что невозможно отвечать за действия каждого клерка в большой организации, у Лоруса были непосредственные начальники, которые должны были проверять его работу, и недосмотрели. Но, если бы этот дурак сам не привлек мое внимание жалобами на сослуживцев, пытаясь отвлечь внимание от себя...
— Не кори себя, иногда мы не представляем, на что способны наши подчиненные, — спокойно произнес Джозеф, выслушав мои метания. — Но знаешь, теперь я начинаю верить, что твоя маркиза действительно не дура и не безмолвная жертва, кто знает, на что она способна.
— О чем ты? — насторожился я, вынырнув из своих мрачных мыслей.
— Вокруг нее что-то творится в последнее время, что-то весьма подозрительное. Агенты говорят, что она ведет себя иначе, посещает дома, куда ее прежде не приглашали, о ней сплетничают... — он кинул на меня острый взгляд. — О вас сплетничают. Я-то знаю, что в последнее время ты был весь в работе, а не в ее обществе...
Я с силой потер лицо. Этого еще не хватало:
— Я займусь этим делом немедленно.
— Уж проследи за ней, будь добр. В конце концов, если в свете уже судачат, что она твоя любовница, почему бы это не использовать? — хохотнул принц.
Я бросил на него мрачный взгляд, но кивнул.
Глава 54
Герцог Викторф
Карие глаза смотрели на меня насмешливо и в то же время спокойно и уверенно, будто передо мной была не опальная маркиза без денег и связей, а настоящая королева. Я собрался уже выдать заранее выдуманную речь о том, что теперь всегда буду держать ее в поле своего зрения, у меня был ответ на все ее возражения и возмущения, но Матильда просто стояла и смотрела, а на губах ее играла легкая полуулыбка.
— Позавтракаете с нами, ваша светлость? — наконец, предложила она.
Я, уже готовый выдать длинную тираду и для того набравший воздуха в легкие, медленно выдохнул и решительно кивнул:
— Спасибо, с удовольствием.
Она ни о чем не спросила, не возмутилась, не попыталась от меня избавиться, вместо этого проводив за общий стол. Семейство маркизы Крантерлот представляло собой странное зрелище, за завтраком присутствовали две ее дочери, пасынок и падчерица. Нервно пялилась в тарелку знаменитая танцовщица Лилиана, рука ее висела на перевязи.
— Я... извините, я пойду, — попыталась подскочить девушка.
— Сиди спокойно, — Матильда покровительственно коснулась ее плеча. — Это Лилиана, она служит в нашем доме учительницей танцев.
Я слышал об этом, поэтому просто кивнул девушке, а вот молодой человек, сидящий рядом с ней, вызвал больше вопросов. Он вел себя очень спокойно, совершенно не нервничал в присутствии герцога, и просто медленно ел кашу из тарелки, периодически зевая, будто не спал всю ночь.
— А это Деймон, наш алхимик, — представила его Матильда с усмешкой.
Только в ответ на имя парень поднял на меня взгляд, глаза его были покрасневшими, а на лице виднелись шрамы. Я удивленно приподнял брови, но тут же сощурился — деятельность Матильды все же была подозрительна.
— Приятно познакомиться, господин Деймон, — произнес я. — Я тоже интересуюсь алхимией, надеюсь, вы расскажите мне потом о своей работе.
— Моя работа в этом доме подчинена и подотчетна моей работодательнице, коммерческая тайна запрещает рассказывать о том, какие зелья я составляю, — пробурчал он, уставившись в тарелку.
— Я представитель короля, — нахмурился я, — если ваши разработки могут представлять угрозу...
— Ох, не волнуйтесь, я вам все расскажу и покажу, лорд-министр, только не за столом, хорошо? — прервала нас Матильда. — Лучше садитесь за стол.
Вместо того, чтобы дождаться прислуги, она сама налила мне чаю и выложила на тарелку несколько тонких золотистых и поблескивающих маслом лепешек, которых я прежде не видел. Очень тоненькие и ноздреватые в мелких дырочках. Я окинул взглядом стол — большая часть присутствующих ела кашу, но и лепешки тоже брали как замену хлеба или после каши. Сама Матильда, которая сидела во главе стола, выложила одну себе на тарелочку, наложила в нее творога и немного варенья, свернула в трубочку и, держа прямо блестящими от жира руками, откусила, будто это было диковинное пирожное. Я завороженно смотрел на то, как заблестели ее губы после лакомства, как она аккуратно облизнула их, ловя крошки творога.
— Вы не любите сладкие блины? — посмотрев на меня в упор, удивилась Матильда. — Попробуйте тогда с красной рыбой тоже вкусно. Кашу не предлагаю, вы, вероятно, уже завтракали...
Я опять посмотрел в свою тарелку и все же решил попробовать. Взял нож с вилкой и аккуратно попытался отрезать кусочек. Сидящая через два стула Патрисия хихикнула в кулачок, наблюдая за моими действиями, просто скатала блин в рулончик и откусила, не заморачиваясь с вилкой и ножом, которые не желали резать тонкое тесто. Но я все же справился, отковырнул кусочек и поднял вверх на вилке, осматривая.
— Это как хлеб, вкусно есть с какой-нибудь начинкой, — подсказал Кристофер, он сложил свою лепешку вчетверо, внутрь положив кусочки тонко нарезанной копченой рыбы.
Я все же сунул в рот предложенное кушанье. Было странно, но довольно вкусно. Посмотрев на окружающих, все же свернул остатки обкромсанного ножом блина в рулончик и, взяв в руки, откусил. Поймал на себе довольную улыбку Матильды, она пододвинула ко мне ближе креманку с вишневым вареньем, но даже и без начинки было вкусно.
— Откуда вы взяли этот рецепт? Никогда не слышал о «блинах», — спросил задумчиво.
— О, это мама... — улыбнулась Патрисия.
— Наша кухарка — такая затейница, вот придумала, — перебила ее Матильда и немного нервно рассмеялась.
Я был сыт, но тут завтрак превратился в интересное развлечение, каждый из присутствующих советовал свой вариант начинки для блинов, Зоуи с Крисом даже поспорить умудрились о том, что вкуснее. В целом обстановка была непринужденная и позитивная, чем я был совершенно удивлен. Кажется, даже в юности, когда я еще не уехал из родного дома, меня не окружала такая позитивная семейная атмосфера. Да что там, даже брат, который являлся любимым сыном и наследником отца, за едой обычно выслушивал наставления о том, что и как ему надлежит делать, здесь же болтали, шутили и смеялись. Совершенно не так, как нужно вести себя семье аристократов, но как-то светло и тепло, так что хотелось махнуть рукой на
