Потянулись долгие одинокие месяцы в пещере. Он настолько ослаб, что проспал несколько недель. Потом стал учиться существовать, пользуясь оставшимися чувствами – слухом и обонянием. Раны затягивались очень медленно, на теле до сих пор виднелись следы сражения, белесые глаза смотрели в одну точку. Вдоль шеи протянулся шрам длиной около двух футов. Порез плохо заживал и гноился. Чешуйки, срезанные прямо с мясом, больше не вырастали. Другие рубцы проступали в тех местах, куда Дамон вонзал меч по самую рукоять, чтобы взобраться на спину дракона. Так люди, карабкающиеся на скалы, вбивают клинья в горную породу.
Келлендрос остался доволен: его подчиненный достойно перенес такое тяжелое испытание. Шторм над Ансалоном не убил Гейла во время Истребления Драконов и не разрешал этого делать другим владыкам. Скай неплохо к нему относился, конечно, в той степени, в какой дракон может иметь расположение к кому-либо. Он не доверял полностью верному помощнику, потому что вообще никому не доверял.
– Теперь моя цель – служить тебе и уничтожить Грозного Волка, – прокатился по подземелью столь грозный рык, что стены пещеры задрожали, а из щелей посыпался песок.
– Всему свое время, – ответил Шторм, – а сейчас мы полетим в мою пустыню.
Глава 24
День Бури
Место, выбранное Сагетом в нескольких милях к северу от дворца Золотой Луны, когда-то было двором замка. Вечернее солнце освещало руины высокой зубчатой стены вокруг развалин восьмиугольной башни. Разрушенный замок казался величественным даже сейчас.
Джаспер всхлипнул, осматривая белую повязку на груди. Ферил использовала все возможное, чтобы спасти его, но не вызывало сомнений, что с разорванным легким гном останется калекой до конца своих дней. Каждый шаг стоил ему больших усилий.
– Я был обязан спасти ее… как в свое время она спасла меня. – Огненный Горн содрогнулся всем телом при воспоминании о жрице, чье тело покоилось в маленькой комнатке Цитадели Света.
Риг стоял рядом и смотрел на море.
– Теперь мы на мели, – сказал он. – Этот мерзавец утопил корабль.
А про себя добавил, что на совести Дамона лежит еще и смерть его любимой, а также все беды, которые приключились с ними с тех пор, как бывший рыцарь появился.
– Я убью его.
– Ты не сделаешь этого, – вступилась Ферил.
– Еще как сделает, – одобрительно закивал головой Джаспер. – А хватит сил, так и я помогу.
Эльфийка подошла ближе:
– Нужно сперва разобраться, что случилось. Наверняка это чешуйка оказала такое воздействие.
– При чем тут воздействие! – огрызнулся мореход, злобно сверкнув глазами. – Просто он водил нас за нос да выжидал подходящего случая, чтобы нанести решающий удар. Вот увидите, нападение на «Наковальню» синего дракона, который убил Шаон, – часть большого плана, продуманного Дамоном заранее. Помяните мое слово – этот Гейл еще объявится. Тогда сразу станет ясно, что они давно были в сговоре. Если Палин не вернется в ближайшее время, я уйду. Сяду на корабль, обойду Ансалон вдоль и поперек, выслежу негодяя и прикончу. Эта секира не справится с оружием, которое подлетит незаметно.
Для убедительности капитан подергал рукоять кинжала, торчавшего из голенища сапога.
Ферил молча слушала Рига, наблюдая, как приближаются Ворчун и Сагет. Фиона Квинити, стоявшая в стороне от всех, случайно встретилась с ней взглядом. Эльфийка почувствовала, как по щеке катится слеза.
– Леди, – обратился к ней ученый, – нет больше времени ждать Палина Маджере. Реликвии следовало уничтожить еще вчера ночью, несмотря на побоище в Цитадели. Луна была такая низкая, лучше не придумать. Нужно совершить обряд хотя бы сегодня. А то следующего подходящего случая придется ждать почти месяц.
– У нас же недостаточно талисманов.
– Нет, достаточно. – Старческие глаза с красными прожилками засверкали. – У нас есть Копье Хумы, Кулак'Эли, который вы принесли из леса, и два медальона.
– Два? – удивилась Ферил.
– Правда-правда, – быстро сказала Блистер. – Один она отдала мне, а второй возник сам по себе. Он и сейчас на шее бедной Золотой Луны. Хотите, принесу?
– Нет, – возразил Джаспер, – лучше я.
Гном с трудом поднялся на ноги и пошел. Впереди лежал мучительный путь – несколько миль до Цитадели, подъем наверх, а потом обратно, но Огненный Горн не мог доверить эту миссию никому другому.
– Буду к закату.
Полулюдоед, заметив, что Блистер теребит медальон у себя на шее, догадался, о чем идет разговор. Он взял Копье Хумы и понес на лужайку. Дикий подбежал за ним.
– Видишь, в результате получается четыре предмета, – заключил Сагет. – Сегодня ночью, когда погаснет последний луч солнца, мы изменим будущее Ансалона.
Палин провел несколько дней в размышлениях. Хозяин завершал поиски сведений о древних реликвиях, Темный Чародей помогал ему, временно оставив слежку за владыками. Палин пытался разобраться, каким образом драконы смогут вернуть Такхизис. Его соратники были настроены скептически. Ведь если Королева Тьмы вернется, за ней могут последовать и другие боги.
Аша призывала мужа сосредоточиться на более важном в данный момент деле, нежели раздумья о Такхизис.
– Дамон и все остальные ждут нас и кольцо!
Маг поднялся по ступенькам башни. Хозяин находился в комнате, где хранились записи Пар-Салиана. Он склонился над толстым томом, написанным бывшим главой Конклава магов. Книга была переплетена в шкуру темно-зеленой ящерицы. Палин кашлянул, привлекая внимание.
– Может сработать, – повернул к нему голову Хозяин.
За единственным окном комнаты дул сильный ветер. Маджере пришлось напрячь слух, чтобы разобрать необычно тихий голос своего товарища.
– Магия Века Мечтаний, как и любая другая, создана богами. Уничтожение талисманов освободит невероятное количество энергии.
– Достаточное, чтобы распространиться по всему Кринну?
– Сложно сказать. Но, согласно записям Пар-Салиана, относящимся к Веку Мечтаний, реликвии настолько насыщены тайной силой, что смогут увеличить общий уровень магии на довольно большой площади.
– Темный Чародей утверждает, что ты Рейстлин.
Хозяин отошел от стола и посмотрел на Палина.
– Ты веришь предположениям Темного Чародея только потому, что я очень хорошо знаком с работами твоего дяди? И потому, что у нас немного похожая внешность?
– Да, ты похож на него.
Ответа не последовало.
– Если ты не Рейстлин, то кто?
– Тебе понадобилось столько лет, чтобы наконец задать этот вопрос?
– Я уважал твое право хранить тайну, которой, как мне кажется, ты наслаждаешься.
– А теперь перестал уважать?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
