— Придется рискнуть, — сказал Селезнев.
— Я пойду в прошлое, — твердо сказала Алиса.
— Это не детское развлечение, мое сокровище, — сказал Громозека. — Ты полагаешь, что это игра, а в самом деле от путешествия в прошлое зависит судьба всего человечества.
— Дорогой мой Громозека! — Алиса говорила совершенно серьезно. Она даже встала, чтобы быть побольше ростом. — Чья гипотеза о планете Бродяга оказалась самой верной?
— Твоя, — согласился Громозека.
— Кто нашел лиловый шар?
— Ты, но совершенно случайно.
— И я еще раз его найду.
— Алиса! — сказал Селезнев.
— Только не Алиса! — взревел Громозека. — Ее сожрут чудовища!
— Именно я, — сказала Алиса. — Я там уже была. У меня там связи.
— Какие связи? — захохотал Громозека. — С мамонтами?
— Не только, — ответила Алиса. — У меня связи с драконами, богатырями, волшебниками, Синдбадом-мореходом, Шехерезадой и даже первобытным мальчиком Герасиком.
— Что-о-о? — Громозека даже сощурил от удивления все свои глаза. — Девочка больна?
— Я совершенно здорова, — сказала Алиса. — Но должна тебе официально сказать, что ты плохо знаешь историю Земли.
— Так просвети меня, маленькое существо, открой мне глаза!
Так Алиса и сделала. Она рассказала Громозеке, что совсем недавно, когда ученые открыли путешествие во времени и смогли побывать в древних эпохах, обнаружилось, что в истории Земли была эпоха, о которой раньше никто не подозревал. Хотя следы ее остались и поныне и даже существа, которые тогда жили, известны любому трехлетнему ребенку.
В промежутке между третьим и последним ледниковыми периодами ученые нашли странную эпоху легенд. Оказывается, тогда на Земле водились самые настоящие драконы, волшебники, джинны, ведьмы, гномы, говорящие звери, деды-морозы — все те существа, которых мы теперь называем сказочными и в которых взрослые не верят.
Потом похолодало, стал наступать лед, замерзли реки. Волшебники и гномы вымерли или спрятались в пещеры, под землю и в самые тайные места. Пережили последний ледниковый период только люди. Люди в эпоху легенд были совершенно первобытными и только-только научились разводить огонь и пахать землю. Конечно, жили они тихо, незаметно, боялись драконов и богатырей. Но у первобытных людей было одно великое преимущество: они умели работать. Ведь сказочные существа, какими бы умными они ни были, работать не умели. Все их сказочные замки, ковры-самолеты и прочие чудеса были сделаны волшебным способом и, конечно, как только похолодало, никакой пользы принести уже не смогли. Знаете, как бывает с волшебниками? Они могут построить дворец или даже замок. Все в нем как в настоящем, даже железные ворота. Но вот как сделать отопление в замке, волшебники не знают, они даже не подозревают, как законопатить окна, чтобы не дуло. Молоко они берут в молочных реках, кисель черпают в кисельных берегах, а вот доить коров или делать сахар из сахарной свеклы они не научились и научиться не смогли — ведь они волшебные. Первобытные же люди отлично знали, как доить коров, как сделать плуг, как законопатить окна или сложить очаг в хижине. Хоть им и трудно пришлось во время долгого ледникового периода, кое-как они его протерпели и дождались, когда льды начали отступать и снова появилась трава. Тут они и спохватились: где же прошлые хозяева планеты? Где волшебники, колдуны, джинны и драконы? Оказалось, их нет. Придется жить на Земле самим и никого уже не бояться.
Так и случилось. А о волшебниках и драконах осталась только память. Эта память со временем становилась все более туманной, взрослые люди вообще не верят в эпоху легенд. Взрослые думают, что сказки — сплошная выдумка. Дети же, наоборот, знают, что сказки — чистая правда. Только правда не сегодняшнего дня, а далеких-далеких времен.
— С трудом могу поверить, — сказал Громозека. — Правда, у нас на планете не было ледниковых периодов…
— А сказки у вас есть?
— Нет, в детстве нам всегда рассказывали правдивые исторические повести про подвиги и путешествия наших воинов и о прекрасных дамах, которые, сложив щупальца, веками ждали, пока рыцарь вернется из похода.
— Мне тебя жаль, Громозека, — сказала Алиса, — если бы ты там со мной побывал, ты бы не пожалел.
— И ты хочешь сказать, что была там?
— Она была там, — подтвердил Селезнев. — И чудом осталась жива.
— Но почему? Кто тебя пустил? — спросил Громозека.
— Я туда попала через заповедник сказок, — заявила Алиса. — Там стоит машина времени.
— Час от часу не легче, — сказал Громозека. — Это еще что за заповедник?
— Как только ученые убедились, что эпоха легенд кончится тем, что все волшебные существа вымрут, решено было занести их в Красную книгу.
— Куда?
— В Красную книгу. Это специальная книга, куда записывают всех редких животных, которым грозит почему-нибудь гибель. И на Земле сделали специальный заповедник для тех жителей эпохи легенд, которые захотели переехать в наше время. Там они живут под стеклянным куполом.
Громозека снова обернулся к Селезневу за поддержкой — в самом ли деле Алиса говорит правду?
— Она права, — сказал Селезнев. — И директор заповедника сказок Иван Иванович — добрый друг Алисы. Она ему в свое время кое в чем смогла помочь.
— Все верно, — сказала Алиса.
10. Возвращение
Бесконечно тянулись дни полета. Наконец корабль Громозеки, гася скорость, начал тормозить в районе орбиты Земли. Пока Громозека готовил корабль к посадке, Селезнев начал вызывать Землю:
— Земля, слушайте, — повторял он. — Говорит космический корабль «Чумароза». Мы подлетаем к Земле. Скоро начинаем посадку. У меня важные вести. Прошу подготовить нам посадочную площадку вне очереди в стороне от пассажирских причалов.
— Что случилось? — донесся наконец далекий, еле слышный голос космического диспетчера. — Почему археологический корабль требует внеочередной посадки? У нас перегружен космодром…
— Земле грозит опасность, — начал говорить Селезнев. — Нам удалось открыть на планете Бродяга смертельно опасный вирус. Против нас ведут биологическую войну.
— Кто? — не понял диспетчер.
— Вызывайте все биологические лаборатории Земли, пускай они будут готовы к работе. На космодроме прошу встретить меня в герметически закрытой «скорой помощи». Везу опасный груз.
— Я не понимаю! — крикнул диспетчер.
— На Земле кораблем с Бродяги оставлен опасный вирус.
— В каком месте?
— Неизвестно.
— Когда?
— Двадцать шесть тысяч лет назад.
Диспетчер закашлялся. И замолчал.
— Космодром! — вызывал профессор Селезнев. — Космодром, вы меня слышите?
— Слышу, слышу, — ответил диспетчер. — Скажите, есть ли кто-нибудь на корабле, кроме вас?
— Начальник экспедиции Громозека, — ответил отец.
— Пускай подойдет к микрофону.
— Я слушаю, — сказал Громозека.
— Уважаемый Громозека, — раздалось в микрофоне. — Скажите, профессор Селезнев, который только что с нами разговаривал, нормален?
— В каком смысле? — спросил грозно Громозека.
— В самом обыкновенном. Может быть, он переутомился? Или вдруг у него поднялась температура?
— Да поймите же, тупой человек! — зарычал в микрофон Громозека. — Селезнев нормальнее нас с вами! Земле действительно угрожает смертельная опасность! Это случилось…
— Двадцать шесть тысяч лет назад? — иронически спросил диспетчер.
— Я вас увольняю! — закричал Громозека и со всего размаха ударил когтем по панели связи. Раздался треск, во все стороны посыпались осколки кристаллов и схем. Замигали тревожные лампочки. Связь прервалась.
— Что ты наделал! — воскликнул профессор Селезнев. Все погибло! Мы лишились связи!
— Зато я ему показал! — смущенно прорычал Громозека, который не любит признаваться в собственных ошибках.
— Я так надеялся их убедить, что мы не сошли с ума. Еще каких-нибудь полчаса, и мы убедили бы диспетчера. А теперь что делать?
— То же самое, — сказал Громозека. — Лететь на Землю и убеждать.
— Но как? Вдруг те часы, которые мы потеряли, окажутся роковыми?
— Этого мы не знаем, — философски заметил Громозека.
— У меня есть план, — сказала Алиса.
— Какой?
— Пока ты вызываешь своих коллег, я несусь в заповедник сказок. Там есть машина времени. Я переношусь в эпоху легенд…
— Ни в коем случае! — закричал Селезнев.
— Ни в коем случае! — закричал Громозека.
— Почему? — мягко спросила Алиса.
— Потому, что это опасно! — в один голос ответили отец с Громозекой.
— Скажите, пожалуйста — опасно, — ответила Алиса. — А разве не опасно, если я стану такой же воинственной, как подопытная морская свинка, и брошусь с ножом на моего любимого папочку?
— Мы найдем взрослого специалиста, — сказал Селезнев.
