Как бы то ни было, с тем, что Газзаев находился в феврале 2002 года на верном пути, спорить было трудно. Из пяти игр, которые команда провела под его руководством, четыре закончились победой россиян и одна — ничьей. Радовала и результативность: было забито 14 мячей. Вряд ли исход предстоящих весной встреч со сборными Албании и Грузии внушал серьезные опасения. Но случилось непредвиденное — в Албании проиграли 1:3, в Грузии — 0:1.
Любая победа, тем более над сильным соперником, является заслуженной. Это можно сказать и об албанцах, которые в тот раз под руководством своего нового тренера Ханса-Петера Бригеля вышли на игру с сумасшедшим настроем, проявили высокую индивидуальную подготовку и тактическую грамотность. Можно, конечно, рассуждать о том, что наши игроки в какой-то мере оказались не готовы к этому психологически, забыли, что сборная Албании, многие игроки которой играют в известных европейских клубах, в том числе командах итальянской серии «А» и немецкой бундеслиги, отнюдь не относится к футбольным «карликам» — все это так. И все же наша сборная в той встрече поражения вряд ли заслуживала, тем более что второй тайм встречи и вовсе прошел при ее неоспоримом преимуществе. Во всяком случае, проигрыш этот уж никак нельзя считать закономерным результатом недостатков в подготовке нашей команды.
Перенесенная встреча со сборной Грузии превратилась в событие, которое, к сожалению, вышло за рамки спортивного мероприятия. Подействовала или нет нервная атмосфера, сопутствующая подготовке и проведению этого матча, на наших игроков, но грузинские футболисты играли так, словно они вышли на поле последний раз в жизни. Может быть, такой прилив чувств они испытали единственный раз в жизни. Состояние, в котором они тогда пребывали, выразил один из игроков команды — Давид Квиркелия: «Я хотел вырвать из своей груди сердце и положить его на поле». Как потом признавали наши футболисты, такого рвения от соперника, сумевшего провести встречу на одном дыхании, они не ожидали. Из-за того, что не хватило характера, проиграли львиную долю всех единоборств.
Конечно, для того чтобы противостоять сопернику на его поле при таком психологическом натиске, нужна особая волевая устойчивость, которая приходит только с опытом — не столько с турнирным, сколько с жизненным. Но обвинять после этого молодых российских игроков в ее отсутствии — значит в какой-то мере упрекать их в политической непорочности. Раньше, когда наши спортсмены и тренеры считались «полпредами советской страны», подобное, конечно, не прощалось. Вроде бы эти времена ушли безвозвратно в прошлое. Однако еженедельник «Футбол» устами Андрея Скворцова счел уместным окрестить поражение от грузинской команды «национальным позором». Очень это напомнило те оценки, которые получили советские футболисты в 1952 году после поражения на XV Олимпиаде от югославов. Последствия известны: разогнали знаменитую команду ЦДКА. В 2003 году никого вроде бы не разгоняли, званий и наград не лишали, но события, которые затем развивались вокруг сборной, по духу своему напоминали тот же сценарий…
К чести Валерия Георгиевича, он дал самокритичный и взвешенный анализ игры российской сборной: «Да, мы сыграли плохо, испытали огромное потрясение, но нельзя забывать, что идет смена поколений. Создается новая команда, и этот процесс не может идти безболезненно. Любой коллектив через это проходит. Я рассчитываю на опыт Онопко, Титова, Семака, Смертина, вокруг которых предстоит строить команду. Но не меньше — на прогресс молодежи…
Необходимо проявить терпение, ведь даже неудачная игра — это большой опыт для молодежи. Первые два матча прошли для них на фоне сумасшедшего настроя, повышенной мотивации, они шли к этому всю жизнь. Теперь первые эмоции прошли, произошел спад. Настало время им осознать, что побед можно достичь, только демонстрируя сто процентов возможностей. Ни на секунду нельзя забывать, что представляешь огромную страну».
Руководствуясь известным правилом: «Выигрывает команда, проигрывает тренер», Газзаев в постигших сборную неудачах видел главным образом свою вину. Больше всего его мучило то, что не смог он создать в команде должного психологического настроя перед играми с Албанией и Грузией, а поэтому и не удалось переломить неблагоприятный ход обеих последних встреч. В то же время прекрасно понимал он, что молодым футболистам попросту еще не хватало элементарного опыта и психологической закалки.
Была и еще одна причина неудач, которую он хорошо знал, но о которой вслух не говорил. Дело в том, что на ряде ключевых позиций играли у него футболисты «Локомотива». После ранних тяжелейших матчей в Лиге чемпионов в самом начале сезона они испытывали депрессию и пребывали в «разобранном» состоянии — в глубокой функциональной «яме», из которой долго не могли выбраться.
Два поражения в отборочном турнире — это еще не национальная трагедия, тем более, команда сохраняла реальные шансы стать участником грядущего чемпионата Европы. Ничего не было потеряно, и твердо был убежден Валерий Георгиевич, что ей под силу преодолеть оставшиеся барьеры на пути в Португалию. Полученные уроки можно обернуть на пользу: отрицательный результат — тоже результат, а за одного битого двух небитых дают.
К вполне разумным суждениям и доводам Газзаева не прислушались. Спортивная пресса, а вслед за ней и руководство Российского футбольного союза рассудили иначе…
Когда читаешь архивные материалы газет, складывается впечатление, что неудач от сборной команды ждали, причем ждали едва ли не с нетерпением. Ждали не потому, что они прогнозировались, — поджидали, когда оступится Газзаев. И когда это случилось, на него обрушилась целая лавина инвектив, авторы которых, похоже, соревновались между собой в подборе разящих тренера сборной эпитетов и дискредитирующих его профессиональную состоятельность примеров. Даже когда команде, казалось, удалось преодолеть временный кризис (а в данном случае правомерно говорить о кризисе роста) и она, показав вполне зрелый футбол и проявив твердость характера, сыграла в Базеле вничью (2:2) с лидером отборочной группы — сборной Швейцарии, тон публикаций не изменился.
«В Базеле мы увидели газзаевский состав — и футбол — в стерильном, нефильтрованном виде, без каких-либо комбинационных примесей», — как ни странно сегодня об этом слышать, но один из известных спортивных обозревателей отказывал Газзаеву даже в способности к тактическому мышлению, комбинационной игре.
Можно было еще это понять, если бы подобное суждение носило полемический, дискуссионный характер. Нет, в каждой статье Газзаеву выносился приговор, причем обвиняли его, пожалуй, во всем, в чем только можно обвинить тренера.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
