Орочи вышел из своей палатки, чтобы встретить новый день. Снежная буря прошла за ночь, и нетронутый снег лежал вокруг него, следы оставили только дозорные за ночь. Воздух был свежим и холодил горло, но ветра не было, а одежда согревала его.
Он подошел к палатке Нори, чтобы сообщить стражам, что он попросит еще одну встречу, как только генерал будет готов. Они сказали, что передадут его сообщение, но один из них заговорщически прошептал Орочи, что должно пройти некоторое время, прежде чем Нори будет готов развлекать посетителей. Орочи понимающе кивнул и огляделся, искал, чем заняться.
В центре лагеря собралась группа солдат, согревая тела, занимаясь боевыми искусствами. Орочи подошел, чтобы понаблюдать за их движениями. Он слышал, что Нори обучал своих солдат уникальным навыкам, и надеялся, что сможет увидеть их.
Если солдат и обеспокоило его присутствие, они этого не показали. Они выполняли свой распорядок дня как те, кто проходил через это сотни раз раньше. Они мало говорили, пока капитан гвардии направлял своих людей в упражнениях.
От растяжки они перешли к технике, выбирая партнеров на основе уровня способностей. Орочи наблюдал и был впечатлен тем, что видел. Почетные караулы были опытными, но даже среди опытных были уровни способностей. Здесь все были хороши.
Орочи начал замечать закономерности в движениях солдат. Удары, которые они практиковали, были направленными, движения способствовали быстрым колющим ударам и близким отражением атак вместо широких взмахов. Это был стиль, подходящий для ближнего боя. Орочи одобрил это. Это был опасный стиль, потому что враг находился ближе к телу, но группа опытных воинов могла использовать его в тесноте, не опасаясь ударить союзника. Орочи никогда раньше не сражался в составе армии, не участвовал в боях без широкой свободы передвижения, поэтому движения отличались от тех, которые он предпочитал. Ни один из солдат не смог бы отразить его меч, но они были хороши.
Он ощутил, как Нори подошел за ним, но скрыл это знание. Он не доверял Нори, не хотел, чтобы он знал, что Орочи был клинком ночи.
— Впечатляют мои солдаты, убийца? — Нори не скрывал презрение в голосе.
— Они умелые.
— Ты хочешь проверить свои навыки против них?
Орочи задумался. Он мог размяться. Часть него хотела показать Нори, насколько он был хорош, но он сдержался. Он считал, что, чем меньше потенциальные враги знали о нем, тем безопаснее ему было. Его еще не подводило это мнение. Он покачал головой.
— Может, в другой раз.
Нори кивнул, словно его подозрения подтвердились. Орочи отогнал это. Пусть ему бросают вызов. Этот мужчина не доживет до удивления.
Нори пригласил Орочи в свою палатку. Орочи отметил, что Нори не был пьян этим утром. Может, так и будет дальше. Орочи хотел уважать мужчину, который многого достиг.
Палатка была не такой жаркой, как прошлой ночью. Нори двигался бодро, и это радовало Орочи. Перед ним была подробная карта Южного Королевства. Орочи скользнул по карте взглядом, невольно был впечатлен.
Нори отметил все места, где были конфликты. Где его сына убили, где напали на монастырь Упорство. Нори отметил, что Орочи глядел на карту, и сел на колени рядом с ней.
— Где ты сражался с клинками ночи?
Орочи опустился на колени и указал на место.
— Они скрывались в заброшенном доме на ферме тут.
Нори отметил место и посмотрел на всю карту.
— Я пытался понять, как они движутся. Но точек не так много, чтобы понять логику.
— Да, но нам не нужна логика. Порой нужна история, которая объясняет факты и помогает предсказать будущее.
Нори недоверчиво посмотрел на Орочи.
— Но истории можно сочинить, чтобы объяснить любые факты.
— Тоже верно, но определенные истории имеют больше смысла, могут быть верными.
Нори все еще был недоверчив.
— Например, мы знаем, почему вашего сына убили, — он посмотрел на Нори, тот пытался сдерживаться. — И выследить их от перевала было не сложно, это привело к бою, где я убил старшего. Я был ранен, и парень уехал с девчонкой на север. Думаю, направление было выбрано, потому что они уже туда собирались. Но тот путь привел их ближе к Упорству. Дальше догадки, но я думаю, что парень напал на Упорство, потому что искал меня.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Нори с вопросом посмотрел на Орочи.
— В Упорстве был настоятель, у которого было очень сильное чувство. Парень мог подумать, что я укрылся там с ранами. Он пошел проверить, нашел настоятеля и убил его.
Неуверенность Нори все еще была на его лице.
— Почему он подумал бы, что ты скрылся в монастыре?
— Парень — клинок ночи. Он знает, что монастыри служат королевству, и там лучше всего можно спрятаться от клинка ночи.
Орочи скрывал эмоции. Парень пошел в Упорство, потому что дурак-настоятель выпустил свои силы. Это влекло его, как мотылька — огонь. Он отдал бы все свое золото, чтобы узнать, что случилось с Морико. Он ничего не слышал.
Нори кивнул.
— В этом есть смысл. Почему ты не пошел туда?
— Я знал, что он будет искать меня там, — легко соврал Орочи, но эта история имела смысл, и правда за ней оставалась. Парень пойдет за ним. Он знал это, не отрицал. Он желал вызов нового противника, особенно такого сильного, каким мог быть парень.
Нори снова склонился над картами.
— Если ты прав, как нам отследить их дальше?
— Никак. Мы найдем защищенное место и будем ждать, пока они придут к нам.
— Как парень тебя найдет?
— Вы его недооцениваете. Если он — клинок ночи, он найдет нас. Мы не сможем спрятаться нигде в Трех Королевствах.
Нори посмотрел на Орочи.
— Я хочу, чтобы ты знал, что мне мало их убить. Я хочу, чтобы они страдали за боль, которую принесли. Если мы можем поймать кого-нибудь живым, мои приказы такие. Они будут жить и жалеть о своих решениях.
Желудок Орочи сжался от предложения мужчины. Пытки ради информации — это одно дело. Пытки ради удовольствия были лишены чести. Он не одобрял, но спор не мог ничего изменить. Он должен был найти их первым и чисто убить. Если его догадка была верна, они сражались из-за ситуации, в которой оказались, а не ради уничтожения. Это было выживание.
Орочи недовольно покинул палатку. Он предложил службу Акире, потому что считал, что это приведет его к Шигеру. Прошли годы, и он пришел к выводу, что Акира был правителем, равным поставленной перед ним задаче. Он знал, как вести людей, и он был справедливым, и Орочи видел, как он снова и снова принимал решения, которые защищали людей его земли. Орочи уважал его.
Нори был другим человеком, более слабым, зависимым от власти и связанных с ней способностей. Решения Акиры основывались на общем благе, в то время как решения Нори основывались на том, что приносило ему удовольствие и уважение. Это было недопустимо.
Орочи бродил по палаточному лагерю, глубоко задумавшись.
