и ваша. И я увидел.
Глава 6
Ночевать Аверин решил дома. Они с братом посетили церковь, потом был семейный ужин. Аверин немного выпил, поэтому донельзя довольный Кузя сел за руль.
Василь вышел провожать.
— Ты… уверен, что сам со всем справишься? — озабочено спросил он.
Аверин кивнул. Проклятую фотографию, из-за которой произошел весь сыр-бор, он взял с собой.
— Надеюсь, да, — он ободряюще улыбнулся, — ты тоже береги себя и всех. Анонимусу я уже выдал инструкции.
— Может, нам уехать? Куда-нибудь? Хотя бы в скит?
«У меня есть доступ везде». Нет, не было то чудовище похоже на императора Александра, совершенно не было. Всему должно быть гораздо более простое и совсем не жуткое объяснение.
— Не стоит, — сказал он, — лучше не привлекать к себе лишнего внимания. Хотя, имеет смысл отправить детей в скит после праздников. На Ладоге сейчас хорошо.
— Так и сделаю. А то я обещал отвезти их в город на парад и салют.
— Отлично. Там обязательно увидимся.
Спал он ужасно. Ему снился император с мечом, идущий вдоль шеренги стоящих на коленях людей и отсекающим им по очереди головы. Потом император превратился в Императорского дива, огромного, ростом до неба, и див продолжал расти, становясь всё больше и больше, пока не занял собой весь мир. Внезапно он взорвался, как мыльный пузырь, и появился Кузя, почему-то с лицом отца.
— Не ходи туда, Гера. Там холодно, очень холодно! — отец протянул крыло от самолета с нарисованным на нем орлом.
Аверин закричал.
— Хозяин! Гермес Аркадьевич! — донеслось сквозь сон.
Он открыл глаза и резко поднялся на кровати. Рядом на корточках, завернутый в покрывало, сидел Кузя. И тряс его за плечо.
— Вы кричали, — пояснил он, — вам снилось что-то плохое?
— Да. Кошмар, просто кошмар приснился… — он немного подумал. — Давай завтра сходим к Анастасии…
В обед должна была состояться торжественная встреча его величества, императора Александра Пятого, и Аверин подписался выступить на ней
