Я дернул Шона за плечо. Он мгновенно проснулся и панически заозирался по сторонам. Когда негр увидел мчащийся прямо на него броневик, он широко распахнул глаза, подхватил свой рюкзак и отскочил в сторону. Вовремя. Тупой нос машины, усиленный отбойниками, ударил в заграждение, расшвыривая легковушки в стороны. Наемник опять что-то намудрил, двигатель замолчал. Дверь «Миротворца» распахнулась, и Айвэн проорал в нашу сторону:
– Долго вы там торчать будете? Шевелите батонами, мать вашу!
Кричал он по-русски, но, кажется, даже Шон понял, о чем идет речь. Дернув дверь, он заскочил внутрь броневика. Я же кинулся к водительскому месту.
– Эй, куда лезешь? – возмутился наемник.
– Вали отсюда, драйвер! Ты нас тут всех похоронишь, если водить так будешь!
Наемник послушался. Я захлопнул дверь, и завел двигатель.
По кузову стучали пули. Вот чудные ребята! Наверное, сами же смеялись с трущобников, когда они прострелить тачку пытались, а тут впервые оказались по ту сторону баррикад – и растерялись. Ладно. Двигаем.
Щелкнув тумблером, я врубил фары и «люстру», расположенную за отбойником на дуге перед капотом. «Большие Черепа» были не совсем конвейерными тачками. По крайней мере, по части тюнинга бойцы BOPE сами доводили каждый автомобиль. Двух одинаковых не встретишь. Наш, насколько я успел разглядеть, был обвешан всякими противобаррикадными приспособами, а стандартная башня из листовой брони с бойницей для ручного оружия была заменена на полноценную вращающуюся, с пулеметом и операторским креслом. И, судя по восторженному воплю наемника, он сейчас как раз осваивал новую игрушку.
– Эй, только не стреляй по ним! – Крикнул я.
– Гони давай! – послышалось в ответ.
Я выжал газ и тронул машину.
Броневик – не «феррари». С места диким мустангом не рвет. И потому я серьезно опасался, что мы можем застрять между кузовами легковушек. Но мощный двигатель толкал машину вперед, отбойник толкал легковушки, а я толкал вниз педаль газа. И вся эта толкотня понемногу приводила к желаемому результату. Грузовик на секунду пробуксовал в мягкой почве, а потом раздался скрежет, одна из поставленных на бок машин упала, и мы вырвались на оперативный простор. Сзади-сверху застучал пулемет. Я сильно надеялся, что наемник долбит в воздух, заставляя залечь. Хоть полицейские спецназовцы и были обречены со своим упрямством, однако становиться причиной их гибели не хотелось. Не знаю, почему. Вот просто не хотелось – и все.
Я переключил передачу, машина пошла шустрее, понемногу набирая скорость. Судя по тому, что я видел в зеркалах – отдалились мы от лагеря уже метров на двести. Отлично. Стрелковка теперь не так страшна, а грана…
– Граната! – заорал наемник, и в тот же момент я увидел яркую вспышку в зеркале. До предела утопил педаль газа, машина рванулась вперед, и я крутанул руль, бросая тяжеленный броневик в управляемый занос, стремясь развернуть его на сто восемьдесят градусов. Будь мы на асфальтированной дороге, все, чего я добился бы, проделывая маневр – перевернул бы машину. Но мокрая трава и глинистая почва неплохо подходили для подобных трюков.
Броневик понесло, непристегнутого Шона бросило на меня, мир крутанулся – и я увидел, как, сверкая выхлопом, реактивная граната промчалась в каких-то метрах от борта. В башне матерился наемник, пытался подняться Шон, а я ватной ногой вдавил газ, выравнивая машину и стремясь свалить отсюда раньше, чем копы продолжили стрельбы по движущейся мишени.
Несколько бесконечно долгих секунд – и мы выскочили на грунтовку. Я вырубил свет, дабы не облегчать полицейским наведение, и гнал вслепую. Машина слушалась идеально даже на такой поверхности. Черт, если мне вдруг когда-нибудь представится возможность – я с радостью пожму руку тому, кто подписал назначение этих тачек в полицейский спецназ. Минута слепой гонки – и мы с хрустом и скрежетом проломили ограждение, выскакивая на трассу. К счастью, я вовремя заметил тень металлического забора, и на дорогу мы вылетели не со всей дури, а очень даже аккуратно. Правда, броневик все равно нехило мотнуло, и Шон, пристегнуться которому мешала, наверное, гангстерская гордость, крепко приложился головой о стойку.
– Получилось! Вышло, dog! – Кажется, негр даже не заметил удара. – Слушай, Арти, вы с Айвэном – самые крутые белые ниггеры, которых я видел! – Он прямо-таки лучился счастьем. С чего бы? Оценил изящество угона? Типа, профессиональная гордость?
Я не успел ответить. В свете вновь включенных фар мелькнуло крупное зеленое тело, и тут же машину сотряс удар, от которого Шон снова приложился лицом, на этот раз – о панель, а у меня от рывка, погашенного ремнем безопасности, едва не хрустнули шейные позвонки.
Мутант! Мы умудрились сбить какую-то крупную тварь, метнувшуюся поперек дороги. Пожалуй, не стоит забывать, что вокруг происходит, иначе наша поездка может плохо кончиться. Машину подбросило на теле мутанта, и я сбавил скорость. Черт! А если впереди аномалия? От этой мысли меня кинуло в жар, и я впился взглядом в дорогу. Так. Гнать нам некуда. Лучше медленно – но уверенно. А то встрянем сейчас – и все.
– Куда дальше? – спросил я, не поворачивая головы. Разбор полетов я решил отложить на потом. В конце концов, наемник положил конец моим моральным терзаниям. Если бы не он – так и куковали бы там вместе с копами, ожидая, пока в гости заявится «Новый Рассвет» или мутанты.
– Рули прямо, до въезда в старую часть города. Там я скажу, – послышался голос Айвэна. Не вопрос. Прямо – так прямо.
Сейчас, когда возбуждение от побега немного улеглось, я мог оглядеться по сторонам и проанализировать ситуацию.
В первую очередь я бросил взгляд на приборы. Бак почти полон. Это хорошо. Видимо, бойцы BOPE заправились как раз перед выездом. Если бы горючего было мало – я бы даже не знал, что делать. Навряд ли нам удалось бы отыскать работающую заправку. Я хмыкнул. Да уж…
Ехать пришлось по встречке – наша сторона дороги была забита машинами. Ну, как забита? Не то чтобы прямо многокилометровая пробка, но легковушки стояли примерно каждые десять метров. Какие-то по ходу трассы, какие-то – на обочине. Периодически встречались крупные аварии, одну машину, лежащую на крыше, я столкнул с дороги отбойником нашего броневика. Один раз пришлось съезжать на обочину самому – дорогу преградил перевернувшийся на бок автобус. В салоне автобуса кто-то двигался. Мысль о выживших пассажирах я отмел сразу – уж слишком нехарактерными для человека были движения. Скорее, это был кто-то из падальщиков Зоны. Когда хлопнуло – был разгар рабочего дня, а движение по этой трассе всегда было оживленным. Дорога пошла в гору, машин стало немного меньше, и я смог увеличить скорость. Когда же мы забрались на возвышенность, я только охнул, и остановил броневик.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
