вина.
Заглянув в одну из комнат, я увидел что-то похожее на небольшой тюремный блок. Отдельные клетки с решётками от пола до потолка. Каждая из этого металла, который Целия назвала «даргрином». Внутри по кровати и голограмме природы. Ну и в парочке лежали новые мумии в чём то похожем на тюремные робы. Опять же, неутомимые роботы с переменным успехом оттирали превратившиеся в незнамо что тела.
Больше там ничего не было, как и в другой комнате, которая так же представляла из себя мини-тюрьму. Оставалась только комната прямо по коридору. Мне очень хотелось, чтобы искомый кристалл нашёлся раньше, потому что после того, что вытворили роботы, я тоже стал бояться. Целия вообще лишний раз старалась не отсвечивать, будто хотела спрятаться от мира. Ведёт она себя, конечно, странно.
В попытке потянуть время, потому что от последней, запертой комнаты так и отдавала чувством, что туда точно нельзя лезть, снова переспросил почему я не могу читать эти документы, хотя в библиотеке лагеря всё выходит. Давно потерявшая весь оптимизм и гонор, девушка тихо прошептала, что есть языки, которые не входят в планетарные ритуалы полиглотов. И если ты что-то не можешь прочитать это тоже признак того, что лучше уносить ноги. Буду знать.
В конце коридора дверь в последнюю комнату не открылась вместе с остальными, после того как девушка сделала буквально невозможное. Я хоть гоню от себя эти мысли, ведь сейчас не время, но вдруг рядом со мной настоящая Улеанна, которая просто искусно играет передо мной другого человека? Или как ещё это возможно? Клон? Но зачем клону считать себя её дочерью?
Створки дверей распахнулись, стоило нам подойти поближе. И комната практически ослепляла количеством различных источников света. Он лился и сверху и снизу, многочисленные приборы мигали всеми цветами радуги давно отсутствующим операторам. Голографические экраны показывали огромные массивы информации на непонятном языке. Немного проморгавшись, смог, наконец, всё оглядеть.
Овальная циклопическая комната представляла из себя нечто, что было выстроено ровно для одного. Что-то делать с кристаллом посередине. Он был обычного голубоватого цвета, без единого внутреннего свечения, закованный в несколько полос даргрина, подобно старой бочке. От них отходили цепи из другого металла, что приковывали этот всё ещё парящий объект намертво к полу.
Это вообще как? Это и есть нужный кристалл? Как его вообще отсюда вынести? И много других вопросов появились, стоило мне увидеть это. Стоило сделать шаг в сторону цели и на стенах вылезли турели и нацелились на меня. Отошёл обратно и орудия вновь заняли свои ниши, в которые как я не вглядывался, не мог заметить отличий от остальной стены.
— Целия, твои внезапные знания не могут нам помочь? — я прибавил в это высказывание долю юмора, но надежда на это у меня была.
Держащаяся одной рукой за голову девушка ничего не ответила, но это было яснее многих слов. Ей, очевидно, было плохо и нет, она не может. Я попытался идти в разных направлениях, вдруг где-то есть путь, на котором меня не будут просить вежливо развернуться. Но вскоре прибыло лишь дополнительное подкрепление в виде крох из других комнат, начавших занимать стены и преобразовываться во всё новые орудия.
Чёрт, промедлил. Теперь это стало ещё невыполнимей. Но кое-что я всё-таки заметил. Кто бы этим зоопарком не управлял, он очень не хочет повредить аппаратуру. Орудия не могли на неё навестись, если я укрывался за чем-то. Другое дело что прострел здесь есть везде, где бы не находился.
Блин, даже Целии не врезать, чтобы мгновенно привести в чувство. Жизнь у неё сейчас явно не сахар. Она держит голову так, будто пытается удержать ту от взрыва. Даже на колени опустилась, не в силах стоять на ногах.
Я оглядывался в поисках подсказки того, как же быть. Самое страшное, что и у меня начала болеть голова. Вдруг, орудия сместились с меня на Целию. Она буквально ползла к кристаллу, который внезапно начал биться в цепях. Произошли первые предупредительные выстрелы, которые девушка стойко проигнорировала. Её же сейчас убьёт нахрен!
Рванул к ней на всей скорости. Начали стрелять предупредительно и по мне, видимо не очень компьютеру понравились мои телодвижения. Пахло резким запахом оплавившегося пластика, который лишь заставлял ускориться лишь сильнее. Руку прострелило болью, но на это просто не было времени.
—Бисекция!— произнёс я, целясь по цепи. Если эта срань сама хочет отсюда улететь, то я ей помогу. На моих глазах то, что выглядело толстым, монолитным звеном, раскололось пополам. Я мгновенно почувствовал себя слабее, а часть роботов пересобралась из орудий в нечто другое и поспешила к повреждённым звеньям.
Этого не было достаточно, но дало кристаллу немного лишней свободы и он, как одержимый, начал биться ещё интенсивнее. Я не мог сосчитать сколько раз я чувствовал слабые попадания лазера, которые каким-то чудом не делали во мне больше дырок, но к запаху пластика прибавилось ещё и мясо слабой прожарки.
Чуть не получив от бесновавшегося кристалла по голове, я всё-таки оттащил почти обезумевшую Целию из комнаты. Послал бог напарницу, ничего не скажешь. Пользуясь передышкой, которую обеспечивал рвущийся кристалл, я заливал в себя зелье маны. Один бутылёк всё-таки успешно прострелили, вместо него теперь была дырка вплоть до спёкшейся кожи. Жидкость щипала образовавшийся ожог, теперь, после того как я немного успокоился, я почувствовал, как меня пожгли буквально везде.
Пора здесь заканчивать. Другой попытки не будет. Стоило войти обратно, как роботы тут же вспомнили, что они меня не добили. Главное было укрывать лицо, раз прострелить меня насквозь сумели лишь раз. У цепи уже вовсю работала сварка и две мощных искусственных руки, которые даже умудрялись пересиливать желание свободы у кристалла.
—Бисекция!Давай, я сделал всё что мог, разнеси всю эту лабораторию к чёртовой матери! — кричал я изо всех сил, будто стараясь помочь ему словами поддержки. Вторая цепь из четырёх звонко упала на пол, потеряв
